Анастасия Романчик – Перерождение (страница 46)

— О, пошла вербовка, — заметила она, как группа хранительниц отделилась от основной и подошла к её детям.

— Ты не волнуешься, что кто-то захочет остаться? — спросил Дима.

— Пф, там Сергей сидит, так что шоровские девчата обломаются. Даже Кирилла не уломают, а он у нас как папка, западает на фигуристых женщин.

— Чем же ты их папку завлекла? Что-то я ни спереди, ни сзади выдающихся форм не наблюдаю, — поддел её Изис.

В ответ Катя едва не утопила его крыльями.

— Ты лучше за муженьком следи! — вынырнул Изис, показывая в правую сторону. — Вот наставит он тебе рога с грудастой красоткой, будешь знать!

Вместе с Димой Катя лениво повернулась в указанную Изисом сторону. Эфо действительно стоял и разговаривал с уже знакомой Диме чёрной хранительницей.

— Знаешь, в чем состоит неприятная особенность объединения? — поставила подборок на руку Катя. — Я знаю обо всех его бывших любовницах. С кем, когда, почему, где, и даже в каких позах. У него в каждом лесу по одной такой грудастой красотке.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — опешил Изис.

— Еще одна неприятная особенность объединения, которая всех вас так сильно пугает: стёртые границы. Представь, что в твоих мозгах сидит еще один разум и думает, фантазирует параллельно с тобой. Тебе доступны не только мысли, но и все воспоминания, образы и желания.

— И как это связано?..

— А ты что думаешь, он с ней разговаривает, а я помалкиваю в тряпочку?

— Хочешь сказать, твое присутствие у него желание отбивает?

— Третья особенность объединения: она не вызывает у него желания. С уже одной дебилкой проходили. Та к нему голая ночью приходила, а фигурку у неё была не хуже, чем у этой красавицы, так он её на улицу вынес и бросил в лужу голой задницей. Мелочь, а приятно.

— Я правильно понимаю, аналогичная ситуация и с тобой?

— Ага, правильно, самая симпатичная попка у моего мужа. Так и хочется укусить.

На её слова Эфо на минуту развернулся корпусом и с поднятой бровью посмотрел на супругу. Между ними было приличное расстояние, но то, что она сказала, явно не осталось им незамеченным.

— Катя, — заговорил Дима, — она же хранитель, разве не видит, что он в объединении?

— Видит, они все видят, но цепляются за старые чувства и отношения. Не хочет отпускать и признавать, что её такую сногсшибательную променяли на плоскодонку с грудью и ж…пой с кулачок, — она грустно коснулась водной глади раскрытой ладонью. — Шутки шутками, но я очень хорошо их понимаю. Очень больно видеть его с другими женщинами, когда ты любишь, а он нет. Не раз и не два было желание всё бросить, плюнуть и вернуться домой. Мне бы хватило знаний и умений, чтобы прыгнуть куда надо…

— Что остановило? — спросил Изис.

Вместо ответа она достала синий кристалл и коснулась маленькой лужи на камне. В отражении Катя пряталась в кустах и осторожно смотрела в местный аналог бинокля, следя за толпой хранителей. Эфо стоял на каком-то собрании рядом с Дахотом и Дахиром, положив руку на плечо второго.

В отражении промелькнуло еще пару воспоминаний Кати, где Эфо касался своим лбом лба Дахота или обнимал как сына Дахира.

— Все триста лет они были с ним, — Катя вытерла слёзу в уголку глаза, убирая кристалл. — И я боялась… что больше не увижу их. Даже забыв прошлое, беспокойство за них не покидало меня, приходило в видениях и во снах. Триста лет — очень долгий срок, особенно для бывшего человека как я. Да, Эфо превратился в жестокого зверя, но… мои дети прожили так долго благодаря его действиям. Иногда я ненавижу Бахо за то, что он заставил меня всё это пережить… но видеть будущее — отвратительная способность… ты знаешь слишком многое…

Они не заметили, как к ним подошёл Эфо и без единого слова вытащил Катю из воды, унося её на руках подальше ото всех. Чёрная хранительница провожала его взглядом, в котором отражался целый калейдоскоп чувств и эмоций.

— Если уж объединяться, то лучше сразу… — сказал вслух Дима, наблюдая за брошенной хранительницей.

— Только не говори, что тебе её жалко, — погрузился по шею в воду Изис. — Она утрется и нового найдет, если, конечно, у неё уже сейчас нет запасного аэродрома.

— Ты циник.

— А ты идеалист. Всегда есть победители и проигравшие. Тебе ли об этом не знать? Может, нам еще и Махарат пожалеть надо?

Дима промолчал. Он с трудом подбирал объяснения своим ощущения, но знал точно, Махарат была другой, словно бездушная жестокая машина, которую наделили интеллектом. Почти такой же… как папа.

Не отвечая брату и подчиняясь внезапному порыву, Дима взял кристалл памяти и коснулся обеими руками водной глади, вызывая картину настолько далекого прошлого, что Изис выругался матом и выпрыгнул из водоема.

Память отца запечатлела последнее сражение Цахиры и Тариса. Отец был на тот момент одним из мелких полководцев среди тысяч других. Но в отличие от других, которые бездумно подчинялись приказам визжащей ястребом связанной магией Махарат, отец не шевелился и наблюдал.

Цахира практически уничтожила Тариса… когда хитрый и скрытный Иро подкрался к ней со спины в обход более глупых собратьев, погибших еще в первые мгновения сражения. Иро воткнул в крылатую спину Цахиры чёрный кристалл. Она закричала и упала на полумертвую тушу Тариса лицом к убийце. Её оружие воткнулось недалеко от сердца леса, напоминавшего тогда мерзкую булькающую опухоль.

— Убей её! — на очень старом языке визжала Махарат. Во все стороны метались мертвые тела, которые она использовала вместо отсутствующей глотки.

Иро мешкал. Он смотрел на лицо перепуганной девчонки, истекающей кровью. Из её больших голубых глаз текли крупные капли слёз, пока она безуспешно пыталась вырвать кристалл из спины.

— Убей её!!! Я приказываю тебе убить её!!!

Но Иро наклонился к девушке и коснулся страшными руками с длинными тонкими когтистыми пальцами её плачущего израненного лица. Его кожа задымилась, как если бы он коснулся раскаленного металла.

Под оглушительный визг Махарат, он взял Цахиру за крыло и сбросил в сердце леса. Затем он так же поступил с полумёртвым Тарисом.

— Ты!!!

Иро повернулся к Махарат, но мать леса никак не могла вырваться из едва видимого рисунка. Осторожно молчаливый Иро прошёл мимо неё.

— Хочешь отобрать у меня власть, мелкий сорняк?!

Иро продолжал тихонько отступать от места сражения. Он аккуратно огибал неподвижные фигуры сородичей.

— Убить его! — заорала Махарат.

Но никто из дэгруа не пошевелился, словно все разом лишились воли и разума, а затем и вовсе все они попадали замертво. Стоять остался только Иро.

— Нет!!! — завизжала Махарат. — Ты заплатишь мне за предательство, мелкий сорняк!!! Вернись и освободи меня!!!

Иро не остановился.

— Эта печать не будет сдерживать меня вечно! Однажды я выберусь и доберусь до тебя, в какой норе ты бы не прятался!

Он не слушал, уходя в один из порталов. В тёмной версии своего леса Иро проходил мимо неподвижных дэгруа, замерших как безвольные куклы. Он всё ближе приближался к колыбели жизни с очертаниями женского тела, внешне очень напоминавшего Цахиру только более зрелую её версию.

Падая на землю, Иро дрожащей рукой опустил в колыбель жизни белоснежное перо, испачканное в крови.

Когда перо коснулось лба спящей, женщина открыла глаза и выбралась из колыбели жизни. С брезгливостью она посмотрела на него и на других неподвижных дэгруа. Новорожденная хранительница казалась растерянной, долго вертелась на месте. Делала руками какие-то непонятные пасы, но ничего не происходило.

— Вставай! — приказала она Иро с яростью.

Он поднялся, но следом за ним поднялись и другие дэгруа…

— Что ты наделал?!

Иро молчал и смотрел на неё.

— Это не мое тело… зачем ты запер меня здесь?! Я не смогу выполнить свою миссию в таком жалком теле! Чего ты хочешь от меня?!

Он продолжал молчать. Через мгновение один за другим дэгруа опускались на землю и превращались в цветки, так же произошло и с Иро под возмущенный взгляд Цахиры.

Воспоминание прервалось, а из воды вынырнула женская фигура похожая на ту, что была в видении. Старше, с черными линиями по коже и болезненным видом. Из четырех крыльев повылезало часть перьев, а голубые глаза поблекли.

Испуганно закричал Изис, в ужасе отползая подальше от водоема.

Цахира не обращала на кричавшего подростка внимания и приблизилась к Диме, осторожно касаясь вначале его рук, а затем лица, словно боялась причинить ему боль своими действиями.

— Получилось… — тяжело выдохнула она, выдавив слабую улыбку.

— Мама! — в воду прыгнул Шоро.

— Не приближайся! — остановила его Цахира. — Тебе нельзя меня касаться!

— Мама… мы думали, ты мертва…

— Мама?! — переспросил Изис, словно не верил в саму возможность того, что у такого существа как Цахира могли быть дети, да еще и среди хранителей.

— У меня много к вам вопросов, дамочка! — заорал Мак, роняя трубку в воду и падая на четвереньки у берега.

— Я немногое сейчас могу, — вновь заговорила Цахира, игнорируя биомага. — Но силы хватит его спрятать от неё.