Анастасия Сиалана – Дама в беде, Эльф на страже (страница 2)
– Ладно, ребята, мир!?
Ленивой походкой, подволакивая ноги, Широ подошел на расстояние в четыре тата ко мне и, вскинув резко голову, залепил мне шишкой прямо в лоб. Такого я не ожидала. Это же была чистой воды подлость, влепить шишкой миротворцу промеж глаз.
– Ты.. Ты… Сволочь! Вот ты кто!
У меня банально не было слов. От возмущения я даже заикаться стала. А этот розовый стоял и ехидно скалился, довольный тем, что все-таки попал в меня. Шкодливый подросток, вредный по определению. А Широ шла натура Ласкана.
– Ну, раз перемирие не состоялось, тогда оставайся розовой немощью, – мстительно подвела итог я. – Всех поменяю, а тебя оставлю!
– Эй! – возмутился феникс. Он при таком раскладе тоже страдал.
Ноздри эльфа раздувались, губы были поджаты, а в глазах появилось желание вытрясти всю душу из меня за все хорошее, что с ним приключилось.
– Ну попробуй, – бросил вызов Широ, уверенный, что я все равно всех поменяю местами. И он был прав.
Я медленно потянулась к валяющейся под моими ногами большой кедровой шишке. Пернатые выели в ней не все семечки, так что у шишки был утяжелитель. Не то чтобы я хотела снова отправить эльфа на перерождение, но за шишку прямо в лоб он должен был ответить. В конце концов, когда у меня еще получится обыграть Широ хоть в чем-то? Он всегда и во всем сильнее меня.
– Не смей, – глаза эльфа округлились, когда он понял, что я задумала.
Широ молниеносно ушел вправо, присел, выхватил из зарослей сочной травы очередную шишку и с кошачьей грацией и скоростью запустил ее в меня. Все произошло слишком быстро. Ловкость хрупкого тела поразила всех присутствующих. Откуда такие навыки у вечно ноющего принца, что паникует при малейшей опасности? Откуда эта гибкость тела, что и эльфы позавидуют? Похоже, Широ был не меньше поражен способностями Ласкана, чем мы все.
Моя шишка пролетела мимо эльфа, но нашла другую цель. Бедный Алкай, снова досталось ему и снова по голове. А ведь он сидел даже не на первичной траектории полета шишки
А вот снаряд, запущенный Широ, достиг желанной цели и снова в лоб. Только мой учитель не учел бронированность противника. Сила удара была впечатляющей, как и отдача. Шишка срикошетила от меня и попала ровнехонько в нос подошедшего слишком близко для атаки Широ. И все-таки Всевышние наказывают жуликов!
– Ну он сгорел, что дальше? – как ни в чем не бывало, спросил Ласкан.
Мы все резко повернулись к нему. Тут такие вещи творились, а он делал вид, будто мы цветочки собирали все это время. Тар было открыл рот, но я перебила.
– Оставь, все равно не скажет. У тебя и своих тайн предостаточно, не лезь в чужие, – встала на защиту феникса я.
– Ты хочешь сказать, что это нормально? – раздраженно осведомился у меня Тар. – Он опасен!
– Все возможно. А может, это навыки Широ настолько хороши, – весело заметила я. – Захочет, сам расскажет.
Маньяк не стал спокойнее от моих слов, скорее, только нервнее, но вопросов не задавал. Ласкан оценил это и только кивнул нам в знак благодарности за понимание. Уверена, злой Тар этого даже не заметил. Да уж, тяжело ему держать в узде все чувства светлых, которые первородные столь искусно прячут ото всех своей силой самоконтроля. Меня же беспокоила другая вещь. У всех есть тайны, и порой их сохранность дороже жизни. Я уверена, у каждого из нас таких воз и маленькая тележка. Так что нет ничего удивительного, что за двенадцать дней пребывания в чужом теле, переселенец мог узнать тайны того, в ком оказался. Внезапная агрессия и раздражительность свидетельствовали о том, что каждый уже подглядел парочку секретов и до смерти не хотел, чтобы его собственные были раскрыты чужаком в его теле. Нужно срочно возвращать нас в нормальное состояние. Если не сейчас, то мы просто перегрызем друг другу глотки, только чтоб не раскрывать своих тайн. А я знаю по крайней мере двоих, что не остановятся ни перед чем на пути к своей цели. Благо Широ сейчас был слаб, однако, как показала практика, мог больно ужалить или ловко увернуться. А вот Тариван был в полной боевой экипировке: в тренированном эльфийском теле с магическими способностями. Если ему надоест ситуация – мы все будем в опасности!
Я украдкой посмотрела на маньяка. Он потихоньку брал себя в руки. Это радовало. Хватит с нас и того, что уже произошло. Я очень надеялась, что битва на шишках хоть немного помогла снять напряжение последних дней.
После случая в сапфировой роще всем было не по себе. Меня же все-таки настигла истерика. Нет, я не кричала, не плакала, я просто маниакально хотела вернуться в свое тело. Меня сильно испугало все произошедшее. Будто рыбу выдернули из воды и отбросили далеко на берег. От безысходности я попыталась воспользоваться магическими способностями Вана. Меня вовремя привели в чувства. Владение магией у банши на нуле, мы не знаем даже основ. Благо звонкая пощечина в купе с гневными криками Широ быстро вернули меня к реальности, обрывая нелепую попытку магичить. Сорвись я, и неизвестно каким был бы результат.
Последние шесть дней в меня втолковывали основы магического мастерства. Точнее, объясняли то, что милостиво подкидывало мне подсознание маньяка. Широ с упорством тарана заставлял меня тренироваться. Для этого Тар и Салван поймали живого зайца и птицу. В первый же день я оставила зайца без хвоста, а птице укутала лапки в серенький мех. Прости зайка, я, правда, не специально! На второй день я вырастила цветочек на голове у птицы. Получился оригинальный хохолок. На третий у зайца обвисли уши. Но еще вопрос от моих ли стараний или они от безысходности завяли? Ласкан долго хохотал над своим предположением, за что на него еще дня два сверчки пикировали, и еще два подозрительно поглядывали. Все-таки в магии я поднаторела к тому моменту. Теперь феникс к высокой траве вообще не подходил, на что насекомые обиженно прострекотали что-то грозное, а ночью окружили его и устроили концерт. Должна признать, нам тоже досталось.
Четвертый день принес нам дождь и полное уничтожение запасов. То, что дали дриады, я в пыль превратила еще на выходе из поселения. Стоит ли говорить, что в этот день мне магичить больше не дали во избежание ухудшения ситуации.
На пятый рассвет я испепелила зверушек, получила подзатыльник и пинок. К вечеру того же дня мои пушистый и пернатый мертвецы восстали из пепла, а если просто, то вышли из подпространства, в которое я их отправила ранее. Не имею ни малейшего понятия как я это сделала! Воодушевившись хоть какими-то успехами, я поменяла их изначальное сознание. Заяц забавно махал лапками и пытался чирикать, а птичка скакала и прижималась к траве. Через пару вар они начали приспосабливаться к своим телам, и тогда я вернула их назад в свои тела. Но вот не задача, я была права: нельзя повторно влиять на чистое сознание в течение трех дней. Зайка стал дерганным и кусал всех и вся, а птичка, как это ни прискорбно, умерла сразу же.
Больше экспериментировать с живностью я отказалась, но в этом и не было больше необходимости. Тар подтвердил, что возвращение чистого сознания прошло как по нотам. Теперь осталось только собраться с силами и проделать тоже самое с нами.
– Сам виноват, – сказала я надутому, только возродившемуся Широ. – Нечего исподтишка пакости делать.
– Да-да, он подлец! Но, может, хватит чуть что, убивать его. Нельзя все мирно решить? Мне уже до зеленых зомби надоело песни петь, – возмутился Ласкан.
– Милый мой, ты не представляешь, как я тебе сочувствую. – Думаю, на моем лице отразилась самая высокая степень сочувствия, и самая фальшивая.
– Ну, Данка… Ты… Это месть, да? – Зло сощурился феникс.
– Как ты вообще мог обо мне так подумать?! – ужаснулась со всей доступной мне артистичностью и Ванькиным обаянием.
– Я так и понял. Еще когда заметил, что ты подтаскиваешь хрустальные иглы из шевелюры нашего садиста…
– Маньяка, – поправила я. Хотя садист ему тоже подходило, как и бездушная скотина.
– Не держи меня за дурака! С чего бы Широ дохнуть каждые полчаса?
– Эм… Мошки? – увильнула я.
– Ага, с такими длиннющими белокурыми волосами и кучей маленьких невидимых иголочек, точнее, одна мошка, но жутко назойливая.
– Алкай, мне кажется, или это предложение продолжить концерт Ласкана? Как думаешь? – решила больше не отнекиваться. Ведь и правда при первой возможности колола розового Широ в бочок.
Оборотень сидел на траве и подхихикивал, держа голову обеими руками, чтоб от содроганий не так сильно саднила рана.
– Сейчас, красавица. Хи-хи! Ох, нельзя же так жестоко. Я думал, у меня снова рана откроется. – Мой двуипостасный подельник вынул из кармана штанов завернутую в эльфийскую сверхпрочную ткань длинную хрустальную иглу, что я втихаря стащила у Тара.
Маньяк, явно никогда не носивший боевую косу, умудрился не пораниться ни разу за все пребывание в теле светлого. Все его внимание было направлено на не нанесение ран самому себе, но он отнюдь не боялся за других, чем я и воспользовалась. Сейчас его коса насчитывала не более пяти-семи игл от полных четырех десятков, что обычно носил Широ. И вот в чем еще одна месть: Тариван все еще думает, что там сорок игл, а значит, у него уходит много энергии и внимания, чтобы ни одна из реальных или фантомных, благодаря моим стараниям, игл не поранила его драгоценную особу.