Анастасия Ромашова – Единственная для вампира (страница 2)
— Спасибо вам, Егор Сергеевич, — наконец смогла выдохнуть она. — Я, я не знаю, что бы я делала без вас.
Он посмотрел на нее, и в его голубых глазах читалось искреннее сочувствие.
— Не стоит благодарности, Юля. Главное, что вы в безопасности. — Он сделал паузу, затем добавил: — Я не могу оставить вас одну после такого. Позвольте мне остаться у вас сегодня. Просто чтобы убедиться, что все хорошо.
Юля была удивлена, но в то же время почувствовала огромное облегчение. Мысль о том, что она будет одна в квартире, после того, что произошло, была пугающей.
— Да, пожалуйста. — сказала она, ее голос все еще дрожал.
Егор Сергеевич кивнул. Он проводил ее до самой двери квартиры, и когда они вошли, он огляделся, словно оценивая обстановку. Юля чувствовала себя немного неловко, но его присутствие было таким надежным. Он не пытался быть навязчивым, просто занял место в гостиной, предложив ей приготовить чай.
В ту ночь, сидя в гостиной, Юля чувствовала себя в безопасности. Егор Сергеевич, ее учитель истории, стал ее ангелом — хранителем. И хотя пережитое оставило глубокий след, знание того, что рядом есть человек, готовый прийти на помощь, давало ей силы двигаться дальше. Он остался, и это было именно то, что ей было нужно.
Глава 3
И грянул гром
Лес, обычно такой знакомый и уютный, теперь казался Юле Самойловой зловещим и чужим. Каждый шорох листвы, каждый треск ветки заставлял ее вздрагивать. Всего несколько дней назад здесь, среди вековых сосен и папоротников, нашли тело Виолетты. Ее одноклассницы. Ее подруги.
Юля была в ужасе. Мир, который она знала, рухнул. Родители ушли слишком рано, оставив ее одну в этом огромном, пугающем мире. А теперь еще и Виолетта… Смерть казалась чем-то далеким, абстрактным, пока не коснулась ее так близко.
Единственное, что давало ей хоть какую-то опору, это ожидание возвращения старшего брата, Никиты. Он уехал в Бердск по делам, оставив Юлю на попечение дальних родственников, которые, впрочем, были заняты своими жизнями. Теперь же, когда она была так уязвима, Никита был ее единственной надеждой.
Когда Никита вернулся, Юля почувствовала облегчение, смешанное с тревогой. Он был старше, сильнее, но его возвращение принесло с собой и новую реальность. Никита, всегда немного отстраненный, теперь стал чрезмерно опекающим. Он буквально не отходил от нее ни на шаг.
— Юля, ты куда? — спрашивал он, когда она пыталась выйти на крыльцо.
— Юля, ты поела? — повторял он каждые полчаса.
— Юля, ты не можешь идти одна в магазин, я пойду с тобой.
Ей это не нравилось. Она чувствовала себя ребенком, запертым в клетке. Ей хотелось побыть одной, переварить случившееся, но Никита, казалось, видел в ней хрупкую фарфоровую куклу, которая вот-вот разобьется.
— Никита, я не маленькая! — пыталась она возражать, но он лишь мягко, но настойчиво, брал ее за руку.
— Я знаю, Юля. Но сейчас…сейчас тебе нужна моя защита.
И вот так, вместе с братом, девушка теперь была обязана ходить везде, где только можно. В магазин, на почту, даже просто прогуляться по улице. Никита сопровождал ее, его взгляд внимательно осматривал каждого прохожего, каждую тень. Он старался оградить ее от всего, что могло бы ее напугать, но, кажется, только усиливал ее чувство изоляции.
Юля понимала, что Никита делает это из лучших побуждений. Он тоже потерял родителей, и теперь он чувствовал ответственность за нее. Но ей было тяжело. Ей хотелось вернуться к нормальной жизни, к школе, к друзьям, но даже мысль о том, чтобы идти туда без Никиты, вызывала у нее панику.
Однажды, когда они шли по улице, Юля увидела знакомую фигуру. Это была одноклассница Виолетты, Маша. Маша шла одна, с опущенной головой. Юля остановилась, но Никита, как всегда, был рядом.
— Юля, пойдем… — сказал он, пытаясь увести ее.
— Подожди, — прошептала Юля. Она подошла к Маше.
— Привет, Маша. — сказала она.
Маша подняла голову, ее глаза были полны слез. — Привет, Юля.
Они стояли молча, две девочки, чьи жизни были навсегда омрачены трагедией. Никита стоял чуть поодаль, наблюдая за ними, но не вмешиваясь.
В этот момент Юля поняла, что даже под опекой брата, она не может полностью спрятаться от мира. Ей придется научиться жить с этой болью, с этим страхом. И, возможно, ей придется научиться доверять не только Никите, но и другим людям, которые тоже пережили потерю.
Возвращение Никиты из Бердска стало для Юли началом нового этапа. Этапа, полного страха, но и надежды. Этапа, где ей предстояло научиться жить заново, опираясь на поддержку брата, но и находя силы внутри себя. И, возможно, когда-нибудь, она сможет снова пройти по лесу, не чувствуя ужаса, а вспоминая Виолетту с грустью, но и с благодарностью за то, что она была частью ее жизни.
Глава 4
К черту все
Солнечный луч, пробиваясь сквозь пыльное окно класса, рисовал золотую полосу на парте Юли Самойловой. Урок истории тянулся бесконечно, а в голове у нее звучала совсем другая мелодия – шепот Глеба Аверина, ее одноклассника и, как оказалось совсем недавно, молодого человека. Он подмигнул ей с соседней парты, держа в руке сложенный листок бумаги. Юля, стараясь не привлекать внимания, развернула его.
После уроков, под предлогом головной боли, Юля ускользнула из школы. Глеб уже ждал ее у задних ворот, его улыбка была такой же заразительной, как и всегда. Они шли по пыльной дороге, ведущей к лесу, смеясь и болтая обо всем на свете. Воздух был наполнен ароматом хвои и влажной земли. Лес встретил их прохладой и тишиной, нарушаемой лишь пением птиц. Они бродили по тропинкам, собирали ягоды, наслаждаясь свободой и друг другом.
Когда солнце начало клониться к закату, они решили отправиться в кафе, которое, по словам Глеба, находилось недалеко от опушки. Кафе оказалось уютным, с деревянными столиками и запахом свежей выпечки. Они заказали кофе и пирожные, продолжая делиться своими мечтами и планами.
Внезапно Юля почувствовала резкую головную боль и головокружение. Она решила сходить в туалет, чтобы умыться. Как только она вошла в кабинку, дверь за ней захлопнулась. Перед ней возникли двое незнакомцев, их лица были скрыты в тени. Прежде чем Юля успела что-либо понять, ее схватили, а в нос ей сунули тряпку, пропитанную каким-то едким запахом. Мир померк.
Когда Юля пришла в себя, она лежала на полу, а над ней склонялись те же незнакомцы. В их глазах горел холодный огонь, и она поняла, что они хотят ей навредить. Страх сковал ее тело. В этот момент дверь распахнулась, и в помещение ворвались двое. Один из них был высокий, статный мужчина с пронзительным взглядом, одетый в строгий костюм. Рядом с ним стояла молодая девушка с копной рыжих волос и решительным выражением лица.
Началась схватка. Незнакомцы, оказавшиеся вампирами, были сильны и быстры, но их противники владели невероятной ловкостью и силой. Юля, парализованная ужасом, наблюдала за происходящим. В какой-то момент мужчина, который показался ей смутно знакомым, оттолкнул одного из нападавших, и в свете лампы мелькнули его клыки. Юля ахнула.
— Егор Сергеевич? — прошептала она, узнав своего учителя истории.
Мужчина обернулся, его взгляд был полон сожаления.
— Прости, Юля. Я не хотел, чтобы ты узнала так. — Он повернулся к незнакомке. — Соня, ты справишься?
Девушка кивнула, и в ее глазах вспыхнул тот же вампирский огонь. Она с легкостью справилась с оставшимся противником.
Когда все было кончено, Егор Сергеевич подошел к Юле. — Я вампир, Юля. И Соня тоже. — Он показал ей свои клыки, которые теперь были видны отчетливо.
Юля не могла поверить своим ушам. Вампиры? Это казалось сюжетом из фантастического фильма. Но вид клыков, холодный блеск в глазах Егора Сергеевича, все это было слишком реально.
— Я знаю, это трудно принять, — продолжил Егор Сергеевич. — Но я должен тебя предупредить. Будь очень осторожна с Глебом. Он не тот, кем кажется.
Глава 5
Я верила тебе
Юля сидела на краю кровати, обхватив колени руками, и пыталась унять дрожь. Комната была незнакомой, но уютной, с мягким светом, льющимся из окна. Она помнила лишь холодный ветер, свист в ушах и ощущение падения. А потом – руки, сильные и теплые, которые подхватили ее в последний момент. Ее спасительницей оказалась девушка по имени Соня. Она была сестрой Егора Сергеевича, учителя истории Юли. И, как выяснилось, не только учителя. Соня, с глазами цвета темного аметиста и бледной кожей, рассказала Юле, что Егор Сергеевич — вампир. И что она сама тоже.
Эта новость обрушилась на Юлю как лавина. Глеб. Ее Глеб. Тот, кого она любила, тот, кто казался ей таким обычным, таким реальным. Он тоже вампир. Осознание этого было невыносимым. В тот же день, после того, как Глеб, сбивчиво объясняясь, признался ей в своей сущности, Юля не могла дышать. Мир рухнул. Она помнила, как бежала, не разбирая дороги, к старому мосту на окраине города. И как, не думая ни о чем, шагнула в бездну.
— Дай мне время, — прошептала она Глебу, когда он пытался ее остановить. Время, чтобы осмыслить, чтобы понять. Но время оказалось слишком коротким.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».