Анастасия Сиалана – Я – Совесть злодея (страница 8)

– Был приказ всюду следовать за вами, госпожа Совесть. – Он начинал меня бесить.

– Но т-ты же до этого вышел за дверь. Т-так и оставался бы там. Чего снова с-сюда сунулся. – Я осторожно огибала мужчину по дуге, стараясь держаться подальше, при этом прыгая на одной ножке и хватаясь руками за любую крепкую опору.

– Вы заснули, – вот и весь ответ. Информации ноль.

– И это п-повод пялиться на меня всю ночь?! – возмутилась я, начиная обыск угла. Сапога видно не было. Как сквозь землю провалился!

– Я не пялился, я охранял. Так как вы спали, то больше не требовали ваше “рядом”, и я остался в пределах своего “рядом”.

Мне показалось или кончики его заостренных ушей покраснели?

– М-мог бы остаться и на н-нашем “рядом”, – имея в виду место за дверью, пробурчала я. – Да гд-де же этот сапог?!

– Вот этот? – невинно поинтересовался Полох, подняв мою обувь на уровень груди.

– И з-зачем ты его спрятал?

– Я не прятал, я поймал.

– Т-ты хотел стащить мой сапог?!

Нет, ну эти местные злодеи совсем отпетые негодяи. Украсть обувь при таком-то ледяном полу – чистое истязание! Точно хотят, чтобы я до смерти замерзла!

– Вы сами его сняли. – Страж выглядел озадаченным.

– А т-теперь хочу надеть обратно! – Я вытянула ногу в розовом носке с сердечками в сторону мужчины, удерживая равновесие с помощью стены. Я, конечно, не думала, что это хоть как-то подействует на стража, но хотя бы покажет серьезность моего заявления.

И тут случилось непредвиденное. Я уже готовилась отвоевывать казенное имущество, ибо ходить босой по замку отказывалась, как Полох сделал шаг ко мне и плавно опустился на одно колено. Медленно, грациозно и прямо у моих ног. Взгляд прямой, пронзительный, смотрит прямо в душу, а руки осторожно поднимаются вверх, что-то предлагая.

– Госпожа Совесть, согласны ли вы… – начал страж, а у меня глаза на лоб полезли. Он говорит, а я немею. Он стоит, а я оседаю. Он краснеет, а я бледнею.

Это что, второсортная романтическая трагедия? Да кто вообще написал такой дрянной сценарий! Только не говорите мне, что он сейчас… Он сейчас…

– Принять от меня ваш сапог, – закончил мужчина, но я его не услышала.

– Нет! Нет-нет-нет и еще раз нет! – истерично завизжала, даже у самой уши заложило. – Мне не нужны серьезные отношения!

– Серьезные… – попытался сказать что-то Полох, но я его перебила:

– И несерьезные тоже!

– Эм…

Я впервые видела мужчину настолько озадаченным. Его змеиные глаза каким-то образом стали такими невинными и растерянными, прям как у Бэмби, что я уже начала жалеть о своем неучтивом отказе. Он все-таки на колено встал, да и сапог мой все еще у него в ру…

А сапога в руках не было. Он плотно облегал кирзовым голенищем мою ногу, надежно защищая от холодного пола толстой подошвой. Полох очень умело вернул мою пропажу на положенное ей место.

– А надеть сапог на вас – это серьезные отношения? – И он наклонил голову набок, как иногда делают собаки, искренне заинтересованные в чем-то.

– Определенно нет, – не задумываясь ответила, обходя мужчину. Нужно было срочно сменить тему. – А где Владис?

– Творит злые дела, – спокойно ответил страж, поднимаясь.

– Серьезно?

– Нет, развлекается.

Это точно прозвучало как сарказм, вот только лицо Полоха оставалось все таким же отстраненным и безэмоциональным.

– Я хочу есть. Сейчас же вечер. Может меня кто-то накормить ужином? – Вопрос пропитания стоял почти так же остро, как и гигиены, но первое все же острее.

– Сейчас позднее утро, госпожа. Нужно спуститься в столовую, и вас покормят.

– Это ж насколько утро позднее, что за окном темень? – Я еще раз посмотрела на улицу. Полная луна и больше никакого источника света.

– В Полуночном городе всегда полночь, – ровно произнес страж и открыл для меня двери.

– Это как? – Я совершенно не понимала, что это за место такое, где не светит солнце. Оно однозначно не могло быть хорошим.

– Всегда – это вечно.

Ну прям философ, а не головорез.

Мы вышли из комнаты и сразу направились к лестнице. Полох настолько прилип ко мне, что это уже походило на мой вариант “рядом”, чем на обычное сопровождение.

– Да что ты прилип как банный лист?! – я не выдержала настойчивого дыхания в затылок и разразилась возмущением.

– Но я не лип.

– Да ты ходишь за мной по пятам!

– Я не хожу по пятам. Должно быть, у вас проблемы с ногами. Клянусь, что ни разу не наступил на ваши пятки, – он говорил серьезно, ни намека на насмешку или издевательство.

Что там сказала Зала? Прямой как палка, да? Очевидно, так и есть.

Столовая оказалась огромной. Подвесная кованая люстра со множеством свечей дарила комнате много света, но даже ее не было достаточно, чтобы осветить пространство полностью. Поэтому на стенах с шелковыми алыми обоями дополнительно висели подсвечники. Под каждой такой настенной средневековой лампой по всему периметру столовой стояли странные статуи неизвестных мне существ, будто из гладкого оникса. И судя по их пугающему виду, лучше бы мне никогда не сталкиваться с ними вживую.

– Присаживайтесь. – Страж отодвинул стул по левую сторону от того, что стоял во главе.

Стол представлял собой черный вытянутый овал с ярко-карминовыми деревянными прожилками. Я так и не поняла: это искусная имитация или в этом мире действительно растут подобные деревья?

– Благодарю. – Я осторожно присела. Двигал стул ближе к столу страж уже вместе со мной. По столовой прокатился неприятный скрип четырех деревянных ножек о каменный пол. Я, конечно, понимала, что Полох не боялся поцарапать паркет, но можно было и поэлегантнее это сделать.

– Уа-а-а! – нечеловеческий вой заполнил всю столовую, а потом и весь замок.

Он ввинчивался в голову высокими нотами, отчего я позорно закрыла уши, как маленький ребенок. Это был страшный звук, и он не прекращался. Я была настолько дезориентирована, что даже не могла точно сказать, откуда он исходил.

Я постаралась осмотреться, чтобы найти источник воя, но было сложно сконцентрироваться на зрении, когда твои барабанные перепонки вот-вот лопнут. Перед глазами появился Полох. Он стоял перед одной из статуй и размахивал руками. Это была то ли свинья, то ли бык с крыльями, парой рогов и четырьмя конечностями с длинными когтями, почти как у орла. Подробнее рассмотреть было сложно, поскольку отвлекал шум. Страж активно похлопывал статую по плечам и голове, будто успокаивал или хвалил собаку, и, о чудо, вой прекратился так же внезапно, как и начался.

– Что произошло на этот раз? – совсем недружелюбно осведомился у статуи Полох. Но не это заставило меня разинуть в удивлении рот. Изваяние клацнуло клыками, особенно внушительными нижними, и заговорило!

– На нас напали! – заверещала статуя, смешно двигая своим неправильным прикусом, чем-то напоминая английского бульдога.

– Никто на нас не нападал, Манна, – спокойно сказал мужчина.

– Я спала, когда появился этот скрежещущий звук! Это точно цепи на кандалах владыки! За ним пришли! – И, очевидно, живое существо вцепилось передними лапами прямо в рубашку воина и начало его трясти.

Пережить эти когти не способна была ни одна ткань в моем мире, поэтому неудивительно, что ровно через три встряхивания в когтистых лапах статуи остались только ошметки воротника. Видимо, ткани этого мира тоже не отличались сверхпрочностью.

– Никто за ним не пришел. Это владыка сам ушел помочь мавкам отвоевать болота за людской деревней, – все еще сдержанно сказал мужчина, оставшись с выставленной на мое обозрение голой грудью и животом. Рубашка оказалась совсем никудышной и разошлась аж до пояса брюк.

– Нет! Я точно знаю, кто-то пришел за ним. Я видела! Я видела! Это страшное существо. Очень опасное, хитрое, с завидущими глазами, загребущими руками, туманящим разум голоском, лживым языком и прекрасным ликом!

Та самая Манна все описывала неизвестного и страшного некто, а Полох почему-то повернулся ко мне и начал внимательно изучать мое лицо.

– Хм, – многозначительно хмыкнул страж, начиная осматривать меня ниже.

– Что? Ты уже видел это чудовище? Ты сталкивался с ним в неравном бою?! – все еще на высоких тонах вопрошала статуя, пытаясь снова ухватить воина за грудки, но все время промахивалась, будто младенец хаотично двигал ручками.

На фразе “сталкивался в неравном бою” заостренные уши Полоха снова покраснели, и он опустил взгляд, после чего сложил руки на груди, будто пряча от меня оголенные участки.

– Сталкивался, – буркнул воин, поворачиваясь ко мне спиной. Голос его звучал непривычно тихо.

– Я знала! Я знала! Это исчадие бездны совсем рядом! – голосила Манна.

– Кхм, – страж закашлялся, я тоже. – Рядом. – И мужчина покраснел пуще прежнего.

– Страшен, страшен этот враг, – завывала статуя, распуская крылья и нагоняя сквозняк в столовой. – Он воюет там, где не можем мы. Он силен там, где слабы мы. Он искусен в том, в чем бездарен владыка! У-у-а-а!