Анастасия Росбури – Проклятая. «Неуловимый» (страница 5)

Если бы он сказал заранее, куда они направлялись, она бы подобрала соответствующий наряд, а так ему придется иметь дело с тем, что есть. Будь ее воля, Мира бы вообще в брюки влезла. После жизни в Академии было сложно снова возвращаться к платьям и длинным юбкам.

– Знаешь, я ведь отвыкла от нашей сумасшедшей планеты, – задумчиво хмыкнула она и подняла глаза к теряющемуся в высоте зеленому куполу. – На планете с Академией климат довольно мягкий и подходит большинству рас.

– Избаловали тебя, – посмеялся Нир. – Так что ты хотела узнать об изменениях дома? Политика, вооружение, сплетни? – он смешливо прищурился.

– Не знаю. Все, наверное, – Мира пожала плечами. – Как дела на Лиме, в государстве, у тебя, у отца?

– Хорошо, начну с простого. Отец с каждым годом становится все угрюмей и жестче. Видимо, сказываются дипломатические отношения с Союзом. Меня он назначил генералом, и я теперь постоянно в разъездах. Редкие недели, которые удается выкроить для отдыха, обычно провожу с друзьями, к тебе летал тоже. Меня, в отличие от тебя, он так активно не женит, хотя определенные попытки и предпринимает, – Нир посмотрел на ее реакцию, но, заметив ехидную усмешку, которую ей не удалось сдержать, расслабился. – Так что пока я регулярно меняю подружек, а о жене даже и думать не хочу. Что насчет тебя? У тебя был парень в Академии? Из Тэю так и не удалось ничего вразумительного вытянуть.

– И это странно, учитывая, как она любит поболтать, периодически забывая следить за языком, – посмеялась Мира.

– Я бы так не сказал, – Нир загадочно улыбнулся, и что-то пошлое проскользнуло в его взгляде, озадачив. Что он недоговаривал? Брат полностью проигнорировал ее подозрительный взгляд и подмигнул: – Так что там с парнем?

– Потом расскажу, давай дальше, – отмахнулась Мира, не желая делиться подробностями личной жизни посреди оживленного города.

– Если говорить о государстве, то на Лиме глобальных изменений нет. Аоры не враждуют, их владения процветают. Последние три цикла были на удивление урожайными, и за счет этого изрядно вырос бюджет страны. Государственное войско увеличилось, насколько не скажу, сама понимаешь – секрет. А в целом? – он задумался на какое-то время. – Лао ведут себя тихо, бунтовать не пробуют. Хотя пару лет назад лао с Верры и Темме повздорили, но отец быстро уладил конфликт. До вооруженной вражды не дошло. Рудники на лунах-близнецах истощаются, поэтому отец в прошлом году запустил программу по освоению еще двух планет. Лао пока на них назначать не будут. Там планируется построить всего по одному крупному городу под руководством аоров. Вот и все, если вкратце.

Мира молчала, осмысливая полученную информацию. Следить за новостями из дома, пока она училась, у нее не было ни времени, ни особого желания. Опять же, здесь не особо что-то и поменялось. Жизнь на Лиме всегда текла размеренным чередом, не отличаясь ничем примечательным.

– Из-за чего произошел тот конфликт?

– Я точно не помню, но, по-моему, кто-то у кого-то невесту увел.

– Ты серьезно? – Мира в изумлении уставилась на брата. – Из-за такого пустяка пришлось вмешиваться правящему лаору?

– Разве похоже, что я шучу? – Нир улыбнулся. – Да знаю я, что это глупо, но ведь это лао, ты же понимаешь.

– Да уж, – Мира задумчиво покачала головой и тихо добавила себе под нос: – Давно меня дома не было, раз отвыкла от такого.

В Лимерии существовала строгая иерархия: лаоры – древний дом, испокон веков правящий страной и обладающий неоспоримой властью; лао – правители планет, подчиняющиеся лаорам; аоры – наместники земных наделов, подчиняющиеся лао и лаорам. На Лиме верховный лао выполнял роль первого советника лаора и имел ограниченную власть, в отличие от других. Тем не менее быть столичным лао считалось очень престижным, поэтому за это место шла ожесточенная борьба.

Каждый год в день Нового Цикла правящий лаор объявлял о новых аорах и решал, оставить ли лао в своем праве или избрать других из обширной знати. Поскольку потерять место было легко, правители изо всех сил старались угодить правящему дому, следя за вверенными им территориями и плетя всевозможные интриги.

Одним из способов добиться этого были политические браки. Сыновья брали в жены только благородных девушек из знати, а дочери выходили замуж только за благородных или знаменитых мужчин. В Союзе межрасовые браки были разрешены, поэтому некоторые знатные лимерийки покидали родную страну, выходя замуж за инопланетян, тем самым укрепляя положение родины и семьи на международной политической арене. Такая же судьба ждала и Миру, пока она не сбежала.

Так что было неудивительно, что два лао поссорились из-за девушки. Либо она оказалась завидной невестой, либо им просто потребовался повод для открытой вражды, чтобы отметиться перед лаором.

– Мира… Мира, да очнись, наконец! – Нир обеспокоенно потряс ее за плечо. – О чем задумалась?

– Так, ни о чем, – она встряхнула головой, прогоняя прочь глобальные мысли.

– Скорее, вот-вот взойдет закатное солнце. Вон, уже первые лучи показались, – он ткнул пальцем вверх.

Несмотря на то, что небо закрывал бескрайний зеленый купол, было видно, как к холодному белому свету извне примешивался теплый желтоватый оттенок. Температура заметно возросла. Многие цветы закрыли венчики, листья на некоторых растениях свернулись, превращаясь в тонкие трубочки.

Солнцежар был губителен не только для животных, но и для многих растений, поэтому они научились спасаться, прячась за толстыми, похожими на чешую пластинами, или сокращая свою освещаемую поверхность. Зато хищные лозы наслаждались данным временем суток. Они вытягивались вверх, расправляли листья, лежащие все остальное время на земле, и распускали огромные алые цветы, напитываясь светом и жаром.

Чувствуя приближение смертельно опасного времени, даобы без понуканий устремились к черным скалам впереди. Их огромные трехпалые лапы оставляли глубокие следы в каменной крошке. Раскаляющаяся дорога вынуждала их двигаться все быстрее и быстрее.

Внезапно даоб Нира взревел и шарахнулся в сторону Миры. Она чудом успела вовремя поднять ногу, когда животные гулко столкнулись боками. Раздался свист, и ему вторил рев обожженного зверя.

– Что там? – крикнула Мира, видя, как брат рубанул что-то глефой, до этого находящейся в креплении его седла.

– Щурра, чтоб ее вторая луна застала! – огрызнулся он и подхлестнул напуганного даоба. – Быстрее!

Они въехали в спасительную прохладу и полумрак пещеры, когда снаружи уже невозможно было находиться. Закатное солнце явило себя во всей красе, и ярко-салатовый свет объединенных светил слепил и обжигал. Воздух плавился над камнями, играя с воображением иллюзиями воды и ветра.

– Фух, повезло, – Нир слез с даоба и осмотрел длинную царапину на его задней конечности. – А ты, тупая скотина, смотри под ноги!

– Что ты на него орешь? – возмутилась Мира, спрыгнув на каменистый пол пещеры. – Он наверняка никогда не видел щурру во время солнцежара. Откуда ему было знать? Зато теперь осторожнее станет, – она подошла и погладила даоба по морде.

Зверь благодарно заурчал, но, получив пинок от Нира, обиженно отошел в сторону.

– Что ж, твоя очередь рассказывать, – Нир уселся на камень и оценивающе посмотрел на сестру. – Знаешь, я тут на днях наши снимки перебирал, еще до того, как ты сбежала. Ты сильно изменилась, Мира. До этого я как-то не обращал внимания, когда прилетал к тебе в Академию. Заметил, только когда старые альбомы нашел.

– Ой, да ладно тебе, – смутившись, она опустила глаза. На ее щеках появился яркий румянец.

– Давай, рассказывай, что изменилось с нашей последней встречи.

– Ты видел меня незадолго до того, как начались экзамены, так что особых перемен в моей жизни с тех пор не произошло, – она пожала плечами.

– Учитывая, что ты всегда была в компании подруг, когда я приезжал, то сложно было что-то интересное рассказать. Наверняка есть что-то, чего они не знали, – задорно подмигнул Нир. – Расскажешь брату? Мы здесь одни, – он выразительно обвел пещеру рукой.

– Начнем с того, что подруга у меня была только одна, – скептически фыркнула Мира.

– А остальные тогда кто? – удивился Нир, привыкший видеть не меньше пяти девушек в компании сестры во время своих визитов.

– Остальные приходили посмотреть на тебя. Ты был настолько популярен среди курсанток, что они раньше меня узнавали, когда ты прилетишь. Не знаешь почему?

Нир фыркнул. Он-то отлично знал почему.

– Подруг не было после того инцидента?

Мира поморщилась и кивнула. Нир мысленно хмыкнул, вспоминая историю, которую слышал в пересказе от Тэю, которая не скупилась на эпитеты, описывая их однокурсниц.

– Если не с подругами, то с кем тогда ты и Тэю общались все эти годы?

– С парнями, – пожала плечами Мира. – Обычно со старшекурсниками.

– И Тэю?

– Да, – равнодушно ответила она, не обратив внимания на его недовольно дрогнувшие губы. Хотя Нир знал, с кем связывался, так что злиться нужно было только на себя. Мира тем временем продолжала: – Если говорить про меня и мои секреты… Серьезных отношений у меня не было. Конечно, парни уделяли мне внимание, не без этого, но не все так просто.

Ее взгляд стал отрешенным, и она ухнула с головой в воспоминания. Нир тоже затих, не желая перебивать ее.