Анастасия Сиалана – Соцслужба для монстров. Люди на блюде (страница 4)

Первыми я заметила, предположительно, двух охранников. Если быть точной, то двух оборотней в человеческом обличие. Один массивный, с короткой стрижкой и взглядом, от которого хотелось извиниться заранее за всё, что ты ещё не успела сделать. Второй с темными полосками на лице и ладонях, только они и были открыты для взгляда, с золотыми глазами и ленивой грацией хищника, который подумает, прежде чем убить… Секунд пять.

— Это Бран и Тир, — представил их Лайфер, будто говорил о двух милых библиотекарях. — Наши охранники. Впрочем, они скорее телохранители. В городе бывают вспышки агрессии, особенно после налоговых периодов.

— Мы следим, чтобы клиент не сожрал соцработника, — лениво уточнил тигр и ухмыльнулся, демонстрируя клыки. — Или наоборот.

Я попыталась улыбнуться. Что-то между нервным тиком и спазмом.

— Угу… Замечательно. Баланс.

Следующей я заметила девушку за столом, светловолосую, изящную, с заострёнными ушами и ослепительно вежливой улыбкой. На ней был строгий серый костюм и очки, которые придавали лицу профессиональный лоск.

— Эльвина, — представилась она, вставая. Голос мелодичный, будто колокольчик. — Ваша помощница. Если что-то взорвётся, я займусь бумажной работой.

— А есть, чему взрываться? — спросила я, потому что вопрос показался, увы, не риторическим.

— Я предупрежу заранее, — с искренней вежливостью ответила эльфийка и снова села, как будто всё происходящее было абсолютно нормальным.

Последней к нам повернулась женщина у дальнего стола. Кожа тёплого янтарного оттенка, волосы собраны в тугой хвост, а глаза тёмные, с красным отливом. От неё шло тепло, словно от углей. На поясе висела кобура, а на столе лежала толстая папка с надписью «Инциденты».

— Демона зовут Сайра, — сказал Лайфер. — Она констебль.

— Специалист по нападениям, — сухо уточнила она. — Обычно на вас, мисс Эверхарт.

Я моргнула.

— Простите… Что?

Сайра спокойно подняла взгляд, и в её глазах полыхнули отблески пламени.

— Статистика. Каждый новый соцработник сталкивается с агрессией клиентов в первую неделю. Ваша задача — не умереть, пока все не привыкнут.

— Какая… Вдохновляющая цель, — пробормотала я.

Лайфер улыбнулся — по-человечески тепло, но в его взгляде мелькнула тень сожаления.

— Добро пожаловать в Кросс, мисс Эверхарт, — уже не так воодушевленно произнес мэр. Хоть не кривит душой, и за это спасибо.

Я стояла посреди комнаты, окружённая монстрами, и чувствовала, как тонкий баланс моего самообладания опасно качнулся в сторону паники. В груди продолжало бешено колотиться сердце, а руки снова похолодели. И только одно желание отчаянно билось в голове: не показать, что боишься. Не здесь. Не перед ними.

Я выпрямилась, подняла подбородок и с самой профессиональной интонацией произнесла:

— Что ж, коллеги. Начнём с простого. Кто-нибудь из вас уже пытался съесть клиента?

Бран, Тир и даже Сайра одновременно подняли глаза.

Тишина длилась пару секунд. А потом Тир хищно ухмыльнулся:

— Смотря, в каком смысле, мисс Эверхарт.

Я почувствовала, как краска поднимается к щекам. Прекрасно. Первый день, дружный клыкастый коллектив и пошлые шутки. Была надежда, что Эльвина примкнет к моему «светлому» крылу потенциальных жертв, но стоило девушке улыбнуться, и все мои чаяния были разорваны острыми, как бритва, зубами. И как я могла забыть, что эти божественно красивые существа смертельно опасны? Наверняка меня очаровала ее эльфийская магия.

Меня точно сожрут! А если не сожрут, то понадкусывают!

Глава 4. Новый дом

Когда Лайфер отпустил меня в сопровождении телохранителей, я искренне верила, что худшее позади. Но город оказался слишком живым, слишком настоящим, и его необычность навалилась на меня с удвоенной силой.

Кросс напоминал чудаковатое творение архитектора, не способного выбрать стиль. Одни улицы сияли чистыми линиями, белым камнем, аккуратными вывесками и запахом кофе, другие погружались в полумрак и пестрели лавками с руническими табличками, чёрным деревом и неестественным мерцанием фонарей, где вместо стекла плавала светящаяся субстанция.

Впервые я могла рассмотреть город без паники, в чем мне сильно помогали два пушистых шкафа, прилипших ко мне с двух сторон. Люди и чудовища двигались бок о бок, как соседи, давно привыкшие к странностям друг друга. Рыжеволосая женщина с паучьими ногами покупала букет роз у цветочницы; продавец яблок, мальчишка с клыками, улыбался так добродушно, что я едва не подошла за покупкой; по небу проплыла летучая повозка с табличкой «Экспресс доставка. Взмах, взлет, шмяк!».

Каждый шаг отзывался лёгким беспокойством. Я старалась идти ровно, не оглядываться и не демонстрировать, насколько внутренне сжимаюсь, когда кто-то даже дышит рядом слишком громко. Один раз позади кто-то громко фыркнул прямо мне в затылок, горячо и протяжно, заставляя огненные пряди упасть мне на лицо, и я невольно дёрнулась в сторону.

— Спокойно, — сказал Бран, его голос был глухим и тяжёлым, а рука на моем плече теплой и уверенной. — Это просто кентавр. Он шутит.

— Очень смешно, — пробормотала я, неуверенно перебирая ручку чемодана. — Я, видимо, не в том настроении для местного юмора.

Тир, идущий по другую сторону, лениво усмехнулся.

— Привыкнете. Или свихнетесь. Иногда это одно и то же.

Прекрасно. Всего два варианта адаптации: привыкнуть или поехать крышей.

И всё же в какой-то момент шум города начал стихать. Мы свернули на улицу, где дома стали ниже, а воздух казался тёплым, пропитанным запахом зелени и свежего хлеба. Лайфер говорил, что мэрия находится в самом центре Кросса, но район, куда меня вели, выглядел почти домашним. Спокойным, будто специально отделённым от остальной суматохи.

Мы остановились на узкой улочке с табличкой «Драконий рев», что не соответствовало той тишине, которая царила там. Здесь властвовал уют и комфорт: фасады тянулись ровной линией, образуя единую стену, словно дома держались друг за друга. Калитки из меди, виноград, вьющийся по решёткам, и крошечные фонари под арками — все это невероятно умиротворяло и дарило чувство спокойствия.

— Этот, — сказал Тир, кивнув на дом с зелёной дверью и коваными перилами.

Здание выглядело скромно, но в его облике было что-то правильное. Он словно дышал — живой, тёплый, с характером.

Внутри пахло деревом и пылью, солнечным светом и немного затхлостью. В гостиной мягко потрескивал камин, на полках стояли книги и несколько фигурок, покрытых налётом из пыли и пепла, мягкие кресла и большое окно, через которое падал солнечный свет. Столовая переходила в просторную кухню. Массивный стол, каменная плита, резной буфет, чайник и какие-то странные банки, подписанные «Не трогать без перчаток» — все это наполняло пространство жизнью. Здесь было место, чтобы полностью реализоваться, а не просто существовать.

На втором этаже я нашла три комнаты: хозяйскую спальню с собственным санузлом, балконом и гардеробной, и две гостевые, пустые и пахнущие старыми тряпками. С этим стоило разобраться в первую очередь и избавиться от всех неподобающих ароматов. Но если исключить некую заброшенность, всё казалось странно подготовленным, будто дом действительно ждал кого-то. Меня.

4,2

Когда я поднялась на чердак, сердце предательски дрогнуло. Мансарда. Тихая, с деревянными балками, полками вдоль стен и книгами, покрытыми тонким слоем пыли. В углу широкий подоконник с подушками и маленькое круглое окно в покатой крыше, через которое виднелась улица и яркая полоса неба. Рядом расположился небольшой камин и кресло, как будто кто-то совсем недавно читал здесь по вечерам.

Я долго стояла, всматриваясь в книги, и вдруг поняла, что впервые за день чувствую не страх, а что-то похожее на воодушевление. Пусть мир вокруг сошёл с ума, но здесь можно было передохнуть и набраться сил.

— Уютно, — сказал Бран, появляясь за спиной. Его фигура заполнила весь проём, будто медведь исполнял роль массивной двери. — Район тихий, соседи мирные.

— Слишком мирные, — заметил Тир, изучая окно. — Для Кросса это подозрительно.

— Мне нравится, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — И не пахнет серой, что уже достижение.

Они переглянулись и не двинулись с места.

— Что-то не так? — спросила я, не сразу поняв, почему они продолжают стоять в дверях.

Тир прищурился, и в его голосе послышалась лёгкая настороженность.

— Мы подумали, может, стоит остаться. На первую ночь. Просто чтобы убедиться, что всё спокойно.

Я уже открыла рот, чтобы согласиться, и ощутила, как по спине пробежала волна облегчения. Да, пусть останутся. Пусть сидят под дверью, рычат на каждую случайно проскользнувшую тень и охраняют мой покой. Но где-то внутри шевельнулся здравый смысл. Чем раньше я научусь не зависеть от других, тем выше шанс прижиться на новом месте.

— Спасибо, не нужно, — сказала я наконец. — Я справлюсь.

— Как скажете, — ответил Бран. Его голос был низким, в нём слышалось сомнение.

Они спустились, и через минуту внизу хлопнула дверь. Дом сразу опустел, и тишина стала почти материальной. Я стояла, слушая, как удаляются их шаги, и в груди сжималось что-то неприятно плотное.

На улице было тихо, только редкие фонари мерцали в вечернем сумраке. Оборотни шли медленно, не оглядываясь. Потом Тир повернул голову, как будто почувствовал мой взгляд. Я изобразила улыбку и качнула головой, давая понять, что всё в порядке. Он кивнул и двинулся дальше.