Анастасия Шолохова – Молк (страница 5)
Митя сам поморщился нелепости своей просьбы, но мужчина отреагировал вполне дружелюбно.
— Конечно, можно. — Мужчина подал Мите руку.
Взявшись за широкую, грубоватую ладонь, почти не дыша от радости, мальчик осторожно оплыл мужчину, оказавшись у него за спиной. Тот присел, позволив Мите залезть к себе на плечи, и, наконец, поднялся в полный рост.
У Мити захватило дух: стоя на крепких плечах мужчины и держась за его ладони, он внезапно ощутил прилив того счастья, которое, казалось, оставило его два года назад. Он и сам до этой секунды не понимал, что счастье его оставляло. Безусловно, с того черного для Мити дня прошло много времени, в его жизни случались большие и маленькие радости, но все-таки такое вот сочетание защищенности и свободы мальчик, к своему теперешнему удивлению, почти позабыл.
— Готов? — с характерным южным говором спросил мужчина, запрокинув голову и смотря снизу вверх на мальчика.
— Готов!
И вот он, полет. Пусть длиной всего пару мгновений. Вот он, восторг от василькового цвета с белоснежными горами-облаками неба, солнца с его ленивым жаром, прохладной, пахнущей колдовскими травами воды и еще чего-то. Чего-то невыразимого.
Мальчик выплыл, вне себя от радости, широко улыбаясь. Мужчина так же широко («Какой он красивый!») улыбался ему в ответ.
— Я еще хочу… — честно признался Митя.
Засмеявшись, мужчина кивнул.
— А как тебя зовут? — спросил он, мягко, но уверенно притягивая к себе мальчика.
— Митя. — Мальчик вдруг оказался поднятым над водой. Мужчина держал его за плечи — было чуть-чуть больно, но в целом висеть Мите понравилось.
— «Митя» — это ведь «Дмитрий»? — переспросил мужчина, снова глядя на мальчика снизу вверх. Мите показалось, что собеседнику не слишком понравилось «уменьшительно-ласкательное».
— Да, — смутился мальчик. Мужчина опустил его в воду и очень вовремя — плечи начали ныть. — А вас?
— Анатолий, но можешь называть меня Толик. — Мужчина подал мальчику руку, вновь позволяя ему залезть себе на плечи. — Готов?
Митя стоял на плечах Анатолия довольно устойчиво. На мгновение мальчик залюбовался противоположным берегом: стволы растущих на нем сосен, казалось, светились сейчас под лучами солнца.
«Он разрешил мне называть себя Толиком. Значит, мы друзья?!»
— Готов! — крикнул Митя, отпуская руки нового «друга» и отталкиваясь ступнями от его плеч.
И вновь захватывающее дух удовольствие от полета поразило Митю.
«Это так круто! Почему другие этого мне не разрешали?!»
Справедливости ради, в июне Вадим позволил Мите несколько раз нырнуть со своих плеч. Чета Тимофеевых ходила после работы купаться на Волгу, несколько раз они брали с собой мальчика. Но такие прыжки почему-то всегда не нравились Оксане, и она каждый раз попрекала Митю: «Почему ты не можешь плавать нормально?» Вадим первое время мягко спорил с женой, но потом, видимо, это ему надоело. И Митя нырять с плеч Вадима перестал.
Мальчик прыгнул в воду, подняв каскад брызг.
«Наверное, не надо третий раз его просить? Навязываться…»
Митя вынырнул. Мужчина смотрел на все так же играющих с мячом мальчишек.
Мама и сестра не одобряли навязчивость. Строго говоря, общение с незнакомым мужчиной они бы тоже не одобрили. Но мамы и сестры рядом не было, а мужчина у Мити чувства опасности не вызывал.
«Да и тем более здесь и другие мальчики. Никто из них его не боится. А я что, самый трусливый, что ли? Попрошу еще раз, если Толик не устал».
Мальчик решительно подплыл к мужчине.
— Ты ведь знаешь, что означает имя «Дмитрий»? — Анатолий медленно поплыл в глубь озера, Митя последовал за ним.
— Посвященный богине плодородия Деметре. — Митя уже несколько лет увлекался древнегреческой мифологией, поэтому ответил без запинки. Мальчик поплыл быстрее, стараясь догнать мужчину.
— Я не сомневался, что ты в курсе. — Анатолий, кажется, был искренне рад познаниям собеседника.
— У меня энциклопедии есть, — сказал польщенный Митя, подплывая совсем близко к мужчине. — Раньше я любил читать про Древний Египет, а теперь про Грецию.
— А про динозавров? — мягко усмехнулся Анатолий.
— Когда совсем маленький был, — серьезно ответил мальчик.
— Молодец, — так же серьезно сказал мужчина, похлопав Митю по плечу. — Прошлое надо знать. Мы в двадцать первом веке совершенно напрасно пренебрегаем знаниями древних народов. Я говорю и про научные знания, и про мифы…
— Но это ведь все сказки. — Митя заметил, как губы собеседника скривились в насмешке («Я глупость сказал, да?!»), и поспешил оправдаться: — Я о том, что ведь в мифах очень много выдуманного, чего просто не могло быть в жизни.
— Ох, Митя, — по-южному нараспев сказал Анатолий, широко улыбаясь мальчику. — Я когда-то тоже про очень многое думал, что его не может быть в жизни. А потом как испытал на себе…
Ладонь Анатолия снова легла на плечо Мити.
— Что вы увидели? — заинтересовался любознательный мальчик.
— Я потом расскажу тебе, — пообещал мужчина, теперь уже обе ладони положив на плечи Мити. — Удержишь нас?
— Удержу!
«Толик сказал, что расскажет мне
Анатолий начал ощутимо давить ладонями на плечи Мити. Первые секунды мальчик как мог пытался удержаться на воде.
— Толик, мне тяже… — Митя начал тонуть, основательно хлебнув воды.
— Держимся! — В улыбке Анатолия появилось что-то хищное. — Не тонем. Держимся…
— Толик! — нервно засмеялся Митя. Ему казалось, что мужчина как-то одновременно поддерживает его и топит. Хотелось вырваться, но сильные пальцы крепко сжали плечи. До боли крепко.
— Держимся, — успокаивающе повторял Толик. — Мужественно держимся. Не тонем…
— Не могу… — прохрипел Митя, снова глотая воду. Мальчика охватила паника. Странно, но ему даже не пришло в голову звать на помощь. — Толик, отпустите меня… Пожалуйста.
Испуганный взгляд широко раскрытых карих глаз столкнулся с будто ледяным холодом глаз серо-голубых.
— Ничего не боимся. — Анатолий ослабил хватку. — Учимся доверять друг другу…
Митя вздохнул и расслабленно улыбнулся:
— А я уж подума…
Договорить мальчик не успел. Пальцы на его плечах снова сжались, и Митя с криком понесся куда-то в студеную глубь. Последнее, что он видел, были отражающиеся сквозь воду лучи солнца.
7
Вадим взял из принтера еще теплые листы с объявлениями о пропаже Мити. На фотографии мальчик широко улыбался, держа в руках сладкую вату.
«По набережной тогда гуляли, в конце мая. Ксюшка взяла его с собой. Вернее, ее мать заставила взять с собой Митьку. А нам он совершенно не был нужен, мы как раз утром поругались в очередной раз. Я тогда думал, что, когда вернемся домой, соберу вещи и уеду к своим. Но вечером мы помирились… Я купил Митьке вату, чтобы он ел и не болтал. Про что же он тогда болтал? Да, про книжку какую-то новую: ему в школе вручили за окончание года с пятерками какую-то энциклопедию. Ксюша сказала, что он их обожает. И Ксюшка его сфотографировала для матери, мол, смотри, как хорошо мы время проводим… Может, надо было фото с серьезным выражением лица выбрать? Не думаю, что сейчас Митька так же счастлив».
— Мне нужно ехать. — Фарид взял одно из объявлений. — Если что-то узнаю, сразу вам позвоню. И вы звоните.
— Хорошо. — Вадим пожал протянутую руку. Оксана кивнула Фариду. — Спасибо вам.
— Пока не за что…
Вадим посмотрел на Оксану: девушка успокоилась, хотя ее глаза и нос были по-прежнему красными. Оксана сидела за столом с дымящейся кружкой чая в руках и внимательно слушала директора музея Александра Евгеньевича.
На вид Александру Евгеньевичу было лет семьдесят, но держался довольно он бодро. Во всей его фигуре было что-то кругловатое, и эта округлость, мягкость черт располагала к себе. Хотя пытливый взгляд его зеленоватых слегка навыкате глаз говорил о не слишком мягком характере. На голове же Александра Евгеньевича росла копна слегка поредевших и совершенно седых волос. Вадим почему-то подумал, что, наверное, в молодости директор имел успех у женщин.
«Как уставится небось глазищами своими на нее, так и привет. Влюблена».
— Я вам крестиками помечу, где нужно объявления расклеить. — Александр делал пометки на бумажной карте города. — Там больше всего людей проходит.
— Спасибо. — Вадим подошел к столу, глядя на карту из-за плеча директора. — Я по навигатору, если что, проверю. Нам еще лес надо прочесать…
Пост Оксаны о пропаже мальчика привлек внимание местных жителей. К сожалению, большинство комментариев оказалось в стиле «опять полиция бездействует, уже не местные пропадают». Но несколько человек внезапно предложили помощь в поисках. Договорились встретиться вечером, после окончания рабочего дня, и пройти до идолов со стороны города.
Вадим сел рядом с женой, положив перед собой пачку объявлений. Александр взял одно из них, задумчиво глядя на фотографию мальчика.