Анастасия Руссет – Твоими глазами (СИ) (страница 9)

До оборотня доносился шорох волос Аили, кивающей в такт словам мужа. «Как китайский болванчик» — говорила Ллариг про эту привычку, но Эккарт сам готов был кивать на каждое предложение. Он был доволен, что Беленус повторил их с Фир слова о необходимости быть осторожными.

— Я не могу! — Возмутилась Ольга. Похоже, она единственная не поняла, что происходит. — У меня туристы сегодня прилетают! Я даже раньше встала, чтобы вовремя выйти из дома!

— Тебе лучше отложить свои дела на какое-то время, — посоветовал ей бывший бог плодородия. — Возьми отпуск или уволься, но ходить по городу сейчас — значит, нарываться на крупные неприятности.

— Да брось ты, Беленус, — усмехнулась ведьма. — Ну что такого может со мной произойти? Центр города, толпа туристов под боком. Тем более что я на собственной машине все время или на автобусе с экскурсией.

— Оля, пожалуйста, — попросила Жрица, — не спорь.

— Но Ану!

— Если ты все еще настаиваешь на финансовой самостоятельности, — заметил Беленус, — то можно работать и находясь в доме. Интернет у нас имеется. Поскольку тебе так важна лингвистическая составляющая, займешься переводом книг для издательств или можешь помочь мне с клубом. Но выходить в одиночестве просто глупо.

— Хорошо… — недовольно пробормотала девушка. — Но сегодня мне просто необходимо поехать. Меня некому подменить. Света заболела, у Вики выходные, а Надя одна не справится.

— Оллин, это не игра, — родной голос прозвучал так, что Эккарт понял — Ллариг зла на беспечную ведьму. Для Фир Оля была ребенком, как и для большинства существ, живущих в этом доме. — Ты не знаешь, на что способны Дети Миля. А тем более — фоморы.

— Фи-и-ир, — затянула ведьмочка в ответ, — это же только на сегодня! Кроме того, мне все равно нужно будет заехать в офис. Заявление написать, мелочи разные доделать…

Оборотень кожей почувствовал тяжесть взглядов, повисших над Оллин, но ведьме все было нипочем. Вот упрямое и толстокожее существо!

— Сегодня только… — жалобно пискнула она.

— Ну ладно, ладно, — пробормотала Фир, закатив глаза под потолок. Эккарт знал, что лицо Шапки выражает крайнее недовольство. Но отказать ведьмочке, когда она просит, было очень непросто. — Тебя будет кто-то сопровождать. Весь день. Я настаиваю.

— Мы сможем помочь, — глава пикси перелетела на стол. Эккарт услышал, как ножки в крошечных туфельках осторожно ступают по стеклянной поверхности. — Один из нас может пробыть с ней весь день.

— Не слишком холодно? — спросила Ану. — Мне бы не хотелось, чтобы кому-то из маленького народца был причинен вред по нашей вине.

— Нет, нет! — Голосок феи звенел как колокольчик. — Это будет честью — помочь. Сопровождающий будет тепло одет. Я подберу того, кто в совершенстве владеет гламором[17], так что присутствие будет практически незаметным. А Оля наденет шарф, чтобы можно было спрятаться от ветра.

— Конечно, — поддакнула ведьма. — Такой спутник — просто высший класс! Гораздо удобнее будет. За мной не придется постоянно ходить.

— Если что-то случится, — нахмурился Эккарт, — пикси не сможет помочь.

— Нет, — ответила Кайла. — Но можно проследить действия противника, заметить детали и доложить. Когда-то мы этим славились. Ты уверен, оборотень, что навыки забыты?

Эккарт уверен не был, поэтому решил промолчать.

— Такой выход и вправду лучше, — заметил Беленус. — Даже вдвоем будет непросто оказать сопротивление Детям Миля. Они почти всегда ходят большими группами. Если фоморы все-таки на их стороне, то нам потребуется более тщательный план действий. Подвергать такому риску двоих — неразумно. А пикси всегда сможет убежать.

Кайла довольно кивнула, о чем Фир не преминула сообщить своему оборотню.

— Блин, что вы мрачные такие? — Удивилась ведьмочка. — Не случится со мной ничего!

— Возможно, ты права, — кивнул Эккарт, — но лично мне роль Фоморов не ясна. Чертовски интересно, что делал их запах рядом с Детьми Миля.

— Ты имеешь в виду возможность, что фомор охотится не на нас? — Уточнил Беленус.

Глаза длинноволосого застыли, пока он тщательно обдумывал все возможности. Фир говорила, что бывший бог в такие моменты выглядит довольно красиво. Ее понятия о красоте имели собственные критерии, превращая недвижимого мужчину в нечто привлекательное. Не сексуальное, а просто притягательное зрелище. Для оборотня все выглядело проще. Беленус переставал издавать все звуки, кроме редкого дыхания, превращаясь в подобие статуи. Наконец мужчина в кресле подернул плечами.

— Слишком мало информации, — заключил он. — Подождем, посмотрим, что случится дальше.

Его предложение никому странным не показалось. Да и плана лучше не было.

Глава 5

Пот стекал по коже Фир, оставляя влажные метки на спине и подмышками. Образовывал влажные дорожки на груди, скатываясь вниз. Срывался тяжелыми каплями при резких движениях и ударялся о напольное покрытие, пружинящее под ногами. Девушка заметила, как расширяются ноздри оборотня, выхватывая мельчайшие частички ее аромата из воздуха. Это очень… возбуждало.

Ллариг сделала обманное движение, ударив с другой стороны. Эккарт развернулся, будто в диковинном танце, с кажущейся легкостью выскользнув из зоны, на которую она была нацелена. Оказавшись за спиной партнерши, толкнул ее, заставив упасть на колено. Не оборачиваясь, девушка попробовала ударить его локтем, но оборотень успел блокировать удар и завести ее руку назад, чтобы обездвижить.

Фир хлопнула свободной ладонью о покрытие татами, показав — раунд окончен, но Эккарт не спешил отпускать свою грозную воительницу, ослабив захват и обхватив ее за талию, чтобы Шапка могла опереться о пол обеими руками. Вервольф приподнял косу, заплетенную Ллариг на время тренировки, и слизнул капельки пота с женской шеи. Хриплый выдох вырвался из ее горла, заставив мужчину задышать чаще.

— Ты так замечательно пахнешь… — прошептал оборотень.

От звука его голоса у Фир приподнялись волоски на затылке, и сладко заныло в паху. Если бы девушка стояла в такой позе самостоятельно, то непременно рухнула бы на пол.

— Такая вкусная… — мужчина снова лизнул ее в шею, — но, может, хватит играть? Попробуем по-настоящему? Я обещаю, что не позволю причинить вред никому из нас.

— Ладно, — ухмыльнулась Шапка. — Но просто так будет не интересно. Я хочу свой приз!

— И какой же приз хочет моя Geliebte? — Эккарт снова шептал ей на ухо, совершенно лишая Фир воли к сопротивлению.

— Желание, — пробормотала она, только чудом не теряя этой мысли.

— Желание? — Повторил за ней оборотень. — Да будет воля победителя?

— О, да! — выдохнула Шапка.

Эккарт поцеловал Фир в затылок и поднялся, все еще обхватывая ее за талию. Женщина развернулась, притянув мужчину вниз за плечи, чтобы поцеловать, но застыла, разглядывая любимое лицо. Столетия совершенно не изменили его, оставив Эккарта навсегда в возрасте примерно тридцати лет. Четкие, ясно очерченные линии подбородка. Высокие скулы. Красивая форма губ. Нос, как у греческой статуи. Высокий, в меру мускулистый оборотень был очень эффектным мужчиной.

Почувствовав ее взгляд, Эккарт вопросительно приподнял бровь, заставив сдвинуться шрамы на щеках. Когда-то давно Ansa рассказывал, что эти метки он получил во время ритуала. Символы мужества — вот как называл их сам мужчина. Но упоминать о них не любил, поэтому Фир расспрашивала только раз. Да и не так важно это было. Но самой примечательной деталью на лице Эккарта все-таки были глаза, обычно скрытые за стеклами темных очков. Абсолютно невидящие, с темными крапинками зрачков и радужкой синей, как лазурит… Которые, в волчьем обличье, изменяли цвет на золотисто-желтый и могли различить слабый свет и движения. Человеческие глаза не видели совершенно ничего.

Его пытались лечить в Праге в клинике для оборотней, основанной еще в 19 веке. Там работали самые лучшие врачи-веры, которых можно было найти на территории Европы. Стояло самое современное оборудование, которое можно было позволить себе за деньги. Но прогноз был не утешителен. Сделав кучу анализов, светила медицины созвали на консультацию лучших офтальмологов мира, долго удивляясь полученным результатам. Они не смогли сделать ничего. Органы зрения оказались в порядке. Вообще, оборотень был идеально здоров. Специалисты так и не поняли, почему он не видит.

Удерживая Эккарта очень близко, Фир провела большим пальцем по его нижней, слегка полноватой губе. Улыбка исчезла как по волшебству, оставив серьезное выражение на лице мужчины.

— О, да! — Выдохнул вервольф. — Желание!

Они разошлись по углам комнаты, потратив около тридцати секунд, чтобы полностью восстановить дыхание, и начали сходиться снова, плавными текучими движениями двигаясь навстречу друг другу. Мягко перетекая из одной стойки в другую, Фир напоминала большую кошку. А Эккарт откровенно пугал, используя в движениях тела такие мышцы, которых у человека вообще не может быть. На этот раз все, действительно, было по-настоящему: Холодный расчет действий; скупые движения, незаметные глазу; резкие удары, которыми, при желании, можно было бы пробить кирпичную стену.

Благодаря генам Дини Ши и Красных Шапок, Фир была сильна даже по меркам истинных сидхе. Ее предки со стороны матери питались ужасом, страхом и болью противника во время боя. Фир тоже могла вызывать эти чувства одним своим появлением, превращаясь в богиню-воительницу на любом поле боя. Со стороны отца Ллариг досталась специфическая магия этого вида фейри, позволяющая контролировать кровь в организме врага, вызывая гемофилию[18] и обширные кровотечения, зачастую без внешних ранений.