Анастасия Романчик – В тени леса (страница 55)

— Убьет, так похороните, — невозмутимо ответила Таня, хромая.

Ей в спину донесся чей-то нервный смешок.

Всех биомагов без разъяснения причин позвали на собрание в самый большой зал академии магии.

— У меня куча пациентов, прорва работы! А я тут должен торчать! — бормотал недовольно Мак, сидя среди многочисленных коллег.

— Нас собрали вместе с военными, а это странно, — произнес Весельчак.

— Чтобы опять какую-то глупость объявить!

Таня сидела на стороне биомагов, но рядом с Ингварром и Арно.

— Слушай, кого мы встретили на границе, никогда не поверишь! — заговорил Арно с восторгом. — Иро! Самого Иро! Он такарцев левой-правой! И нет такарцев!

— И призвала его сгорбленная худющая страшная бабулька, — добавил норвежец.

— Настоящая потомственная sorcière! — подтвердил Арно.

«Так вот теперь как я выгляжу», — с грустью подумала Таня.

В зал вошла делегация из волшебников высшего ранга. Таня с отвращением узнала среди них своего бывшего учителя Жабоса.

— Мы собрали вас, чтобы сообщить о вопиющих случаях подрывной деятельности хранителей! — закричал Жабос. — Они взялись за наших женщин! Отравляют их умы!

Появились множество изображений женщин, прятавших лицо. За их спинами маячили тени хранителей.

— Но самый вопиющий случай произошел на границе с Такарой! Это просто плевок в нас! Смотрите!

Таня узнала себя. Мало того, кто-то записал видео на кристалл. Сначала показывали сражение, а затем переключились на выкрикивающего бабушке команду француза. Хорошо показали эффектное появление Иро и недовольное бабушкино лицо, когда она говорила: «убьет, так похороните».

В зале какое-то время стояла тишина, а потом с разных сторон послышались взрывы смеха. Хохотал даже обычно невосприимчивый к шуткам Мак:

— Эта воинствующая бабка сделала мой день!

Не смеялись только магистры. Они ожидали несколько иной реакции от аудитории.

— Это не смешно! — закричал Жабос, но аудитория еще долго не могла утихомириться от вида воинственной бабушки. — Разве вы не понимаете, что это значит?! Наши женщины давно в сговоре с хранителями! Мало того, за этот год сократилось количество распознанных тэй хала женского пола! Эгоистичные женщины начали скрывать сущность! Мы собираемся увеличить спонсирование исследований в этой важной области и пресечь на корню сотрудничество с хранителями! Я призываю вас усилить бдительность, чтобы такое, — он указал на изображение, — больше не повторялось!

Началось возмущение в стане биомагов, на которых собирались возложить «великую» миссию по распознаванию тэй хала:

— Делать нам больше нечего, как с бабами возиться!

— Ага, чтобы богачи себе их всех забирали! — поддержал Весельчак, — А мы пахали на них!

— Мы тех женщин хоть раз видели?! Нам их даже потрогать не дали!

— Дали бы хоть раз попользоваться, а то сами всех гребут!

— В борделях цены заламывают такие, что тех тэй хала не захочется!

— Молодых им подавай, старперам! А шиш вам!

— Эй, магистры! — закричал Арно. — Я хочу вам доложить и выполнить долг перед родиной! Та бабушка точно была потомственной тэй хала расэж! Я вам говорю! Она не скрывалась! Надо схватить её! Я её сам куплю!

Волшебники захохотали.

— Дайте её мне! — закричал Весельчак.

— И мне!

— И я не откажусь!

— Я на ней женюсь!

— А я хочу в её гарем!

Гоготала уже вся аудитория. И все новые выкрики раздавались про воинствующую бабушку.

— Идиоты! — крикнул пунцовый от гнева Жабос.

Разгневанные магистры спешно покинули зал, где не прекращалось веселье.

Вскоре биомаги и военные начали расходиться.

— Drittsekker [сволочи], — подошел к фонтану и сполоснул лицо Ингварр. Это был первый раз, когда Таня услышала, как он ругнулся на норвежском языке.

— Я не понимаю, чего их так удивляет и возмущает, что женщины тэй хала скрывают свою сущность? — скрестила на груди руки Татьяна. — При их пренебрежительном отношении, вообще неудивительно.

— Лёха, они считают, что bordel для волшебников — мечта любой мадмуазель. Хотя мы с вами знаем, что мадмуазель rêvent de leur mariage [мечтают о своей свадьбе]. Вот хранители — умные ребята, как хитро все провернули, — француз улыбнулся. — С мужчинами тэй хала вышла неудача, так они переключились на женщин.

— Еще бы им не быть умными при их возрасте и опыте, — отозвался норвежец. — Они быстрее, чем все наши умники распознают женщин тэй хала, и еще до родов предлагают матерям скрыть сущность дочерей за символическую плату.

— Не понимаю логику магистров, — печально вздохнула Таня.

— Лёха, власть — c'est délicat [коварная штука]. Если дать женщинам выбирать себе мужчину, они будут увеличивать силу не того, кого им скажут.

— Ты на какую ногу хромаешь? — спросил норвежец Таню.

— Я хромаю на обе. Скоро без костылей передвигаться не смогу.

— Сочувствую…

Через несколько дней Таня удивленно разглядывала возле своего кабинета плакат. На плакате изобразили страшную, скрюченную и явно художественно обезображенную бабку, за её спиной нарисовали тень Иро (его уродовать художник не рискнул).

— «Не будь как она эгоисткой, не сотрудничай с хранителями!» — прочитал Мак, приблизившись к Тане и закуривая на ходу.

— Похоже на рекламу Иро, — просипела Таня.

Мак весело хмыкнул.

— Пойдем, надо испытать противоядие.

Заметив, как она шаркает и боится упасть, он подставил ей руку опереться. В своем кабинете Мак помог ей сесть.

— Не знаю, как я дотяну до конца очищения. Паше всего шестнадцать, а его дядя уже ходячая развалина.

— В последние пять лет ты вообще встать бы не смог, — рассчитывал дозу Мак. — На втором году, скорее всего, впал бы в комму, пока камень тебя живьем доедал.

— Звучит жутко.

— Не менее жутко выглядит, — он протянул ей мензурку, куда влил противоядие. — Пей, не бойся. Я уже провел необходимые тесты.

— Ну что ж, убьем старикашку.

Таня опустошила мензурку, но каких-либо улучшений не почувствовала.

— Теперь будем наблюдать. Я подпишу документы о твоей госпитализации… в связи с ускоренным старением. Мне нужно, чтобы ты каждый день сдавал анализы…

Таня его не дослушала, так как повалилась без сознания со стула.

Сквозь сон Таня слышала не раз, как Паша читал ей книжку, чувствовала прикосновения, боль от уколов. Но выйти из странного состояния полусна полуяви никак не получалось. Тело отказывалось слушаться.

— Ты смотри, как новенький, — послышался голос Весельчака.

— Сейчас я его разбужу, следи за пульсом, — сказал Мак.

По телу прошел разряд тока, и Таня резко открыла глаза, но сразу же поморщилась от яркого света.