Анастасия Романчик – В тени леса (страница 33)
— Да ты ханжа! Таня — свободная женщина! — воскликнула Оля.
— Что это вы такое обсуждаете? — вернулась Варвара.
— Мы обсуждаем книгу, написанную тетей Олей, где главная героиня переспала с половиной мужских персонажей, потому что она — свободная женщина, а за прототип взята тётя Уля, — на одном духу выпалила Катя.
— О-о-о, это было жестоко! — сразу убежала из-за стола хихикающая Кристина.
— Ой, кому — то сейчас будет ж…па, — повела себя как маленькая девочка Светка и последовала за племянницей.
Подставившая тётю Олю Катя тоже не стала задерживаться. Вместе с матерью она спряталась за домом в огороде. И когда раздались первые разъяренные крики Варвары и грохот посуды, Светка вытащила пачку сигарет и закурила.
— Ты же бросила, — заметила Катя.
— Я сильно стрессую, когда мама кричит, — быстро выдохнула дым Светка. — Но ты, конечно, сегодня дала маху. Я от тебя не ожидала. Зачем ты ее подставила? Откуда в тебе столько агрессии?
— Она эту книгу на публичное обозрение выложила! Так что я нисколько не чувствую себя виноватой! Пускай отвечает за свою писанину!
— Но с чего ты взяла, что за прототип взята Уля?
— Год исчезновения главной героини совпадает с годом исчезновения Ули.
— Вот оно как… тогда мама ее точно на части порвет…
— Мам, а ты веришь в экстрасенсорные способности?
— Верю… а что такое?
— Понимаешь, я не читала оригинала истории, я его увидела во сне. И внешность героини… совпадала с внешностью тёти Ули.
Светка запалила вторую сигарету, закапывая окурок первой в яме.
— И когда это началось? — спросила она.
— Первое видение у меня было именно после того, как мы с Маргаритой начали читать книгу.
— Книга у тебя с собой?
— Ты не собираешься, надеюсь, ее сжигать? — подозрительно осведомилась дочь.
— Нет, я хочу сама ее почитать.
— Она на чердаке, — вздохнула Катя. — Не забудь, пепел развеять на перекрестке.
Светка машинально кивнула, не поняв, что ее обман распознали. Она направилась в дом и, минуя страшно ругающихся родственниц, поднялась на чердак, где взяла раскрытую книгу с пола.
«Ты не посмеешь ее уничтожить!» — громом раздался голос в голове Светки.
«Я смогу! Она проклята!» — зашаталась женщина. Мир закружился, как на карусели.
«Ты не она. Ты слаба. Ну же, начни читать».
И вопреки желаниям и воле, Светка погрузилась в мир книги:
«Прошло еще два года. Таня наловчилась выполнять как женскую, так и мужскую работу, Паша ей во всем помогал.
Таня так привыкла к присутствию Жахо, что появление других духов её не пугало, хотя раньше они предпочитали прятаться от неё. Правда на сближение пошли немногие.
Женщина случайно познакомилась с белокрылой Лафо — хранительницей полей. Таня стирала у речки, когда дева заговорила с ней. Таня проболтала с Лафо до самого вечера, и только потом выяснилось, что говорила с белым духом и согласно стиху, перед ним надо было извиниться и уйти. Лафо ситуация насмешила и она сказала, что друга леса данное условие не касается. За часть урожая Лафо следила за садом и огородом, оберегая его от вредителей. Как успела понять Таня, у духов были разные не только цвета, но и способности.
Пару раз Таня видела чёрных духов, но они сразу прятались, да и Таня, помня предостережение старухи о чёрном цвете, не стремилась их тревожить.
Но однажды на её зов откликнулся именно чёрный дух. И только тогда в полной мере Таня осознала всю зловещую опасность, которую таили в себе эти злые и мерзкие существа …
Днем, пока сын находился в школе, Таня работала на кухне, куда её устроила Дара. Платили немного, но хватало на вещи первой необходимости. Приходилось выполнять все быстро, чтобы поспевать за остальными. Таня постоянно ходила с перевязками на обожженных и порезанных руках, ноющей болью в спине.
На работе женщины говорили о войне и со страхом рассказывали о гибели городов, павших перед захватчиками. Таня разговоров боялась. Знакомиться с прелестями войны желания у неё не возникало. В душе жил постоянный страх за себя и сына.
Из города людей выпускали неохотно, а еще неохотней впускали обратно. Поэтому приходилось идти на хитрость и тайком перемещаться на большие расстояния с помощью магии.
Несмотря на строгий запрет хозяина не задерживаться допоздна, Таня все-таки егонарушала, чтобы не оставлять работу на следующий день.
Фонари горели не везде, особенно в бедных районах. Торопящаяся домой женщина не заметила, как к ней на хвост пристроилась компания не совсем трезвых мужчин. Таня слишком поздно осознала опасность, когда её с гоготом потащили в подворотню. Грязные руки начали шарить по телу женщины, что сразу наводило на мысль: её схватили не с целью ограбления.
— Какая сочная! — с гоготом ближайший мужчина порвал платье жертвы сверху.
— Я к лесу взываю… — в панике прохрипела Таня. — Помогите хоть кто-нибудь!
— Что ты там бормочешь? Ничего, мы по разочку пройдемся…
Прямо из его рта выросла чёрная ветка, обрызгав женщину кровью. Таня прижалась к стене спиной и сильно укусила себя за руку, чтобы заглушить рвущийся наружу крик ужаса. Буквально на её глазах черные ветки разрывали визжащих людей на части. Все происходило, как в фильме ужасов.
К концу побоища брусчатку покрывала кровь, тут и там валялись оторванные людские конечности, белели сломанные кости.
Таню вырвало. Её тело трясло, как в лихорадке.
— Я — чёрный Иро, — прозвучал приятный мужской голос в тишине. — Кровавую плату я взял… хм… и даже остался в долгу.
Таня перевела полный ужаса взгляд на крылатую фигуру. Ему не хватало только рогов и хвоста, чтобы завершить образ готического демона. Черные глаза на бледном лице, нижнюю часть которого закрывала клыкастая маска. То, что она приняла за ветки, являлось крыльями духа.
Женщина вжалась сильнее в стену, когда Иро приблизился к ней и с каким-то странным взглядом прикрыл разорванной тканью обнаженную грудь перепуганной Тани.
Таня не стала дожидаться окончания фразы и рванула прочь, ей в спину донесся глумливый смех духа. Женщина бежала так быстро, насколько могла. И ни разу не оглянулась, даже когда споткнулась и растянулась на брусчатке, разбивая в кровь подбородок и руки.
Дома она еще долго не могла успокоиться после случившегося. Перед глазами стояла страшная сцена. Со свечкой она стирала платье в холодной воде, пока не перестала чувствовать рук, а пальцы — слушаться.
— Выпей, — появился в темноте Жахо и протянул красный цветок наподобие чашки. — Тебе станет легче.
— Я не знала, что их всех убьют, — захлебываясь слезами, прошептала Таня.
— Он не ко всем приходит, — через паузу произнес Жахо. — Никому не говори, что Иро отозвался на твой зов. Люди боятся даже его имени. Он… жестокий и не любит людей.
— Я не скажу никому, — сделала глоток горького напитка Таня. — Какой ужас, он их всех убил…
— Послушай… иногда это необходимо, иначе убьют тебя. Люди не любят друзей леса. Если бы Иро оставил их в живых, то они бы рассказали о том, что ты призвала хранителя.
— Лицемеры! — на русском выругалась Таня и снова перешла на здешний язык: — Я же видела, как к вам приходят люди!
— Они приходят тайно. Никто не признается, что обращался к нам за помощью. И… друзьями леса становятся не все, кто к нам приходит.
— Он сказал… что взял кровавую плату и остался в долгу, — припомнила Таня, делая еще один глоток.
— Невиданная щедрость, — вытянул синие губы в линию Жахо.
— Что это значит?
— Когда тебе понадобиться помощь, ты можешь его еще раз призвать.
— Никогда! — испуганно воскликнула Таня.
— Не зарекайся. Отказываются только глупцы… особенно от благосклонности Иро.
— Он же снова всех поубивает!
— Да, поэтому много раз подумай, прежде чем его позвать. Но возможно, вскоре тебя понадобиться его помощь…»
Перед глазами Светки появилось видение из переулка, где предположительно напали на Ульяну…