Анастасия Росбури – Проклятая. Арена (страница 2)

Рей осознал, что ему с этой дерзкой и упрямой лимерийкой придется провести жизнь, и едва не хмыкнул вслух. Его никогда не привлекали покорные, тихие женщины, но любая становилась такой рядом с ним. Любая, но не Мира.

Мира была удивительно разной, и Рей любил ее за это. Внешне нежная и хрупкая, она была сильной духом и телом. Она была дерзкой и упрямой, но в то же время заботливой и верной.

Она была его, и теперь никто и ничто не заберет ее у него. Рей знал, что Мира любила его, и не собирался никогда отпускать ее. Он сделает все, чтобы она навсегда осталась рядом с ним. Он научит ее жить по законам клана, а не Лимерии или Союза, которые были слишком мягкими и осторожными. Жизнь в кланах была сурова и жестока, но Мира должна будет принять это и стать одной из них. Рей поможет ей переродиться и стать его Проклятой, даже если ему придется переступить через ее гордость и сложный характер.

– Чего лыбишься, Рей? – Гор отбросил планшет на стол с громким стуком.

Рей вынырнул из своих размышлений и недоуменно посмотрел на друга, который был единственным из его Старших, кто всегда соблюдал субординацию и не позволял себе подобного тона при подчиненных. Хотя сейчас на мостике они остались вдвоем, заключил, осмотревшись, Рей.

– Где все?

– На ужин ушли, – Гор хмыкнул и сел рядом на свободный стул. – Ты специально Миру мне отдал? Мог ведь к Цоршу отправить. Тем более он уже три раза заходил.

– Прости. Я отвлекся, вспылил.

– Мы не сможем уберечь ее Дома, ты ведь понимаешь это? – нахмурился Гор, скрещивая огромные руки на груди. – Она слишком неконтролируема. Рано или поздно кто-нибудь попытается научить ее уму-разуму, и Кайтера не окажется рядом.

– Что ты предлагаешь?

– Понятия не имею, просто делюсь страхами. Я даже не знаю, как завоевать ее доверие обратно. Ты тут пропустил все, видимо, но так, как она, со мной никто никогда не разговаривал. И ведь придраться не к чему! Она соблюдает субординацию, не язвит, не хамит, все выполняет. Но этот взгляд, этот яд на дне глаз. Я не клирк, но так бы и придушил!

– Так может, стоит?

– Что? – опешив, Гор уставился на него.

– Идем, – хмыкнул Рей.

Он отдал приказ КИС «Неуловимого» лечь в дрейф, пока не придет ночная смена, и вышел с мостика.

Возможно, действительно пришло время указать Мире на ее место. Она должна была научиться беспрекословно подчиняться и делать это не в отместку, затаив злобу и обиду. Когда-нибудь Рей заставит ее досконально изучить Кодекс Проклятых, чтобы она в полной мере оценила, сколько поблажек он делал для нее, но пока он не хотел настолько ограничивать ее свободу. Он знал, насколько она была важна для его девушки. Рей не хотел, чтобы Мира сбежала от него так же, как из дома.

2

Мира сидела в столовой и лениво потягивала сладкий напиток. Ужин был в самом разгаре. Вокруг весело болтала дневная смена с ночной, стучали столовые приборы, пряно пахло едой.

И хотя она уже давно поела, уходить не хотелось ни в каюту, ни в кают-компанию, ни на мостик. Мира пыталась насладиться минутами мнимого уединения, пока кому-нибудь не пришло в голову поболтать с ней, хотя хмурое выражение на ее лице эффективно отпугивало потенциальных собеседников. Возможно, стоило спуститься к Руж и провести ночь у нее, но прятаться у веспы вечно не получится.

– Мира, встать! – резкий приказ Рея напугал.

Она рефлекторно подскочила со скамьи, вытягиваясь в стойку. Годы в Академии оставили свой отпечаток, и тело повиновалось мгновенно. Досада скрутила внутренности, но Мира ничего не могла с этим поделать. Ее воспитали быть воином, и не имело значения, где она служила.

Мира стояла ровно и старалась не смотреть на лицо Рея. Она не хотела, чтобы он заметил ярость, которая полыхала в ней – она была зла и обижена на него в том числе. Они все обращались с ней, как с простой новорожденной клана, хотя Мира считала их друзьями. Она доверяла им, а они считали ее пустым местом, не оправдавшим себя средством для достижения цели.

Собравшийся в столовой экипаж заинтересованно притих. Еще бы, давно она не попадала в неприятности, а тут, похоже, что-то намечалось, судя по тому, что за спиной Рея стоял Гор, и в столовую вошли Арош и Кайтер с Маком.

Мира пыталась вспомнить, что успела натворить на мостике за день, но в голову ничего не приходило. После того как ее наказали, сообщив, что отныне полеты для нее заказаны, она, как положено, выполняла все приказы, была вежлива и терпела изо всех сил, чтобы не огрызаться. Она даже ни разу не нахамила Гору, хотя находиться рядом с ним ей было, мягко говоря, неприятно.

– Сдвиньте столы, – приказал Рей, и команда мгновенно оттащила столы и скамьи к стенам, расчищая зону посреди столовой.

– Рей, не стоит, – тихо хмыкнул Гор, без труда раскусив его задумку, но Рей был непреклонен, хмуро сверля Миру взглядом.

Девушка на удивление стояла ровно, с безразличным выражением на лице, и казалась бы подчинившейся, если бы не прятала глаза. Сейчас, как никогда, она напоминала вышколенного солдата, но Рей слишком хорошо узнал ее за время, что они провели вместе. У нее всегда было свое мнение, и она никогда не делала все так, как ей говорили. Особенно когда злилась. А в том, что Мира была зла, Рей ни на минуту не сомневался.

– Мира, подними голову, – снова приказал он все тем же тоном.

Она выполнила приказ, прищурившись, чтобы спрятать глаза за длинными ресницами. Это не помогло, и Рей в полной мере оценил злость и обиду, которые плескались в ее душе. Глубины ее сознания опять оказались скрыты за ментальными барьерами, и от этого досада сдавила грудь. Все же он не стал давить. Мира словно почувствовала, что он считывал ее поверхностные мысли, и показала то, чего Рей никогда не пожелал бы увидеть в сознании той, кого любил.

Она ненавидела его за то, что он отобрал у нее крылья, за то, что обманул, когда сказал, что его друзья – это и ее друзья тоже. Она жалела, что доверилась ему и вступила в его клан. Жалела, что они обменялись кровью.

Рей заставил себя оторваться от бездонных лиловых глаз, чтобы опять не сорваться на дерзкой девушке. Он с трудом сдерживал собственные эмоции, которые грозились задушить его. Он понимал, что Мира была эмоциональна и вспыльчива, но увидеть столько яда по отношению к себе в ее душе Рей не ожидал. Это разъедало его душу, отравляло все светлые чувства, которые он испытывал к лимерийке.

Похоже, отец был прав, утверждая, что все женщины были одинаковы. Они все были эгоистичными и заботились только о собственных желаниях. Они были охотницами за достатком и положением в обществе. Им нельзя было доверять.

Рей считал Миру иной, но, судя по всему, ошибся. Стоило лишить ее статуса лаоры и указать на ее новое место внизу иерархии клана, как она быстро поменяла свое отношение к нему. В ее глазах больше не было той нежности и безграничной любви, которой она делилась с ним всего несколько дней назад. Теперь они были холодны и пропитаны злостью и ненавистью.

– Капитан, что происходит? – Арош выступил вперед, но Гор остановил его, преградив дорогу рукой, и покачал головой.

Арош нахмурился и осмотрел столовую, где затихшая и явно взволнованная команда ждала развития событий. Они, также как врач, как и Мира, не понимали, что происходит. Арош обернулся к Кайтеру, но в ответ получил только пожатие плечами. Кайтер уселся на стол в стороне и что-то шепнул Маку. Штурмовик кивнул и выскочил из столовой.

– Мира, я взял тебя в команду не для того, чтобы ты бесила мой экипаж, – нарушил воцарившуюся тишину Рей, его интонацией можно было резать металл.

Сердце сжалось до боли, и горечь встала комом поперек горла. О, Мира слышала достаточно слухов, чтобы знать, с какой целью женщины попадали на этот крейсер. Она снова заглянула в ледяные темно-зеленые глаза клирка, не скрывая мыслей относительно того, что думала о его словах. Взгляд Рея стал еще жестче, холоднее, безразличнее.

Как она сдержалась и не расплакалась, когда он не стал переубеждать ее в обратном, Мира не знала. Рей действительно считал ее всего-навсего простой новорожденной, любовницей, чье время стремительно утекало. Их разговор всего несколько дней назад оказался недоразумением, произошедшим под порывом чувств. Ему было плевать на нее.

– Хочешь что-то сказать? – прищурился Рей, и в его словах было столько угрозы, что Мира чудом заставила себя остаться на месте и не опустить глаза.

– Никак нет, капитан.

– Отлично. Теперь извинись перед старшим помощником.

Мира открыла рот от шока и недоуменно нахмурилась, совершенно забывая, что пыталась быть послушной. Все внутри нее вскипело от возмущения.

– Это я-то должна извиниться? – она смерила Гора ненавидящим взглядом. – За что? Он оскорбил меня!

– Меня это не волнует. Выполняй приказ, – с угрозой в голосе приказал Рей.

– Нет! Делай что хочешь, но извиняться перед ним я не буду! Я не сделала ничего, что оскорбило бы его. Ни слова не сказала.

Мира чувствовала на себе осуждающие и где-то даже сочувствующие взгляды, но остановиться уже не могла. Как Рей мог потребовать от нее этого? Он прекрасно знал, что она чувствовала, знал, как больно ей было от слов Гора, от преданного доверия. Как страшно осознавать, что теперь она была никем среди тех, кто не был ее друзьями. Как горько было от того, что и Рей не любил ее, просто играясь с ее наивными чувствами, преследуя свои цели. Она осталась одна, в чужом мире, чуждой культуре, оторванная от всего, что было ей дорого.