Анастасия Романчик – Цена жизни (страница 40)
Эфо отвесил ему звонкую пощечину.
- Помогло?
- Не очень…
Настала очередь Кати хохотать.
Глава 20
После неудачного опыта с чтением в лесу, Катя решила продолжить дома. Да и напрягало постоянное присутствие хранителей в полях, в огородах и на деревьях. Оказалось взрослых не допускал до деревни барьер Лафо, а после того как он исчез, хранители спокойно могли проникать куда им вздумается.
Катя спряталась в кладовке с маленьким окошком, которого вполне было достаточно, чтобы спокойно почитать. На всякий случай закрыла щеколду, вдруг прадедушке вздумается заглянуть в кладовку. Так и инфаркт может подхватить. В этот раз Катя рассчитывала на хотя бы одно видение.
«Таню изолировали, как и всех, кто имел контакт с сумасшедшей. Но заразилась только она, и ей вынесли приговор: болезнь не лечилась, хорошо, если доживет до утра. Представители народа камней обещали ей найти лекарство до последнего срока, но уже по выражению их лиц Таня осознала, что её похоронили заживо.
К вечеру у неё поднялась температура, начался озноб и суставы выкручивало. Перед глазами плыло и двоилось.
Уже ничего не боясь и не опасаясь, да и плохо соображая, Таня взывала к хранителям. Но никто не отзывался. Она перебирала имена хранителей в надежде, что кто-нибудь её услышит, даже тех, кого она никогда не знала и не видела, пока не осталось последнее имя в списке.
- Иро…
О том, что хранитель пришел, свидетельствовал на мгновение погасший в её палате свет. Из-за начавшихся галлюцинаций, Иро выглядел особенно жутко. Таня от страха вжалась в угол. Может, Иро тоже ей только кажется? Ведь на её мольбы никто не пришел.
- Пожалуйста… исцели меня, – зашептала Таня.
Ей было так плохо, что она бы даже согласилась на разбавление крови, но хранитель предложил другое:
- Я дам тебе лекарство, но тогда все, кто находится в этом здании, умрут.
- Иро, я заплачу! Я выйду отсюда и заплачу! – мелкими шажками приближалась к хранителю Таня. – Я всегда плачу! Не надо никого убивать!
- Ответ ты получила.
- Пожалуйста… – она потянулась к нему с намереньем взять за одежду.
Но он больно выкрутил ей руку.
- Не прикасайся ко мне, человеческая шлюха! – прошипел Иро.
Не будь у Тани лихорадки, она бы промолчала, особенно имея дело с таким опасным духом, как Иро, но от температуры у неё плавились мозги.
- Если лес использует селекцию, – зашипела Таня в ответ, – то не сложно предугадать, что меня положат, либо под тебя, либо под Эфо. Так может мне позвать Эфо и он будет более сговорчив?
Таня заорала от боли, падая на пол: Иро сломал ей руку.
- Как мужественно! – закричала она сквозь злые слезы. – Издеваться над тем, кто тебе ответить не может! Ощущаешь свою власть и силу?! Чувствуешь себя после этого мужчиной?! Ты не мужик! Ты ничто! Все слышали про детей Дахота, даже про детей Эфо! Но никто никогда не слышал, чтобы рожали для Иро! Да под тебя даже самая грязная шлюха не ляжет! Ты мне омерзителен! Одна мысль о том, что мне предстоит с тобой спать, вызывает у меня брезгливость! Ты хуже зловонного язвенного нищего!»
- Так-с-с, кажется, здесь тётя Оля на месте Иро представляет своего бывшего мужа, – сделала углем пометку Катя.
«Бывшего мужа на месте Иро?» – проснулся Эфо.
- Да, она своего бывшего ненавидит, – ответила как можно доброжелательнее Катя, решив воспользоваться благодушным настроением хранителя, раз выпал повторный шанс прочесть книгу и спросить участника событий. Обычно его настроение всегда улучшалось, когда в деревню прибегал Олес. К внуку Эфо относился с теплотой и терпел даже самые глупые его выходки, за которые любому другому оторвал бы голову.
«За что она его ненавидит?» - продолжал спрашивать Эфо.
- Тётя Оля сильно набрала вес после рождения детей, а похудеть у неё не то, чтобы не получалось, она не особенно к этому стремилась, поэтому муж свалил к стройной и красивой любовнице. И если тётя кого-то из мужчин невзлюбила, то однозначно он напоминает ей бывшего.
«Что значит, набрала вес?»
Катя опешила от вопроса Эфо, ей даже показалось, что он над ней издевался, но голос вроде звучал серьезно.
- Ну… толстой стала, ожирение у неё, – скомкано пояснила она.
«Ясно, это один из ваших неэффективных способов хранения энергии».
- Хочешь сказать, что хранители не толстеют, если много едят?
«Нет, мы храним энергию по-другому. Жир неэффективен».
- Скажи женщинам моего мира, что можно жрать и не толстеть, так половина побежит перевоплощаться в хранителей.
«Лес принимает не всех, иначе люди из культов поклонения лесу давно бы пополнили наши ряды», – не поменял серьезного тона Эфо.
- По каким критериям тогда лес выбирает среди людей новых хранителей?
«Он мне не рассказывал», – с долей ехидности ответил дух.
Вопросов накопилось немало, однако следовало повременить с ними до более удачного момента. По Дахоту Катя знала, что если хранитель ехидничал, значит, она ему надоела. Поэтому продолжила читать:
«Таня понимала, что зашла слишком далеко. Она заметила, как моргали кристаллы, а вокруг сгущались тени, но бешенство застилало глаза. По стене поползли трещины. Иро был не просто в гневе, а в ярости.
- О, да! Давай! Разорви меня на куски! Но тогда ребёнка ты не получишь! Трупы не рожают!
Один из кристаллов брызнул осколками.
- Ты считаешь себя особенной? – тихо спросил Иро. – Раз смеешь со мной так разговаривать?
- Не моя вина в том, что я завишу от самого бессердечного существа на этой гнусной планете! Меня не устраивают твои условия! Ты получишь мой труп к утру! Понял?! Я попросил у тебя всего лишь отсрочку в оплате! Я всегда плачу по счетам! Но тебе обязательно надо всех вокруг поубивать, проклятый садист!
Его острое крыло остановилось в миллиметре от лица Тани, но у неё не осталось сил, чтобы испугаться.
- Ты не убьешь меня, – прохрипела Таня с улыбкой, отчетливо понимая, что остановило хранителя. – Ты всего лишь раб леса!
Стены вокруг затрещали, от них откалывались куски штукатурки. Иро, казалось, заполнил всё пространство собой. В бешенстве Таня схватила здоровой рукой хранителя за крыло и дернула его со всей силы. Неожиданно легко крыло оторвалось, брызгая темной кровью.
Хранитель был ошеломлен не меньше, чем Таня. И некоторое время просто стоял и смотрел на оторванную конечность, словно пытаясь осознать, как человек смог нанести ему вред.
- Ты еще заплатишь за это! – прорычал Иро, исчезая.
Вместо него появилась Лафо. Она в шоке обвела взглядом помещение и остановилась на дергающемся крыле в руке у Тани».
«Ну, что за бред? – вмешался Эфо. – Даже я не могу оторвать крыло Иро, а человеку тем более не под силу голыми руками нанести вред хранителю».
- Значит, этого на самом деле не было? – уточнила Катя.
«Разумеется, нет».
- Что же было тогда на самом деле? Что произошло?
«Ульяна не заражалась и тем более не попадала в карантин. Разумеется, её неоднократно пытались убить, но она не зря носила прозвище Доктора смерть. Ни один убийца от неё живым не ушел. И я подозреваю, что в этой сцене описано объединение с Иро».
- Что?! Объединение с Иро?! – Катя едва с бочки не упала, на которой сидела. – Ульяна объединилась с Иро?!
«Такая возможность существовала изначально. Но без взаимного согласия процесс невозможно запустить. Ульяна отчаянно рвалась домой и не стремилась объединяться с Иро, однако её здесь удерживала тревога за детей, а конкретно за одного сына. За солнечного хранителя. Даже с могуществом Махарат ей не удавалось сдерживать натиск алчных людей, желающих завладеть его кристаллом, и в момент отчаяния она дала согласие Иро».
- И перестала быть человеком… а как же Махарат? Куда делась она? Разве она не вселилась в Ульяну?! Просто я к тому, что не могли же произойти такие кардинальные изменения с личностью! В видении… была другая Ульяна! Злая! Я не верю, что это она!
«Мы не знаем, что случилось. Возможно, Махарат поглотила личность Ульяны».
- Но Ульяна вернулась домой!
«Для меня это загадка, как и для тебя. Я и представить не могу, каким образом ей удалось покинуть наш мир. Матери леса прочно привязаны к сердцу лесу, они не могут длительно находиться вдали от него, иначе погибнут».
- Я была маленькой, когда она вернулась, и она никогда не рассказывала о том времени, что провела здесь, – обняла колени Катя. – Подожди… она же сражалась с тобой, ну… тогда, когда… Ты ничего странного или необычного в ней не заметил?
«Она была слабее».
- Слабее?!