Анастасия Росбури – Проклятая. Книга 4. Лима (страница 5)

Перехватчики быстро уловили идею и успешно избегали залпов из бортовых пушек. Всего за несколько минут ближайшие к Руж машины вышли на огневой рубеж и открыли огонь по «Неуловимому». Сетчатый барьер заполыхал, ослепляя ярким светом в местах ударов.

Руж сместилась немного в сторону, чтобы не проворонить лучи смерти, которые уж слишком неожиданно появлялись то тут, то там, вылетая из-под энергетического щита. Три команды перехватчиков нырнули под барьер и скрылись из виду. За веспой продолжали следовать 1-я, 2-я и 5-я команды.

Вдруг турельный залп промелькнул за крылом на грани видимости и устремился четко в Руж. Мира на мгновение отключилась, уходя в глубокое слияние и отдавая собственные силы на маневр уклонения. Когда она вернулась в сознание, Руж быстро перебирала конечностями по центральному иллюминатору, приближаясь к оружейному отсеку. Веспа замерла, сжимая брюшко. Горечь яда защекотала кончик языка.

– Стой! – заорала Мира.

Во рту появился противный привкус утробной жидкости, и мышцы вокруг нее сжались, едва не инициируя отторжение. Она попыталась восстановить устойчивое слияние и не смогла.

Паника вспыхнула в ней, и Мира начала задыхаться, захлебываясь.

Руж замерла, подчиняясь приказу. Три турели с яркими огнями на остриях держали ее на мушке, но не стреляли. Осознание, что она только что чуть не отравила их корабль, пришло с запозданием.

«Прости. Забылась. Увлеклась», – Руж виновато позвала своего пилота, которую вдруг перестала чувствовать.

Мира не ответила, изо всех сил цепляясь за слияние, чтобы не вывалиться из утробы. Мышцы вокруг запирающей пластины бесконтрольно сократились.

Руж запаниковала, и дрожь пробежала по телу, сотрясая крылья. Ноги стали непривычно вялыми. Ужас растекся по венам – Руж тоже не могла восстановить слияние.

Она слетела с крейсера и на пределе возможностей устремилась к грузовому шлюзу под его брюхом – он был ближе, чем тот, которым Руж пользовалась в последнее время. Она не могла убить ашу-илы и себя заодно, выбросив хозяйку в открытый космос. Она должна была добраться в безопасное место, пока не стало слишком поздно.

Внутренняя грузовая дверь не успела полностью захлопнуться за ней, как утроба раскрылась, игнорируя все попытки Руж остановить отторжение. Мира вывалилась на холодный пол и согнулась в рвотном позыве, но хозяйка была слишком опытна в слиянии, поэтому все спазмы оказались ложными. Ее лицо было нездорово серым, глаза широко открыты и пусты. Рот распахнулся в немом крике, лицо исказилось от боли, и она скрутилась на полу.

Руж скрипела в панике и суетилась вокруг Миры, не зная, как помочь. Возвращать ее в утробу в таком состоянии было нельзя, а специалистов-лимерийцев, которые разбирались в особенностях слияния, здесь не было. Никто не мог помочь ей, и Руж чувствовала себя предательницей. Она поступила необдуманно, поддавшись диким инстинктам, и теперь ее любимая хозяйка страдала и могла вообще не очнуться, впав в кому. Руж не могла докричаться до нее по ментальной связи – она даже не ощущала песни ашу-илы, которая переплела их друг с другом в день их первого слияния много лет назад, когда Руж с другими юными сестрами впервые вылетела из улья Матери, чтобы найти своего пилота среди лимерийцев.

Перехватчики вернулись на крейсер, занимая отведенные места в транспортном отсеке. Пилоты повыскакивали из машин и поспешили к извивающейся Мире, которую начала колотить дрожь судорог. Они все остановились на изрядном расстоянии, словно боялись подойти к ней. Руж заскрипела, умоляя их помочь ей, но они ее не понимали. Никто не понимал, кроме ее хозяйки, которая задыхалась, застряв на границе слияния и реальности.

Из лифта вышли возмущенные Цорш и Кайтер и направились к толпе, собравшейся вокруг Руж и Миры.

– Что ты себе позволяешь? – закричал на ашу-илы четырехрукий самец, но озадаченно остановился, когда увидел, что она была не в себе. – Что это значит? – Он уставился на пилотов, которые не решались подойти ближе и помочь.

Все дружно пожали плечами и что-то сказали на непонятном языке. Кайтер раздраженно цыкнул и снова посмотрел на Миру, но не стал ничего предпринимать.

Руж закричала в отчаянии. Почему никто из них не пытался помочь Мире? Почему они просто бросили ее валяться на полу?

Цорш подошел ближе и раскрыл ладони. Руж спешно вложила в них усы и принялась объяснять, что произошло, просила прощения за то, что ослушалась, умоляла помочь Мире вернуться в сознание. Командир поморщился и смахнул каплю крови из-под носа, разрывая ментальную связь.

Руж неуверенно шагнула назад. Мира все еще лежала на полу, но больше не дергалась. Ее глаза были широко раскрыты, грудь вздымалась вслед за неестественно глубоким дыханием. Руж не знала, хорошо это или плохо. Она никогда не видела, чтобы пилоты так долго оставались без помощи специалистов. На Лиме бы такого не произошло – ее бы быстро вернули в сознание. Ее брат не позволил бы ей страдать.

– Руж забылась, – передал ее слова командир. – Мира слишком грубо вернула контроль над веспой, но потеряла контроль над слиянием, и ее едва не выкинуло в открытый космос.

– Проклятье! Рей ее убьет. – Кайтер сел рядом с ни на что не реагирующей Мирой и осторожно погладил ее по плечу, другой рукой проверяя пульс.

– Здесь нет ее вины, – покачал головой Цорш и бросил разгневанный взгляд на Руж.

Она снова виновато заскрипела, искренне раскаиваясь в поступке. Никто ее не понял, и Руж разочарованно попятилась, уползая в свой ангар. Она не могла ничем помочь хозяйке, только мешала остальным, которые наивно полагали, что она может наступить на них, и поэтому держались в стороне.

– Как она? – Цорш присел на корточки рядом с Мирой.

– Без сознания, я бы сказал, но глаза открыты, хотя и не шевелятся. – Кайтер осторожно повернул ее голову.

– Она будто еще в веспе, – неуверенно вмешался Заро.

– Ты видишь? – нахмурился командир, поворачиваясь к парню.

Пилот кивнул.

– Ее сознание пусто, как если бы она выделила место для чужой сущности.

Он был клирком, как партнер Миры, и мог проникать в чужие сознания, когда его зрачки сужались, совсем как сейчас. В этом они были чем-то похожи на шес'аппаран. Руж облегченно опустила крылья. Наконец-то хоть кто-то понял, что произошло. Может быть, клирки смогут помочь Мире вернуться в реальность?

Командир нажал на комм на плече.

– Капитан, спустись в транспортный. Нужно, чтобы ты взглянул на Миру.

Рей ничего не ответил, просто отключился.

Руж раздраженно скрипнула, но, когда на нее обернулись несколько парней, замолчала. Все равно они не понимали ее речь. Пусть они и стали их новым роем, но общаться с ними без прямого телесного контакта было невозможно, и это было досадно.

По приказу командира Тод с Сэмом умчались наверх за подушками для Миры. Никто не был уверен, что ее можно уносить далеко от веспы, ведь она до сих пор не реагировала ни на что, даже когда Кайтер попробовал довольно грубо привести ее в чувство. Руж могла бы им сказать, что расстояние не имело значения, но не стала – она хотела видеть, как они помогут ее хозяйке. Должна была убедиться, что они спасут ее, и Руж не станет той, кто погубит ашу-илы.

Когда Рей вместе с Арошем спустился в транспортный отсек, там, мягко говоря, царила напряженная обстановка. Пилоты расселись вокруг Кайтера, на коленях которого лежала обложенная подушками Мира. Рядом расхаживал взволнованный Цорш, а в стороне Одоран и Паш пытались успокоить выглядывающую из ангара веспу.

Не понимая, что происходит, Рей подошел ближе и застыл на месте, уставившись в пустые лиловые глаза, лишенные искорки жизни. Его лимерийка была не в себе буквально. Она была жива и невредима физически, но ее сознание потерялось где-то на границе слияния, и Мира не могла вернуться в реальность.

– Что произошло?

– Слишком резкий разрыв слияния и страх оказаться в открытом космосе, я думаю, – мрачный Цорш подошел к нему. – Она так и лежит, как ее выкинуло из веспы. Она даже не моргнула ни разу. Физически с ней все в порядке, мы проверили сканерами на всякий случай.

– Почему это случилось? Она ведь отлично контролирует веспу.

– Угу, и поэтому Руж едва не разнесла нам оружейку! – огрызнулся Кайтер, неосознанно баюкая девушку в руках.

– Значит, не показалось, – нахмурился Рей и бросил гневный взгляд на веспу.

Руж тихо скрипнула и поспешила спрятаться в ангаре, хотя на нее клиркские способности не действовали. Она была разумна, и лимерийцы относились к шес'аппаран, как к еще одной расе, пусть и не похожей на остальных. Так что невозможность прочитать мысли веспы Рей связывал с тем, что у нее было слишком сложное строение глаз – слишком много отражений в сознании, которые работали получше самых крепких ментальных барьеров.

Он сел рядом с Мирой, развернул ее лицо к себе и погрузился в ее сознание. Где царила пугающая пустота и тишина. Ни следа того хаоса, что обычно клубился в мыслях его лимерийки. Рей словно смотрел на чистый холст, и это не было ментальным барьером.

Он тщательно искал ниточку, связывающую Миру с веспой, из-за которой был поставлен блок, заперший ее самосознание в глубинах ее сущности. Рей осторожно перебирал воспоминания и слепки эмоциональных и чувственных привязанностей, некоторые из которых поражали его до глубины души. Он никогда бы не подумал, что ему придется копаться в сознании Миры настолько досконально. Когда она узнает об этом, придет в бешенство. Ее и так раздражало, что он постоянно читал ее мысли, но по-другому Рей не мог. Ему нравилось, что он был способен видеть ее душу, не причиняя боли.