Анастасия Шерр – Изо льда в пламя (страница 5)
Что ж, мне это только на руку.
— Очень жаль… Ну, тогда я о вас позабочусь, — беру щипцы и ложку, накладываю на его тарелку пасту. — Попробуйте, это очень вкусно. Ваш повар сегодня превзошёл сам себя.
Он молча принимается за еду, старается на меня не смотреть. Избегает. И это тоже неплохо. Значит, я действую на него как надо.
— Вина хотите? — и, не дождавшись его ответа, наполняю бокал. — За замечательный вечер, — поднимаю свой стакан с соком. Тагир вскидывает на меня какой-то странный взгляд, хватает бокал и осушает его залпом, будто пытается погасить пожар.
— Налей ещё, — откидывается на спинку стула, требовательно смотрит на меня. В его зрачках вижу загорающийся интерес. Вряд ли это алкоголь.
Домработница забирает пустые тарелки и, коснувшись его бокала, вздрагивает — он накрывает её руку своей, отрывает от меня взгляд.
— Я ещё выпью, — он говорит негромко, но женщина отчего-то вздрагивает, опускает глаза вниз, словно боится посмотреть на него. Краснеет. Смущается? Она не молода, но и не пожилая. Не модельной внешности, но вполне симпатичная. Обычная. На неё, кроме меня, в этом доме никто не обращает внимания. Так я и думала. Однако брошенный на неё взгляд Тагира мне показался странным.
Я наливаю ему вина, сама прячусь за стаканом с соком. Отчего-то хочется смалодушничать и сбежать. Закрыться в своей комнате и написать Анониму. Спрятаться от собственных страхов, погрузившись в виртуальный мир, где меня всегда ждёт он — мой друг.
— Почему ты вышла замуж за Самира? — вдруг нарушает повисшую в столовой тишину Тагир, с любопытством разглядывает моё лицо. — Такая красивая девушка и вышла за бандита. Почему? Ради денег?
Ого… Прямолинейный какой. И отвечать мне совсем не хочется. Я знаю, как сильно Тагир ненавидит Самира. Даже сейчас, когда последнего нет. Обсуждать своего любимого с этим человеком считаю чем-то вроде предательства.
— Нет. Мой отец… Муж с моим отцом договорились о свадьбе задолго до того, как я познакомилась с Самиром.
— А, так это был брак по договорённости?
— Да, — смотреть на него больше не могу. Поднимаюсь. — Извините, я пойду. Устала. Спокойной ночи, Тагир.
Он молча кивает, снова берётся за бокал, а я спешу в своё убежище. Подальше от этого страшного человека.
Ночью просыпаюсь от какого-то шума и вскидываюсь, едва не падая с кровати. Теперь я сплю очень чутко и слышу каждый шорох. И любой звук доводит меня до паники. Часто мне снится, что Алима пришла вырезать из меня ребёнка, и я вскакиваю в холодном поту, а звук открываемой двери оказывается лишь игрой моего воображения.
Но в этот раз всё не так. Слишком реально. Я опускаю ноги на пол, тихонько крадусь к двери и, приоткрыв её, осторожно выглядываю наружу. Шум исходит из спальни Алимы и Тагира, и я не сразу понимаю, что это стоны. Женские стоны. Но за всё время я ни разу не слышала, чтобы Алима стонала. Да и, насколько я знаю, сексом они не занимаются уже давно.
Дверь в их спальню немного приоткрыта, что позволяет мне подойти ближе и в щёлочку разглядеть, что там происходит. Застыв с открытым ртом, вижу домработницу, что скачет на члене хозяина дома, при этом трогает себя за грудь и громко всхлипывает. Нечаянно оступаюсь и, чтобы не упасть, хватаюсь за ручку двери. Поднимаю испуганный взгляд на Тагира и, встретившись с ним взглядом, быстро отступаю назад…
***
Сегодня я уже не уверена в том, что поступаю правильно. Да, мне нужен сообщник из окружения Алимы. Но Тагир… Он слишком опасный. Тот взгляд, которым он наградил меня ночью, пока домработница стонала и раскачивалась на нём… Этот взгляд меня испугал. Он будто предупреждал меня. Я ощущала эту опасность физически. Как тянет она ко мне свои липкие, мерзкие щупальца.
«Ты когда-нибудь делал то, в чём не уверен? Когда не знаешь, стоит ли это делать на самом деле?»
«Ты говоришь загадками. Можно попроще?»
«Я хочу кое-что сделать. Это опасно. Но мне нужно это сделать».
«Какая опасность? Где ты сейчас?»
Улыбаюсь тому, как аноним заботится и переживает. А ведь он меня совсем не знает.
«Это я в общем. Играю с опасными людьми. Моя жизнь такова, что нужно бороться, понимаешь? И я не знаю, что мне делать дальше».
«Думаю, тебе нужно довериться своей интуиции. И если она кричит тебе об опасности, ты должна прекратить всё, что бы ты ни делала. Расскажи мне о своих проблемах».
«Ты, правда, хочешь знать о моих проблемах?»
«Да», — короткое и лаконичное. Странно, но Аноним напоминает мне Самира. Тот тоже всегда мыслил холодно и трезво. Никогда не попадался на эмоции. Кроме одного единственного раза. И он стал последним…
Я вкратце рассказываю ему свою историю, отправляю сообщение за сообщением. Он терпеливо «слушает», не перебивая. А затем молчит. Долго. Мучительно как-то. Я от нетерпения кусаю губы и хожу из одного угла комнаты в другой. Вдруг и он меня оставит, узнав, с кем связался? Зачем ему всё это?
Но Аноним снова меня удивляет.
«Ты не должна ничего бояться. Я всегда рядом».
«Спасибо».
Мне вдруг становится легче. Да, я, конечно, понимаю, что Аноним всего лишь поддерживает меня. Но это придаёт сил и вселяет надежду.
«Нет, Настя, ты меня не поняла. Я всегда рядом. Никто не причинит тебе вред. Ни Алима, ни Тагир, ни кто-нибудь другой. Я вырву печень любому, кто посмеет протянуть к тебе руки. Поняла меня?»
Меня бросает в жар и холод одновременно, а сердце болезненно сжимается. Виски охватывает пульсацией, и шум в ушах не даёт сосредоточиться на единственно важной мысли.
«Кто ты?!»
«Я твой друг, Настя».
— Нет… — шепчу, глядя на телефон, отбрасываю его на кровать. — Ты не друг. Вовсе не друг.
Одеваюсь впопыхах. Впрыгиваю в первый попавшийся комбинезон и медленно подхожу к кровати. Будто заметив меня, телефон вдруг взрывается трелью, а на экране появляется надпись «Скрытый номер».
Прикладываю динамик к уху, хрипло отвечаю.
— Здравствуй, Настя, — всхлип застревает где-то в горле, потому что я слышу голос Самира. Закрыв рот рукой, мычу что-то неразборчивое, мотаю головой. — Поговори со мной. Пожалуйста. Девочка…
— Кем бы ты ни был… Больше не звони мне. Никогда. И не пиши.
— Настя…
— Не смей, слышишь?! — срываюсь на крик, а в горле начинает саднить от боли. — Не смей! Не смей притворяться Самиром! Я не знаю, кто ты и знать не хочу! — трусливо нажимаю на кнопку отбоя и отключаю мобильный. Вытаскиваю из него сим-карту, ломаю её на две равные половинки. — Враньё! Ложь!
***
С домработницей сталкиваемся в столовой. Она накрывает на стол, а я, встретившись с ней взглядом, опускаю глаза.
— Доброе утро. Сегодня только вы дома завтракаете.
А вот это хорошо. Не хотелось бы сейчас видеть никого из жуткой семейки Алимы. Меня всё ещё колотит и зверски тошнит. В голове звучит его голос, а там, за грудной клеткой так больно, что не хватает воздуха.
Я знаю, что со мной играют, пытаются свести с ума. Знаю, что они не остановятся ни перед чем. Для этих извергов нет ничего святого. И я должна быть сильной. Должна собраться с духом и идти дальше. Ради моего сына должна собраться, ради Самира!
— Спасибо, — сажусь за стол. Почему-то кажется, что от домработницы пахнет парфюмом Тагира, и я пытаюсь отвлечься на это.
— Хотите чего-нибудь другого?
— Нет, спасибо. Омлет меня полностью устраивает.
Облегчённо выдыхаю, когда она удаляется. Какой бы ни была Алима, измена — гадко. Эта женщина легла в чужую постель, с чужим мужчиной. Спала с ним, трогала его… А потом будет этими же руками подавать еду Алиме и её детям. Отвратительно. И хоть я простила Самира за его измены, но ту раздирающую боль помню до сих пор. Никто подобного не заслуживает.
А Самир… Мой Самир. Я слышала его голос так отчётливо, будто это, и правда, был он. Вот только я видела его тело. Видела своими глазами, как его убили. Меня путают, играют, сводят с ума. Но они глубоко заблуждаются, если думают, что смогут меня сломить. Я — Анастасия Сабурова. Мой муж передал мне не только свои материальные богатства. Он передал мне свою силу и непоколебимость. Никто не сможет меня победить. Никогда.
***
У торгового центра меня встречает мужчина в чёрном костюме, и я невольно ежусь от его ястребиного взгляда. На улице адская жара, а он в костюме, ну не странно?
— Здравствуйте, Анастасия, — кивает мне мужчина, приоткрывая дверь иномарки. — Захар Дмитриевич вас ожидает.
— Здравствуйте. А почему Захар Дмитриевич не приехал сюда? — но охранник молчит, а я вспоминаю слова Лазарева: «Вы должны мне доверять. Если не готовы, тогда найдите другого спасителя». И тут же голос Захара в моей голове заглушает Самир: «Настя…»
Тру виски, пытаясь избавиться от наваждения. Нельзя. Нельзя поддаваться и расклеиваться. Только не сейчас.
— Поехали, — сажусь в машину, дверь захлопывается.
Лазарев встречает меня в своём особняке. Почтительно открывает дверь, подаёт руку.
— Проходите, Анастасия. Я рад принимать вас у себя в гостях, — сегодня он более вежливый, и я неуверенно улыбаюсь. Привычка не доверять всем вокруг, кажется, уже пустила во мне корни. Как второй характер выработался. — Вы выглядите напуганной. В этом мой телохранитель виновен?
— Нет. Сегодня случилось нечто… В общем, один человек позвонил мне и представился Самиром, — голос срывается, но я упрямо глотаю рвующуюся наружу истерику. — Я слышала голос мужа так отчётливо, будто это, в самом деле, он.