Анастасия Романчик – Кровные узы (страница 207)

Мероприятие организовали в одном из богатейших и надежных миров союза — ариантского. Поэтому и главным хозяином выступал Таинш второй. Он выделил под встречу роскошный малахитовый зал, в центре которого расположили юных хранителей на подиуме, чтобы каждый желающий мог на них взглянуть.

Детей облачили в разноцветные доспехи. И только Олег выделялся весь в чёрном с нарисованным на шлеме черепом с огненными всполохами, словно этим дополнительно подчеркнули, чей он ученик. В одном ряду с ним стояло еще четверо мальчиков. Двое с рогами и двое словно состояли из света как Воскрешенная. По центру поставили рогатого мальчика в голубых доспехах, Олега по левую руку от него, а по правую парнишку в красном облачении.

— Ты чего трясешься? — спросил красный у светового соседа.

— Я боюсь что-нибудь взорвать.

— Расслабься, мы все можем что-нибудь взорвать. Вон рядом с моим братом чувак стоит с возвратом зла, прикинь, как ему должно быть страшно…

— Заткнись, находка для шпиона, — мрачно отозвался мальчик в голубом.

У Олега приподнялись брови из-за того что юные мирайя говорили на русском. Неужели, как и взрослые мирайя с него язык считали? Вполне возможно, он единственный среди них — верон.

— Хорошая мужская смена подрастает, — сказал Таиншу Аша, когда царь стоял и с прищуром разглядывал хранителей. — Мирайский император особенно хорош. Он уже неплохо себя зарекомендовал.

Хотя Таинша и называли частенько старым брюзгой, стариком он не выглядел. Больше сорока ему никогда не дашь. Небольшая седина в длинных чёрных волосах, завязанными во множество косичек, немного поблек черный пигмент на веках, появилась сеточка морщинок вокруг глаз. Даже в голубых глазах все еще горел огонь жизни. Во всех отношениях еще очень крепкий ариант, который собирался пережить всех своих недругов и побывать у них на похоронах.

— А что это за черненький рядом с императором? — спросил царь. — Никогда раньше его не видел.

— Преемник Далака, — приглушил голос Аша. — Это из-за него недавно казнили членов совета магов из среднего звена и множество связанных с ними политиков. Он же победил Асмоэя. И я слышал, что это он охранял императрицу, когда она вмешалась в сражение за мир змеехвостов. Азадель решил не связываться с ними двоими и просто ушел на тысячу лет из мира. Глупая лиса Мариэ положила всю армию низших, напоровшись на его дар, и сама была обезглавлена.

— Хм, интересно. Как его зовут?

— Колдун.

— Надо запомнить.

Таинш вместе с Ашей отошел, уступая место другим любопытным.

— Жду того дня, когда император обвешает ясновидящую бестию потомством, — трескуче говорило очень высокое крылатое существо с фасеточными глазами, зеленой кожей и усами на голове как у мотылька. — Может, познав прелести материнства, она хоть немного успокоится. Вот мои жены заботятся о кладках яиц и никуда не рвутся.

— Я этого дня боюсь, — угрюмо отвечал зоу с красными татуировками на лице, — вдруг их дети будут похожи на мать?

— Я тогда точно уйду в отставку, — прижал рыжие уши к голове левкос.

— Я последую за тобой, — замогильно отозвался Шантант, а его завязанные в косички волосы, казалось, еще немного и зашипят как змеи.

— Старые сплетники, — едва слышно вздохнул юный император. — Как же они утомляют. Всем вокруг кости перетрут. Лучше бы мы потратили это время на что-то более полезное. Разве у нас нет работы?

— Потерпи, брат, немного осталось, — наклонился к нему Пламенеющий, охранявший юных хранителей миров.

Олег внимательно присмотрелся к императору и сразу усомнился, что ему нужна охрана. Ведь самый страшный зверь среди них всех был именно он.

— Спасибо за комплимент, — отозвался мирайя, без труда считав мысли Олега. — Неудивительно, что ты ей нравишься.

— Ревнуешь? — повернулся к нему красный.

— Я тебе рога сломаю, если ты снова запоешь эту дурацкую песню, — предупредил его император.

— Тили-тили-тесто жених и…

Договорить красному не дали, послав мощным ударом кулака в потолок.

— Гром! Я же просил! — заорал Пламенеющий.

— Согласен с вами, Аша, император весьма хорош, — оценил Таинш в образовавшейся тишине.

Размараль. Столица

Чем больше украшали замок к приезду ариантского царя Таинша второго, тем сильнее портилось настроение Амрона. Он и так был взвинчен после похищения сестры, вдобавок на него повесили обязанность ставить барьеры. Этот процесс превратился в рутинную работу, которая здорово истощала силы принца. Еще портило настроение постоянное столкновение с ариантами, которые сопровождали его вместе с веронами от лица совета магов.

— Папа! — обратился Амрон к Инарану, руководившему процессом подготовки. — Почему мы встречаем его так, как будто это мы виноваты и будем перед ним извиняться, а не он перед нами⁈

— Амрон, — тепло улыбнулся Инаран сыну, но отпечаток усталости и легкой нервозности на лице его выдавали. — Таинш имеет очень высокое влияние в обществе, намного выше того, что имеем мы. Он верховный правитель ариантов и уважаем во всех мирах союза.

— Его арианты ведут себя с нами как высокомерные уроды, а тебя он не стесняется называть бесполезной пылью! Даже Акрона он беспардонно называет ворчливым бревном!

— А меня — рыжим недомерком, — посмеиваясь, прошел мимо курящий Генлий.

— Вот именно! — продолжал Амрон. — Разве такое поведение достойно верховного правителя⁈

— Амрон, сынок, по рейтингу влияния после мирайской императрицы сразу идёт Таинш второй.

— Я тоже будущий верховный правитель! — не согласился с ним Амрон. — И я сильнее его! Он не высший порядок!

— Амрон… в таких вопросах не всё решает сила. У него больше влияния, больше связей и договоров. Его уважают…

— Он не стеснялся высказываться о нашей бесполезности из-за того, что мы не смогли защитить «единственного достойного уважения» Акраса и что потребовалось вмешательство Далака для спасения столицы и Лимры! Как будто он смог бы что-то сделать, если бы столкнулся с высшими!

— Амрон… он может себе такое позволить, мы — нет, если не хотим проблем…

— Ты вечно боишься лишний раз чихнуть перед этим старым высокомерным ариантом! Бесишь! Я не хочу, чтобы он приезжал и не хочу его встречать!

— Амрон, это ненадолго. Просто потерпи его пару дней и всё. Он уедет, и я тебе разрешаю затопить наш замок, только прошу тебя, веди себя хорошо при Таинше. Я не хочу писать ему тысячи извинений из-за того, что ты намочил ему костюм! — сорвался на истеричную нотку Инаран.

— Бесишь…

«Я могу подсказать тебе, как себя вел с ним Фарад», — вмешался Олег, бывший немым свидетелем всего диалога брата с отцом.

Во время приезда Таинша, Генлий от греха подальше спрятался, а вся правящая семья веронов в парадных одеждах находилась в тронном зале. Взрослые боялись шелохнуться лишний раз. Один Амрон сохранял очень хмурое выражение лица и игнорировал все тихие просьбы отца улыбнуться.

Вместе с Таиншом приехало много гостей, аристократов и журналистов. Из его приезда сделали настоящее шоу.

— Улыбочку для истории, — появилось красивое лицо мелианки Дивы перед Амроном.

Юный верон агрессивно оскалился.

— Блеск! — обрадовалась журналистка.

Ариансткий царь был скуп на движения, на вопросы отвечал коротко и вежливо. И пока Инаран и Акрон рассыпались в высокопарных приветствиях, ариант смотрел на них с легкой презрительной гримасой и снисходительной улыбкой. Похожая презрительная гримаса отпечаталась и на лицах аристократического сообщества ариантов, что еще больше вскипятило Амрона. В свите царя так же находились уже знакомые Шантант и Аша, которые обеспечивали повелителю магическую поддержку.

— Ах, это ваш мальчик, — соизволил обратить внимание на юного верона Таинш. — Прелестный… как девочка.

Амрон агрессивно зарычал, снова проигнорировав предостерегающий взгляд отца и опекуна.

— Мы к вам с подарками, — продолжал Таинш, не меняя выражения лица. — На заказ готовили.

— От лица нашего народа, мы дарим вам куклу мира, — слащаво произнесла ариантка, ставя перед Амроном куклу в его рост в пышном и красивом платье. Она напоминала самого Амрона и явно намекала на то, какую обидную кличку придумал для него старый брюзга.

— Как это мило! — зашептались вокруг. — Как по-современному!

— Да! Не стереотипно!

— Цивилизовано!

— Обними её!

Амрон мрачно разглядывал куклу. Стоявшая сзади Лимра незаметно передала брату топор, который прятала в складках платья. Прямо на глазах у изумленных гостей Амрон с яростным криком срубил подарку голову и с вызовом посмотрел на Таинша.

Десятка два дам грохнулись в обморок. У Дивы в предвкушении затрепетали уши, а у Аши и Шантанта одновременно опустились уголки губ вниз, как и у большинства ариантских аристократов. Инаран с горестным вздохом закрыл лицо рукой. Акрон прикинулся мебелью и закрыл глаза, особенно когда откуда-то сверху раздался гиеноподобный смех Генлия. Таинш с невозмутимым видом смотрел, как к его ногам подкатилась голова куклы мира, распахнула рот и громко сказала:

— Я люблю тебя.

Все ждали развязки и перевели тревожные взгляды на ариантского царя. Даже камеры попрятались, словно их могло задеть гневом арианта.

Таинш пнул голову.

— Я так и думал, что это плохая идея, — сказал ариантский царь, меняя выражение лица на добродушное. — Амрон, правильно? Я запомню.