Анастасия Романчик – Кровные узы (страница 167)

«Слабого не убьют».

Олег быстро переключался между доступными ему веронами и везде встречал примерно одинаковые мысли и чувства.

Мальчик сел и подключился к членам народного совета Вэндэйра, просматривая их воспоминания, встречал и там ту же картину:

«Слабого не убьют. Лучше поводок, чем смерть».

Еще глубже. День гибели Искроса.

«Мы его потеряли!»

Еще глубже. День гибели Дунгрога.

«Они заплатят за них всех кровью!»

От пронесшейся волны боли Олег снова уткнулся лицом в цветок, а к горлу подкатила тошнота. Немного оклемавшись, он переместился в день, когда вероны узнали о нём…

«Слишком силен…. его убьют… убьют… ему не позволят жить… он слишком рано родился… мы не сможем его защитить…»

Перед носом ошеломленного Олега легла конфета в шоколадной крошке, напоминавшая земную. Нос пощекотал ореховый запах. Накатившая его боль отступала, а по телу разлилась мягкая успокаивающая энергия.

«Не смотри туда, не надо».

Олег послушно отключился от чужих воспоминаний и чувств. Он узнал достаточно.

— Взятка, — раздался голос Льяри.

Мальчик вяло взял и съел конфету, не поворачиваясь к веронке лицом.

— Я очень хочу тебе эволюцию поправить, — заговорила она, — там такой кавардак, что страшно вспомнить.

— Это обязательно? — тяжело вздохнул Олег. С упрямством веронов нелегко воевать, особенно с теми, кто находился в кровных узах и видел тебя насквозь.

— Как человеку зубы полечить и перебоев с фиаром не будет.

— Эл разрешит?

— У меня есть против него секретное оружие.

Олег повернулся к ней и вопросительно приподнял бровь.

— Его жена.

Мальчик выдавил слабую улыбку.

— Знаешь, — продолжала Льяри, — на самом деле тебе повезло, что именно Эл тебя обнаружил, а не его напарник.

— Чем же?

— Шераин помешан на правилах, а Эл частенько их нарушает. Даже вспомнить Юлиана, Шераин бы его казнил в тот же день, а Эл сделал вид, что забыл о нём.

— Вы хотите, чтобы я изменил свое отношение к Элу, потому что он нарушил какие-то правила из-за меня?

— Да, и не только к Элу…

В её воспоминаниях мелькнул образ Таралена в окружении большого количества детей. Не только наследник для неё, но и она для него открытая книга, да и скрываться не пыталась.

— Я подумаю, — не сразу ответил Олег.

Перед носом легла еще одна конфета.

Ночью Олег с криком проснулся от кошмара и от сильного недомогания. Его вытошнило прямо на успокоительный цветок. Все пространство заливала вода, а его цветок-кровать окружали обеспокоенные вероны. Их лица покрывали синие линии. И что-то не шутку их всех разозлило. Даже обычно спокойная Льяри хмурилась и смотрела на показания голографического экрана с негодованием.

В палату влетел Инаран и сразу направился к сыну, проводя рукой по его волосам и крепко обнимая.

— Я не понял, — раздался голос Генлия. — Где враги, кого нарезать надо⁈

— Ему приснился кошмар, — отреагировала Льяри, не поворачивая головы.

— Ему просто приснился кошмар⁈ — воскликнул Генлий, утопая в воде по колено. — Я-то думал, он тут скоро окочурится!

Из-за плеча дяди показалась обеспокоенная мордашка Лимры.

— Это не просто кошмар, — возразила Льяри и коснулась нескольких символов на голографическом экране. — Взгляни.

Высоко шагая, Генлий подошел к ней и присвистнул, вслед за племянником подлетел и Акрон. Лимра же перебралась со спины дяди на кровать к Олегу и прижалась к плечу брата щекой. От действий отца и сестры Олега хотя бы перестало тошнить.

— Как он вообще выжил? — помял шею Генлий.

— Подсознательно прятался в изнанке в момент атаки, — отвечала Льяри. — Поэтому толком не отдыхал, а его дар в оборонительной фазе круглосуточно. Его атакуют на постоянной основе, а чтобы не промахнуться, на него метку вроде мишени поставили.

— Откуда атаки? — спросил Акрон, наклоняясь вперед.

— Со всего союза миров.

— Надеюсь, ты шутишь.

— Я бы хотела.

— Хотя бы один источник отследить можешь?

Льяри выполнила его просьбу.

— Я так и думал, — сам себе кивнул Акрон. — Атака из тюрьмы. Если так подумать идеальное прикрытие: сказать заключенному, что его помилуют за то, что он применит боевое заклятие на метке, а затем списать его смерть на несчастный случай или вовсе на казнь.

— Слушай, это ж какое влияние должно быть, чтобы столько народа подкупить? — задался вопросом Генлий. — Неужели кто-то из верхушки? Их же сортировала еще старая ведьма.

— В совете магов сейчас много новых и очень богатых личностей. Любому из них наш наследник встанет поперек горла, особенно если веронский мир закроют.

— Зачем тратить огромные деньги на магию, если можно по старинке его физически устранить? — помассировал шею Генлий.

— Ты слышал меня? — вмешалась Льяри. — Его дар в оборонительной фазе круглосуточно!

— И что это мне должно сказать?

— Киллер только оружие на него направит с намерением убить, как дар его прикончит.

— Так вот как он от наших избавлялся… — протянул Генлий, — но подожди, во время покушения, на него нацепили ошейник, который перенаправил его же силу против него.

— В открытых мирах у них арсенал побольше, — прояснил Акрон, — но кто настолько смелый, чтобы пронести запрещенный артефакт мимо Пламенеющего и Воскрешенной второй? Посмей они хоть одну тёмную игрушку принести в закрытый мир, они бы сразу развязали руки высшему порядку мирайя.

— А почему не перевезти его, к примеру, в открытые миры и там уже прикончить? Завс же использовал на нём портал-ловушку, чтобы спровоцировать Дэля.

— Ты как будто сам рассматриваешь возможность его убить, — нахмурился Акрон.

— Мне просто любопытно, как он умудрился выжить при таком огромном желании некоторых личностей его устранить.

— Воскрешенная вторая позволила Завсу применить портал-ловушку. Она промолчала и закрыла взор остальным ясновидящим, чтобы спасти мир йотов и освободить Далака.

— О-о-о, — присвистнул Генлий. — А девчонка, смотрю, делает успехи.

— Кое-кто дополнительно наложил на мальчика защитные чары, — продолжала щелкать символами Льяри. — Поэтому у них не получалось его самостоятельно вывезти из закрытого мира и убить.

— Кто?

— Не поверишь, его защитил Искрос.

— Как покойник мог наложить на него защитные чары⁈ — закричал Генлий.