Анастасия Романчик – Кровные узы (страница 76)

Олег скептически посмотрел на родственника, но… мысль о зайчатине оказалась настолько заманчивой, что он непроизвольно сглотнул.

— Не переживай, ты растёшь, — похлопал его по макушке Евгений. — Тебе нужны кирпичики, пусть странные, но это же ты. Ты и нормальность — вещи несовместимые.

— Дядя… а ты встречал других?..

Евгению не надо было пояснять, о ком спрашивал племянник.

— Никогда.

По инструкции Яны дядя Евгений должен был провести Олега до школы, но брат проигнорировал указания сестры и даже не проснулся по будильнику, лишь смешно всхрапнул во сне. Олег и сам мог о себе позаботиться: позавтракать, собраться и закрыть за собой дверь.

После того как его утянуло в червоточину, Олег постоянно был настороже и прислушивался к каждому шороху. Поэтому и чужака он заметил сразу по связывающему их невидимому канату, но более тонкому, чем между тем же Генлием.

Какое-то время Олег делал вид, что не замечал визитера, пока не подловил его на стадионе.

— Стой, где стоишь, — громко приказал Олег.

Чужак недоуменно дернулся и не смог к собственному удивлению сдвинутся с места. И тогда же Олег понял, что обладал над ним такой же властью как над Амроном или Лимрой. Ничего необычного в чужаке не наблюдалось, самая обычная человеческая внешность: парень лет двадцати пяти худощавого телосложения в спортивной одежде, голубоглазый и светловолосый, но нечто подсказывало, что его истинный облик скрывала магия.

— Кто ты такой и зачем сюда явился? — спросил Олег властно на веронском языке.

— Меня зовут Кларий, — задрожал парень, — я вердан из адаптационной группы, помогаю детям переселяться в их родные миры. Я пришел помочь тебе.

— Кто тебя прислал?

Глаза Клария расширились.

— Мой командир — Эл.

— Он знает кто я? Ты сказал ему?

— Нет, я не был до конца уверен в вашей личности и еще не сбрасывал ваше изображение на базу. Мы знали только то, что вы верон с очень необычным даром.

— Ты никому не скажешь кто я.

— Я… не могу… вы — существо высшего порядка. Проявление вашего дара очень опасно для людей. Могут пострадать невинные.

— Я семь лет здесь живу! — вспылил Олег. — Мой дар не действует на людей! Разве не понятно⁈ Максимум, что я могу сделать, это сломать проводку и опрокинуть людей на спину! Есть ли какой-то способ избежать переселения?

— Я не знаю. Еще не было случая, чтобы веронский ребёнок отказывался от переселения. Они очень одиноко себя чувствуют среди других рас. Им просто необходимо общение с сородичами и обмен божественным дыханием.

Олег скривился. Об одиночестве Кларий верно подметил. Но других детей не ждало змеиное логово и поводок на шею.

— Я не хочу. Мне комфортно здесь. Скажи, что со мной проблемы, и я не желаю переселяться. И не забудь сказать, что мой дар не действует на людей. И не смей говорить кто я. Мое изображение не смей показывать. Сфотографируй любого другого похожего мальчика.

— Вам будет лучше на родине, — упрямо сказал Кларий.

— На родине меня ждет поводок и вечное блаженство во сне. Объяснять что это такое не надо?

По ужасу отразившемуся на лице Клария объяснений не требовалось.

— Эл вам не враг… он против подобных методов.

— Ты никому обо мне не расскажешь. Понятно?

— Да. Но он поймет и пришлёт другого. Того, на кого ваши особенности не подействуют.

— Я и с ним разберусь, — рыкнул Олег. — Можешь идти.

Глядя в спину удаляющемуся вердану, Олег был уверен, что Эл не отступит. После ухода Клария, Олег попытался связаться с братом и сестрой, но никто из них не отозвался на его зов. А путешествовать по кровным узам без подтверждения, что путь свободен, слишком опасно. Особенно сейчас, когда он привлек внимание Эла. Оставалось только ждать или же искать подсказки во снах и в чужих воспоминаниях.

Глава 2.13

Отец кричал, долго кричал, почти сорвал голос. Амрон никогда не видел Инарана в таком сильном бешенстве, поэтому не препирался и не оправдывался. Даже после того как он затопил замок, отец вёл себя более сдержано. Одно упоминание имени высшего демона моментально вывело старшего принца из равновесия.

— Ты понимаешь, что вас могли убить⁈ — никак не унимался отец. — Ты о сестре подумал⁈

Сидящий на полу среди игрушек Амрон поднял взгляд. Инарана трясло. У него дрожали руки. В чёрных волосах появилась седая прядь. Обычно седели обладатели водного дара либо вероны преклонных лет, а Инарану еще далеко до старости.

— Братец, иди, отдохни, — вошел в спальню наследника Генлий и хлопнул Инарана по плечу. — А то ты на грани нервного срыва. Выпей чего-нибудь, лекарство для горла к примеру.

Обессиленный криком и нервным потрясением Инаран вышел без возражений, а Генлий закрыл за ним дверь.

— Впервые вижу такой мощный барьер, — осмотрелся долол, присев на корточки и коснувшись рисунка на полу. — Это ж надо так разозлить совет магов, чтобы они побеспокоили самого главу совета Харватиуса.

Амрон поморщился.

— Болит? — насмешливо спросил дядя.

Племянник невольно коснулся кисти.

— Да я не о руке, а об уязвленной гордости.

Амрон нахмурился, а Генлий уселся на пол напротив принца и расставил самые маленькие игрушки друг напротив друга. Лишь закончив, он заговорил:

— Ты, наверное, думаешь над тем, почему тебя пытаются все контролировать, указывать, как тебе жить и как себя вести. Не дают вздохнуть, хотя ты — наследник и будущий правитель Анрифаля — самая грозная сила среди веронов.

Принц отвернулся, а Генлий продолжал говорить:

— Я могу дать ответ, почему тебе не дают свободу. Смотри, представь, что это армия врагов, а это ваша армия, — он поочередно указал на две группы игрушек. — Прежде чем захватить мир, сначала идет рубка с существами низшего и среднего порядка. Существо высшего порядка — последний рубеж обороны. Убьют его — миру конец. Не зря в старину говорили: «Пока жив хранитель, мир никогда не захватят». Но что произошло сотню лет назад? Хранителей миров перебили. То есть, лишили миров главной защиты — последнего рубежа. Хранителей миров нет, и совет магов отчаянно цепляется за королевскую семью веронов. Там много дураков, но верхушка там грамотная. Если потребуется, они идиотов заткнут, чтобы не мешали.

Амрон скептически скривился.

— Ты — существо вымирающего вида и барьер сдерживающий вмешательство адских капитанов и генералов, — продолжал Генлий. — И причина того, почему адские генералы еще не порвали вас на части, кроется в том, что они уже победили, когда устранили хранителей. Пройдут века, и они потихоньку вас завоюют.

— Не понимаю, почему они этого не сделали, — всё-таки заговорил Амрон.

— Растягивают удовольствие. Им не нужны пепелища. Несмотря на то, что силы неравны, у вас еще остались несколько существ, способных доставить головной боли. Убить не убьют, но покусают. Одно из таких существ — ты. Адским генералам нужны ваши ресурсы, нужны рабы, поэтому сами они не вмешиваются. Они понимают, что их вмешательство повлечет за собой потерю ресурсов от столкновения с вашей обороной. Поэтому они действуют не спеша, завоевывая один мир за другим. Времени у них неограниченное количество. Чего им спешить? Они уже победили.

— Дэль…

— Не боялся тебя, — понял по выражению лица племянника Генлий. — У тебя невыгодный дар и невыгодный характер для правителя. Словом, ты им не соперник и никто не станет с тобой заниматься всерьёз. Тебя специально оставят в живых, чтобы не родился кто-то посерьезней. Представлял бы ты для них серьезную угрозу, поверь, уже сегодня бы кто-то из адских генералов заявился бы и оставил бы от замка веронов пепелища. У веронов нет такой мощной защиты мира, как у мирайя.

— Но у меня еще не пробудился ментальный дар…

— Если у тебя пробудится что-то стоящее, тебе не дадут дожить до совершеннолетия. Адские генералы привыкли уничтожать врагов в зачатке. Знал бы ты сколько на императрицу мирайя в день совершается покушений. Дололы отказываются брать на неё заказы, потому что из её мира тонами вывозят трупы неудавшихся убийц. За её голову назначена огромная награда.

— Потому что она — ясновидящая?

— Нет, потому что она — наследница Воскрешенной. Ясновидящих много, а наследница грозного чудовища одна. Как раз она может сдвинуть чашу весов в вашу сторону. Единственное, что её сейчас защищает — барьер предшественницы. Его многие века пытаются пробить, чтобы добраться до императрицы. Они от мира мирайя оставят пепелища, лишь бы наследница Воскрешенной исчезла. Как только пробьют барьер, то адские генералы придут всем составом.

— То есть, если бы у меня пробудится что-то стоящее…

— Тебе бы следовало это скрывать. Ты не Дунгрог. У него была оборона в лице Фарада и Ариэла. Два действующих короля веронов защищали мальчишку, пока он не вошел в силу. Ариэла убили первым. Дольше продержался Фарад, благодаря ему Дунгрог дожил до коронации и дал отпор. Но итог ты знаешь. Дунгрога так сильно хотели прикончить, что пошли на уничтожение всей его семьи.

— То есть им не мешали предыдущие короли, но мешал Дунгрог?

— Фарад и Ариэл были сильны и могущественны, утащили за собой пару генералов и немало капитанов, но Дунгрог представлял куда большую угрозу. Он был наследником Воскрешенной. Её любимым учеником.

— По рассказам папы она была… страшной и безумной женщиной. Ясновидящей, равной которой никогда не рождалось. Как же она допустила его гибель? И почему сама погибла?