Анастасия Романчик – Кровные узы (страница 58)

— Олег, поиграешь в комнате, пока мы с твоей мамой поговорим? — снял фонендоскоп Евгений.

— Можно книжки почитать?

— Бери, какие захочешь, кроме камасутры, — он подтолкнул племянника в спину.

Яна сидела за кухонным столом, кусая карандаш.

— Когда это ты на деревянную диету перешла?

— Тебе рассказать, как Олег переломал человека⁈ — неожиданно вспылила Яна. — Или может, хочешь узнать, как он подпалил бензобак машины пьяного водителя едва не сбившего нас⁈ Или…

— Остановись! — взял сестру за плечи Евгений. — Олег не осознает, что делает кому-то плохо. Его способности срабатывают на уровне инстинкта самосохранения.

— Я всё это понимаю, но мне не по себе. Я никогда не видела столько трупов…

— Я могу тебя на свою работу взять, там ты их увидишь еще больше.

Идея Яне не понравилась, и она сменила тему:

— Что с глазами делать? Они светятся даже, когда он спит! У его отца были нормальные глаза!

— Внешний вид у него здоровый и цветущий, — взял тетрадку брат, сел за стол и записал результаты осмотра. — Глаза можно хотя бы минимально прикрыть линзами. Я, как и ты, ничего не знаю об его анатомии. Ультразвуковое исследование ему не сделаешь — он технику вырубает. Может… они делятся на подвиды или каким-то образом учатся приглушать свечение?

— Мне кажется, что я не его мать! Что мне его подкинули!

— Я не удивлюсь, если ты вообще больше людей рожать не сможешь, — пожал плечами Евгений.

— Скажи, что ты пошутил! — едва не подпрыгнула на месте Яна.

— Успокойся! Это только мое предположение.

— Откуда такие дурацкие выводы⁈

— Я изучал кровь Олега, — заметив панический взгляд сестры, Евгений поправил сам себя: — В домашних условиях, разумеется. Организм Олега постоянно меняется и адаптируется под внешнюю среду. Его кожа может быть мягкой как у человека, а может стать прочнее стали и её уже не проткнуть. Его клетки ведут себя как захватчики. Ему можно переливать буквально любую группу крови, с любым резусом. Его клетки заставляют человеческие мутировать и меняться.

— Как у вампиров? — поднялась и начала ходить по кухне Яна.

— Если бы… По идее, если его кровь перелить человеку, то организм хозяина должен умереть, либо мутировать, но она полностью исцеляет даже от… рака.

— Ты на себе попробовал… — укоризненно нахмурилась сестра и остановилась.

— Вначале на мышах, затем на себе. Шанс избавиться от язвы стоил риска, — не раскаялся Евгений. — Как видишь, я живой. Я по-прежнему человек, но со здоровой печенью и желудком.

— Ты сумасшедший!

— Олег просто принадлежит расе более совершенной и развитой, чем люди. Поговорить бы с твоим мужиком.

— Я сама знаешь, как хотела бы с ним поговорить⁈ — яростно зашептала Яна. — Представить счет за лампочки и отбить почки за все те стрессы, что я пережила за пять лет!

— Поправочка, у него, возможно, нет почек…

Яна наградила брата взглядом далеким от симпатии и никак не прокомментировала его заявление. В тот же день она для сына впервые заказала линзы.

Настоящее время

Прошло две недели после дня рождения матери Олега. В милиции мальчикам прочитали лекцию о том, что убегать из дома очень плохо и что родителей надо предупреждать о внезапных поездках. Федю наказали и оставили на месяц без приставки. Яна многое забыла. Она была уверена, что всем семейством они ездили за город. Точно такая же частичная амнезия наблюдалась у других родственников. Никто ничего не помнил, да и не придал провалу в памяти значения. Людской разум залечил раны ложными воспоминаниями.

Олег предпочитал отмалчиваться о новых знакомых и Размарале. За две недели никто больше не объявился и не связывался с ним. Один Федя никак не унимался, доставая друга расспросами о других мирах. Иногда Олега посещала мысль, что неплохо бы и другу стереть память о путешествии.

— Почему ты не хочешь узнать о своем мире больше? — настаивал в очередной раз Федя. — Будь я на твоем месте, я бы каждые выходные туда летал!

Друзья сидели на трибунах пустующего стадиона и наблюдали за пробежкой решившего похудеть старичка. Весна — не самое благоприятное для спортсменов время года. Да и моросил дождь, разводя на улице еще большую слякоть и грязь.

— Потому что Размараль опасен, — запоздало отвечал Олег. — Ты же не был там, когда меня пытались убить!

— Но ты сам говорил, что тебя защитил папа! Разве ты не хотел бы общаться со своим папой? Получается, что он тебя не бросал, а просто не знает о тебе!

— Тем лучше.

— Как это⁈ — возмутился Федя, у него едва очки не свалились с переносицы. — Если бы я был на твоем месте…

— Ты не на моем месте! — перебил его Олег. — Твой папа не швыряется молниями и не дерется как Джеки Чан!

— Это ж круто…

Олег закатил глаза к небу.

— Пока мы вас ждали, твой брат много чего рассказал и показал о своем мире, — продолжал Федя, поправив очки. — И я не понимаю, почему ты не хочешь общаться со своей инопланетной семьей. Просто общаться! С братом! С сестрой! Хотя бы с ними, если ты не хочешь, чтобы о тебе узнал папа!

— Вдруг обо мне другие узнают⁈ Они же заберут меня отсюда, а вам сотрут память! Тебе сотрут память!

— Олег, ты — упрямый баран! — толкнул его друг. — А еще этот… который тени боится…

— Параноик? — подсказал Олег.

— Да! Ты пар-раноик!

— Идем, я тебе кое-что покажу, раз ты так сильно хочешь познакомиться с их миром.

Федя упрямо сжал губы и скрестил руки на груди, пока шел за другом по направлению к зданию. Олег привел его к себе домой и убедился, что мама отсутствовала — в субботу она планировала визит к бабушке.

— Что ты хочешь мне показать? — не выдержал Федя.

— Сейчас увидишь, — ответил Олег, доставая из ванной небольшой таз и ставя его на кухонный стол.

— В тазике? — недоумевал друг.

Ему не ответили. Олег заполнил таз водопроводной водой, сосредоточено сжал и разжал кулаки, а затем коснулся гладкой поверхности кончиками пальцев. По воде прошла рябь, а затем появилось изображение комнаты, словно они смотрели фильм через чьи-то глаза.

— Вау! Ты так умеешь⁈ — едва не уронил в воду очки Федя.

— Я могу просматривать воспоминания тех, кто мне солгал, — ответил Олег. — А этому трюку научился случайно. Так что, я и без брата с сестрой могу узнать об их мире.

Комната в отражении пришла в движение, а затем появился звук.

— Разве его учителем не должен был стать Ридас? — послышался голос Инарана.

— Что он сказал? — спросил Федя.

— Тс, — шикнул на друга Олег, не отрывая взгляда от видения.

— Простите, Ридас отказался… вместо него прислали меня… — раздался неловкий ответ.

— И сколько еще отказалось после Ридаса?

— Я не обладаю такой информацией… Но вы можете не сомневаться в моей компетентности. Раньше я преподавал в маленькой школе в городе Орофрол, а с недавних пор перевелся в школу Клариссы…

— И сейчас сдаете экзамен, чтобы вас допустили до группы, иначе бы тоже отказались, — закончил за него Инаран.

Повисла неловкая пауза.

— Амрон, подойди, пожалуйста, — позвал отец.

В видении появилось двое взрослых: Инаран в изящном чёрном костюме и немного нервный молодой верон с длинными синими волосами, завязанными в хвост, и простой серой одежде.

— Знакомься, это Арев — твой учитель по водной магии.

— Приятно познакомиться, — наклонился к ребёнку верон, натянуто улыбаясь.