Анастасия Шолохова – Молк (страница 22)
Тома вдруг схватила мальчика за руку. Дима вскрикнул от боли, пытаясь освободиться.
— Будешь тут сидеть! — скомандовала Тома, указывая на открытую дверь комнаты. — Пока я не найду… Пока не решу…
Дима не понимал слов девушки, он понял только, что ему нельзя оставаться в этом доме.
«Она меня убьет! С ума сошла совсем!»
Дима с криком вырвал руку из ставшей слишком сильной хрупкой ладони и помчался в сторону озера. Его охватил липкий страх. Но странно: он ни на секунду не сомневался в реальности нависшей над собой угрозы.
Тома побежала за мальчиком, крича проклятия. Каким-то спавшим в нем инстинктом Дима понял, что бежать по тропинке равно быть пойманному, и понесся прямо через кусты.
Сейчас мальчик чувствовал, что сил у него больше не осталось. Он упал прямо между двух кустов и замер, тяжело дыша. Откуда-то сверху доносился безмятежный и ленивый щебет птиц. Запахи лесных трав и цветов умиротворяли.
— Где ты, уродец?! — Голос Томы прозвучал почти над самым ухом.
Дима едва не вскрикнул, лишь усилием воли заставив себя молчать.
Легкие шаги по усыпанной ветками и сухими листьями земле то приближались, то отдалялись.
Дима лежал, боясь пошевелиться, надеясь только, что Тома уйдет.
«Может, взять какую-то палку и побить ее? Она же первая начала».
Хотя хватка Томы и дала понять, что физически она намного сильнее Димы, чисто теоретически на его стороне была внезапность.
«Да, вон та дубина. Сейчас как стукну!»
Дима прислушался. Шаги вроде бы отдалились.
Мальчик ужом дополз до спасительной палки и крепко вцепился в нее руками. Тут же шаги приблизились.
«Только подойди».
Шаги приближались. Сердце Димы заколотилось сильнее.
«Подойди».
Шаги приблизились. Дима уже готов был ударить палкой.
«В лоб прямо! Или нос разбить?!»
— Вот сука же! — раздался голос Томы почти над ухом. — Сбежал куда-то, тварь!
Девушка развернулась и быстро направилась к дому.
«Сама ты… такая вот».
Дима приподнялся и, осмотревшись, поспешил туда, где, по его расчетам, должно было находиться озеро.
«Там Толик. Там безопасно!»
Еще несколько минут лихорадочного бега, и блестящее на солнце озеро открылось перед мальчиком во всей своей красоте. Душу Димы охватило такое блаженное спокойствие, будто не было ни загадочной пропажи Ромы, ни пугающего поведения Томы. Будто не искали сейчас Диму Оксана с Вадимом. Мальчик увидел, что на пляже теперь людно: там находилось несколько десятков детей и подростков. Среди них был Толик.
Дима улыбнулся и поспешил к своему другу.
11
Вадим снова смотрел на «украшавшие» стену отделения полиции фотографии пропавших детей.
Когда они с Оксаной только вышли из машины, сразу же столкнулись с матерью Ромы.
— Вы за мальчиком? — быстро спросила она. — Он куда-то ушел…
— Он убежал! — крикнула бегущая откуда-то из леса девушка. — Я не нашла его.
— Отвезите меня, пожалуйста, в полицию, — настойчиво обратилась женщина к Вадиму. — Мой сын пропал…
— Нам надо искать Митю, — вмешалась Оксана. — Куда он побежал?
— Вы не найдете его! — продолжала кричать девочка. Вадим заметил слезы на ее щеках. — Мы их не найдем!
Теперь Вадим ругал себя за то, что поддался уговорам: надо было бежать вслед за Митей.
«Я ведь примерно понимал, в какую сторону… Дурак-то».
— Мы шли по лесу, — рассказывала Тома, давясь слезами. — С Кристиной. Это сестра моя младшая. Мы просто гуляли. И увидели лежащего на земле Митю. Он, наверное, бежал, зацепился ногой за ветку и упал. И сознание потерял. Мы подняли его, ну, унесли домой. Мы там недалеко живем.
— Мы кричали вам. — Оксана привычно скрестила руки на груди. Вадим искренне удивился, как взгляд ее карих глаз не прожег Тому насквозь. — Звали Митю. Вы не могли нас не слышать!
— Мы не слышали. Правда, — сказала Тома почти по-детски.
— Допустим, вы обе не слышали. — Мать Томы смотрела на дочь даже с большей ненавистью, чем Оксана. — Почему ты не вызвала «скорую»? И какого… ты мне не позвонила?!
— Но ты же была на работе, — промямлила Тома.
— Если тебя посадят, — сказала мать Томы (как оказалось, ее звали Наталья), — я буду не против. Но ведь меня же посадят за тебя, дура тупая!
— Тихо-тихо. — Михаил Иванович поднял руки, призывая к порядку. — Никто никого не сажает. По крайней мере, пока.
— Потом Митя пришел в себя. Мы позавтракали. И они с Ромой пошли купаться.
— Он не просил у тебя телефон, чтоб позвонить нам? — спросил Вадим.
— Нет, — замотала головой Тома.
— Значит, да, — констатировала Наталья. — А ты ему соврала, что у тебя нет.
— А зачем ты все это сделала? — спросил Михаил Иванович.
Тома снова разразилась рыданиями. Вадиму на мгновение стало жаль девочку.
«А что жалеть-то? Нас пожалеть надо».
Михаил Иванович терпеливо ждал, пока девочка успокоится.
— Я… хотела ему помочь, — наконец проговорила Тома.
— Молодец! Помогла! — взорвалась Наталья. — Гражданин… полицейский, посадите эту дуру, пожалуйста! Я не хочу нести ответственность за нее! Можете лишить меня родительских прав…
— А все-таки, — до этого равнодушно просматривающий в своем телефоне новостную ленту, Петр обратился к девочке, — ты считаешь, что твоего брата кто-то похитил?
Тома кивнула.
— А ты знаешь, кто?
Тома кивнула.
— Можешь назвать?
Девочка замотала головой. Наталья, кажется, хотела приподняться, чтобы хорошенько врезать дочери, но передумала.
— Ну, то есть, — Тамара облизывала губы, ища слова, — я не знаю, кто это конкретно. Но я знаю, что они приносят жертвы какому-то восточному богу.
— Что за бред?! — сквозь зубы проворчала Наталья.
— И что они приносят в жертву? — серьезно спросил Михаил Иванович.
— Не «что», а «кого». — Тома с болью посмотрела на полицейского. — Они приносят ему детей.