Анастасия Шерр – Исступление (страница 32)

Она выгибалась в его объятиях, что-то шептала и мяла плечи своими руками, а он, как больной, ловил каждый вздох, каждый её взгляд из-под полуопущенных ресниц. Уже давно секс ради секса потерял смысл. Ему даже не хотелось кончать, как было раньше. Одна цель — увидеть, как она запрокидывает голову и стонет его имя. Как сокращаются её мышцы вокруг его члена, и она дрожит всем телом. Вот истинный кайф.

— Марат? — хватает его за руку, принуждая остановиться. — Подожди…

— Что?

— Дай руку, — ловит его ладонь, прикладывает к животу. — Чувствуешь?

Хаджиев застывает истуканом. Глядя в её смеющиеся глаза, превращается в каменную статую. И внутри что-то обрывается. Он чувствует.

— Ну? Чувствуешь, как толкается?

Младший Хаджиев действительно беспокойный парень. Такое ощущение, что уже собрался на выход. И Марат улыбается. Как когда-то давно, когда он ещё умел радоваться.

— Спасибо тебе за него, — она тянется к его к губам, целует и крепко обнимает за шею. — Я каждый день благодарю за него… И за то, что встретила тебя. Давай больше никогда не будем расставаться?

И этого достаточно, чтобы внутри стало тепло и спокойно. И насрать на все проблемы. Он их порешает. Как решал всегда. Только теперь есть цель. Есть смысл.

Звонка от взбешённого отца ждал весь день. И тот позвонил уже ближе к вечеру.

— Ты думаешь, я идиот? Немедленно верни девушку отцу, через неделю ваша свадьба!

Марат усмехнулся.

— О чём ты, отец?

— Ты знаешь, о чём! Кто это сделал? Кто похитил Шахидат? Твои недоноски? Или Валид? Ты сам сошёл с пути и тянешь за собой брата! Как ты посмел меня ослушаться? Откуда столько дерзости?!

— Правильно ли я тебя понял, отец? Шахидат с кем-то сбежала? И ты всё ещё хочешь женить меня на этой шлюхе?

Хаджиев старший замолчал, видимо, переваривая информацию.

— Нет, Марат. Не смей этого делать! Не смей отказываться от неё! Ты опозоришь этим девушку и её семью!

Уже посмел.

— Ты уже давно не имеешь власти надо мной. Даже то, что ты мой отец, не даёт тебе права решать за меня. У меня есть жена. Будет ребёнок. И я отхожу от дел. А тебе лучше вернуться домой и озаботиться делами с твоим другом Джамалом. Он же теперь твой друг? Думаю, война нам грозит не из-за того, что я решил уйти. Так ведь, отец? Просто ты зарвался. Твоя алчность тебя же и губит. Партнёры взбешены не из-за меня. А из-за тебя. Ты играл не по правилам. Ты спутался с врагами.

Динамик затрещал от крика Саида.

— Да как смеешь так со мной говорить?! Щенок!

— Уезжай, отец. Мои люди тебя проводят. У вас с Джамалом сутки на то, чтобы отыскать Шахидат, а потом вы уберётесь из города, вне зависимости от того, найдёте девку или нет. Я отхожу от дел, но я всё ещё не последний человек здесь. Не заставляй меня провожать тебя с позором. Я помогу, если начнётся кровопролитие. Но ты больше не будешь винить в своих грехах сыновей. Ты всему виной.

А потом долго смотрел на потухший экран мобильного и не верил, что, наконец, сделал это. Избавился от тяжёлого груза, что лежал камнем на его груди десятки лет. Это оказалось проще, чем он себе представлял. Хоть и гадко. Он ведь сейчас отказался от отца.

— Марат Саидович, там ваш брат пожаловал. Требует встречи с вами, — охранник нарушил тишину, и Хаджиев поднял на него взгляд.

— Зови.

Валид распахнул дверь с ноги, остановился посреди гостиной, встав в позу, будто приготовился к атаке.

— Здравствуй, брат. Я пришёл поговорить о Шахидат.

Марат развёл руки в стороны.

— Спасибо, брат. Я перед тобой в долгу.

— Долг это, конечно, хорошо. Только я её не похищал. Я вот спросить пришёл, ты куда дел её?

А вот это уже интересно. Не настолько, чтобы Марат по поводу этого особо запаривался, но всё же любопытно.

— Ты сейчас шутишь, Валид? Хочешь сказать, что она исчезла без твоей помощи?

Валид растерянно уставился на старшего брата, нахмурился.

— Нет, я на полном серьёзе. Это ты её украл, да? Спрятал где-то? Я же дал согласие. Отдай мне её!

— А тебе, я вижу, невеста моя приглянулась, да? — хмыкнул.

— Марат, я серьёзно! Не нужно её… убирать. Отдай мне.

— Убирать? Брат, ты за кого меня принимаешь? По-твоему, я стану убивать девчонку? — появился неприятный осадок.

— Тогда где она?

— Понятия не имею, — и разбираться в этом Хаджиев тоже не будет. Свалила и хрен с ней. Проблема решена. Главное, чтобы не выяснилось потом, что она в магазин вышла или к маникюрщице. Такой вариант развития событий Марата не устроил бы. Он дал слово, что женится на Шахидат. А значит, если она не сбежала с любовником (что маловероятно), или её не похитили, он должен будет сдержать своё обещание. Задумался. — Её нужно найти, Валид. Найти и спрятать.

Валид почесал затылок, задумчиво нахмурил брови.

— Ну и где мне её искать?

— Нигде. Мои парни её найдут.

— Нет уж. Своих парней при себе держи. Я сам её отыщу, — тут же ощетинился. — Пообещай, что девчонку не тронут!

Марат впервые видел брата таким всколоченным. Да ещё и из-за женщины.

— Ещё вчера ты говорил, что эта девка тебе не нужна. Что изменилось за сутки?

Валид пожал плечами.

— Я просто хочу знать, куда она делась.

Ну да. Разумеется. Марат хорошо знал этот взгляд. Взгляд больного психа, помешанного на женщине. Видит такой же в отражении зеркала ежедневно.

— Хорошо. Ищи. Только сделай так, чтобы отец не нашёл её раньше. Я дал им сутки. После они уедут.

Валид недоверчиво усмехнулся.

— Ты шутишь? Хочешь сказать, что выгнал отца из города? — и, прочитав во взгляде старшего брата ответ, засмеялся. — Брат, да я горжусь тобой! Ты ещё скажи, что, наконец, поумнел и решил передать свои дела мне? — и тут же улыбка Валида исчезла. — Да ладно? Серьёзно? Марат… Отец этого не одобрит.

Хаджиев-старший сунул руки в карманы и, нащупав там заколку, насколько мог равнодушно пожал плечами.

— Мне нет дела до его одобрения. Как и тебе. Я не прав? Ты хотел этого, ты это получишь. А я смогу жить своей жизнью. У меня теперь другие цели.

ГЛАВА 30

— Мне что-то не по себе. Кажется, у меня клаустрофобия, — я цеплялась за руку Марата настолько сильно, что, будь он не таким мощным, наверное, раздробила бы кость. — Я сейчас начну задыхаться. Упаду в обморок. Марат, я серьёзно.

— У тебя нет клаустрофобии, Белоснежка, не симулируй, — Хаджиев продолжил тащить меня за собой и на все уговоры развязать мне глаза, отвечал отказом. Упрямец.

— Ну, хотя бы намекни, куда мы идём?

— Нет.

— Шутишь? Между прочим, я голодна. Может, сначала позавтракаем, а потом уже сюрприз?

Он тяжело вздыхает, показывая этим, как его утомила моя болтовня. Легонько бьёт по руке, когда я пытаюсь сдвинуть повязку и смеётся в ответ на мою выпяченную губу. Под ногами шуршит опавшая листва, и воздух настолько свежий, что обжигает горло прохладой.

— Сначала ехали в тёплой машине, теперь гуляем на холоде. Если я заболею, это будет на твоей совести, Хаджиев, — упрекаю его негромко, хоть и понимаю, что несу чушь. Ещё только осень, а я уже в мехах. Никогда прежде не носила шубу и теперь понимала, что потеряла на самом деле не много. В ней жарко и душно и хочется раздеться прямо на ходу. Но Марат настоял, а с ним спорить бесполезно.

— Всё, пришли, — резко останавливаемся, и он снимает шарф с моих глаз.

— О-о-о… — срывается с губ, и это, пожалуй, единственное, что я в тот момент могла сказать.

— Нравится? — перевожу взгляд на Хаджиева, такого высокого, большого, в этой умопомрачительной кожаной куртке, растягиваю губы в неуверенной улыбке. — Снежан? Я спрашиваю: нравится? — допытывается, заглядывая в глаза, а я судорожно выдыхаю.

Это сказка. Самая настоящая сказка. Сказка, о которой я не смела даже мечтать. Но дышала ею, сколько себя помню.