Анастасия Шерр – Мамаевы. Ахмед (страница 9)
Мама еще пару секунд смотрит на меня, а потом кивает.
– Ладно. Как знаешь, – тихо уходит, закрыв за собой дверь.
Я облегченно вздыхаю, падаю на кровать. И в этот момент на телефон приходит сообщение от Рашада.
«Прости меня, если сможешь. Я вспылил. Только не обрубай все концы. Пожалуйста.»
Я ничего ему не отвечаю, ибо нет такого желания. Пошел он. Я не прощу ему эту пощечину. И если бы не его отец, мой папа уже развевал бы по ветру прах моего обидчика.
Но меня просил молчать Ахмед… И я не могу ослушаться, как бы странно это не звучало. Почему-то это выше моих сил. Знать бы почему. Неужели я увлеклась мужчиной, старше меня на столько лет?..
Облизнув губы, открываю в телефоне контакт Ахмеда. Быстро стучу по экрану пальцем.
«Спасибо, что заступились за меня, Ахмед Рамзанович. Я ничего не сказала папе.»
Отправляю сообщение и прикусываю нижнюю губу. Зачем я это сделала? Вот дура! Писать в такое время чужому мужчине… Это верх бесстыдства.
*****
«Спасибо, что заступились за меня, Ахмед Рамзанович. Я ничего не сказала папе.»
Глядя на её сообщение, долго водил по экрану. Отложил ноутбук, выдохнул. Отвечать ей, конечно же, не стал. Но хотелось.
– Милый, ты закончил с работой? – Альбина отложила свой телефон, пересела ему на колени. – Мы можем заняться более приятными делами? – её рука поползла по его торсу вниз, остановилась у паха.
Ахмед откинулся на спинку дивана, закрыл глаза. Тут же перед взором нарисовалась Азмани. Ее невинный взгляд, большие испуганные глаза и влажные, блестящие губы.
Надавил на плечи Альбины, заставляя ее сползти на пол. Та быстро поняла, что от нее требуется, расстегнула ширинку и опустила голову над его пахом.
По телу прошла дрожь. Приятная дрожь. Потому что представлял он не Альбину. Последняя, кстати, очень хорошо знает свое дело.
Очнулся уже в кровати, скатился с Альбины и шумно выдохнул.
Альбина легла ему на плечо, закинула на него длинную ногу.
– Мне было хорошо. Как всегда. Но сегодня ты такой… Горячий, – прошептала, вырисовывая на его груди замысловатые знаки.
– Мне тоже понравилось, – проговорил мрачно.
Впервые во время секса он представлял другую. Азмани. Он представлял ее. Невесту своего сына.
Вздохнул, сел на кровати, отстранив от себя Альбину.
– Тебе пора.
– Уже? – удивленно спросила та.
– Да. У меня много дел.
– Но сейчас ночь… Предлагаешь мне вызвать такси?
– Мой водитель уже отдыхает, так что, да.
– Но…
– Альбина! – рыкнул грозно, злясь на самого себя.
– Ладно, я поняла… – она сползла с кровати, принялась одеваться. – раньше ты не прогонял меня посреди ночи. Я сделала что-то не так?
– Все нормально. Просто я буду занят и не хочу отвлекаться.
Альбина обиженно поджала губы и принялась вызывать такси.
После того, как она уехала, Ахмед вновь открыл сообщение Азмани. Налил себе выпить и, сев на диван, откинул голову назад. Эта девчонка никак не покидает его мысли. И это уже превращается в навязчивую идею. Она превращается в навязчивую идею. Плохо. Или нет?
Покачал головой, глядя на ее «Ахмед Рамзанович» и нервно усмехнулся. Он действительно занимался сексом с Азмани, а не с Альбиной. Был в ней, чувствовал ее. Ее запах. Видел перед собой ее взгляд. Держал ее запястья. Альбина была всего лишь куклой. А он сношал Азмани. Именно сношал. По-другому это не назвать. Хорошо, что Альбина привыкла к его темпераменту, иначе это походило бы на изнасилование.
Уснул с телефоном в руке, глядя на ее сообщение. И снилась ему она. Маленькая, испуганная Азмани.
ГЛАВА 12
– Как твои дела, Азмани? – спросил Ахмед, проходя от лифта к стойке ресепшена.
Я поднялась с кресла, вежливо улыбнулась.
– Все хорошо. А вы как?
Он задумчиво почесал идеальную бороду.
– Отлично. Я буду у себя, но меня ни для кого нет. Все сегодняшние встречи перенеси на завтра. И принеси кофе.
– Ладно, – кивнула я и проследила за ним взглядом. Ахмед выглядел невыспавшимся. О чем-то думал.
Я вошла в его кабинет, рука с чашкой кофе задрожала. Уже привычная реакция. Я дошла до его стола, но тут каблук подвернулся, я оступилась и чашка с кофе опрокинулась на рубашку Ахмеда.
Он зашипел от боли, отстранился от стола. Опустил взгляд на темное пятно.
– Ой… Простите, Ахмед Рамзанович. Я не хотела, – я испуганно вытаращила на него глаза и застыла.
– Салфетки подай, – бросил он спокойно.
– Ага… Сейчас! – я бросилась в приемную за салфетками, еще раз споткнулась об порог и не упала только потому, что схватилась за дверь.
Но салфетки все же принесла.
Он посмотрел на испорченную одежду, встал с кресла. И начал при мне расстегивать рубашку.
Я застыла, глядя на кубики его пресса. Возраст, как оказалось, совсем не портил Мамаева.
– В шкафу чистая рубашка. Подай.
Я отрезвела, открыла шкаф и достала оттуда белоснежную рубашку. Подала ему, стараясь не пялиться.
И тут он схватил меня за руку, резко притянул к себе.
Я ахнула и автоматически уперлась ладонями в его обнаженную грудь.
– Ахмед…
– Тихо, – он приблизил свое лицо к моему, а я сглотнула.
Мы стояли так около тридцати секунд, но мне они показались вечностью. Я утонула в его темно-карих глазах, растаяла и растеклась лужицей. От него приятно пахло. Не парфюмом. Его телом.
Он потянулся к моим губам, но вдруг остановился и отпрянул.
– Можешь идти, Азмани. Впредь ходи аккуратнее, – его голос охрип, а горящий взгляд переместился мне за спину.
– Ага, – выдавила я из себя и, развернувшись, зашагала прочь. Закрыла за собой дверь и спряталась за стойкой.
ЧТО ЭТО БЫЛО?!
Мы ведь почти поцеловались!
– Мамочки, – прошептала я, закрывая глаза ладонью. Какой стыд. Он же отец моего жениха. А я так веду себя.
Вечером он отпустил меня пораньше. Наверное, не хотел везти меня домой лично. И я его понимала. То, что произошло между нами днем никак не объяснить.
У входа в офисное здание я ждала свое такси, но подъехал Рашад. Остановился рядом, вышел из машины.