Анастасия Ригерман – На другом берегу любви (страница 38)

Я не спрашиваю, откуда ей это известно. Может, сам проговорился, пока сидел все эти дни у ее постели. Да и какое это имеет значение? Гораздо важнее то, что мы оба сейчас чувствуем и в чем нуждаемся.

Подхватив Леру на руки, я опускаю ее на траву и накрываю ее тело своим, целую любимые губы. Внутренний волк ликует, требуя все и сразу: сорвать одежду, дышать полной грудью, впитывать ее запах, войти в нее, насытиться без остатка. Но я не хочу торопиться. Эта последняя ночь в «Пропади пропадом» для нас обоих должна стать волшебной.

Мир вокруг теряет свою значимость. Я смотрю в глаза Леры, и в них вижу одновременно страх, нежность и бесконечное желание. Ее волосы разметались по траве, грудь взволнованно вздымается и опускается.

Я наклоняюсь к ней, целую в шею, ощущая тепло ее кожи. Лера отвечает мне тихим всхлипыванием, и я чувствую, как ее тело расслабляется под моими касаниями. С каждым новым поцелуем я хочу исследовать ее, запомнить каждую деталь, каждый изгиб ее стройного тела.

Снимаю с нее сарафан, и она замирает, такая неискушенная и прекрасная. Касаюсь пальцами вершинки груди и Лерка смущается. Сердце колотится в груди, наполняя волнение каждой клеткой.

Я опускаюсь ниже, целуя ее живот, зная, что каждое прикосновение — это обещание счастья, которое мы дарим друг другу. Лера шепчет мое имя, и эти слова звучат как заклинание, заставляя меня гореть от желания.

Я вновь накрываю ее своим телом, и в этот момент истинный мир вокруг нас исчезает. Наша связь становится единственной действительностью. Я резко вхожу в нее, чувствуя, как она принимает меня — это невероятное мгновение, когда сплетаются наши судьбы.

Каждое движение — танец, каждое дыхание — симфония. Я чувствую, как мы сливаемся в единое целое, исследуя друг друга, открывая все новые грани своих чувств. Лера отвечает на мои движения, ее тело реагирует на каждый мой жест. Я вижу, как она улыбается между наших поцелуев, и сам улыбаюсь в ответ. Все, что имеет значение — это мы.

Не забуду. Никогда тебя не забуду, клянусь. Даже если захочу, не смогу.

Глава 22

До свидания

ЛЕРА

Я просыпаюсь в густой траве на берегу реки, на груди Егора, и мне ничуточки не холодно в его жарких объятьях. Еще бы, он такой горячий! И так крепко спит, даже во сне никуда меня не отпуская.

Ночная тьма еще не отступила полностью, небо лишь начинает окрашиваться в светлые оттенки розового и синего. Нас окружает тихий шепот природы: легкий шелест листьев и мерное журчание реки, успокаивающее будто мамина колыбельная.

Воздух свеж и наполнен ароматами утра. Я ощущаю теплое дыхание Егора на своей коже и не могу сдержать счастливой улыбки. Глядя на него, на его мужественные черты, в груди разливается чувство безопасности и умиротворения, а сердце наполняется нежностью. После того, что случилось этой ночью, связь между нами стала еще более ощутимой, словно кто-то соединил наши сердца прочной невидимой нитью. Потребность в его заботе и защите, а также непреодолимое влечение к одному единственному мужчине переполняют меня до краев, и я не могу сдержаться, чтобы не касаться его, не вдыхать полной грудью его запах.

— Привет, — открывает он глаза и поворачивается на бок, чтобы лучше меня разглядеть.

— Привет, — смущаюсь от его порочного взгляда.

— Ты тоже это чувствуешь?

— Что?

— Словно весь мир изменился и зациклился на тебе одной.

— Так и должно быть. Когда между парой истинных активируется связь, все меняется. Ощущения становятся более яркими и глубокими. Каждое взаимодействие наполняется особым смыслом, а простые моменты начинают звучать как музыка.

— Это ты в маминых книгах прочитала? — улыбается Егор, в то время как его пальцы зарываются в мои волосы, притягивая к себе.

Вопрос остается без ответа. Его губы снова накрывают мои, начиная свой неспешный и такой приятный танец. Сперва это кажется странным, но я чувствую его внутреннего волка, словно наши души начали разговаривать на одном языке. И это взаимодействие — не какая-то глупая романтика, а нечто большее, что переплетает судьбы, усиливая желание быть рядом и защищать друг друга.

По дороге домой мы почти не говорим. Егор садится за весла, я обнимаю себя за плечи. С этой новой связью слова ни к чему, я и так прекрасно чувствую и понимаю, какие тревоги терзают его душу. Каждый из нас погружен в свои мысли. Нам предстоит непростой день: прощание с близкими людьми и путешествие на другой берег реки, скрытый магическим туманом. Стоит перевести на него взгляд, как по телу целой толпой несутся перепуганные мурашки.

— Выдвигаемся до обеда, — постанавливает Егор. В его голосе звучит решительность, которой мне сейчас отчаянно не хватает. — Я попрощаюсь со своими и приду за тобой. Успеешь собраться?

Я нервно улыбаюсь и киваю. Собраться? Даже не представляю, что конкретно с собой брать в такое путешествие: котелок, съестные припасы, палатку, топор, заговоренные амулеты от нечисти? С той стороны еще никто не возвращался. Удастся ли нам выбраться из тумана живыми, кто знает?

Мама встречает нас еще у дома и сразу все понимает по одному моему взгляду.

— Лерочка моя, Лера, — прижимает она меня к своей груди, и тихонько плачет. — Неужели все? Как же быстро!

— Мам, не плачь, — умоляю ее и сама реву, не в силах остановиться. — Иначе я никуда не уйду, просто не смогу собраться с силами. Меня ведь там никто и не ждет кроме тети Марины. А здесь и ты, и Уля, и весь этот волшебный мир.

— Я бы и сама тебя никуда не отпускала, но так нельзя. Твой мир там, и мир Егора тоже, — ее мягкие заботливые ладони обнимают мое лицо. — Вы должны вернуться домой в свои тела и прожить долгую счастливую жизнь. У вас еще столько всего впереди. Просто обещайте, что будете заботиться друг о друге, и я буду за вас спокойна.

— Обещаем, — произносим мы в один голос, и мама улыбается сквозь слезы.

Какое-то время спустя Егор уходит к своим, чтобы проститься, и мы начинаем сборы. Узнав последние новости, Уля тоже ревет, без конца обнимается и ходит за мной хвостом, пока мы с мамой собираем вещи в дорогу. Ощутив повисшее в воздухе волнение, Вольт начинает светиться и крутиться волчком, подставляя мордочку для поглаживаний.

— Огниво тоже возьми, — подсказывает сестра. — По старинке, но надежнее спичек, не отсыреет в тумане.

Стоит упомянуть туман, как мама вздрагивает и начинает молиться всем святым, чтобы те уберегли нас с Егором на другом берегу.

— Мазь от хвори… И вот еще, — вкладывает Уля в мои руки гребень для волос и свою любимую заколку, резную с самоцветами.

— А это еще зачем? Злых духов распугивать?

Сестра ухмыляется, оценив шутку, и снова стискивает меня в объятьях.

— Нет, Лер, заколка просто так, на память. Ты ведь будешь обо мне вспоминать?

— Ульянка, ты чего? — заглядываю в ее голубые глаза, такие чистые и искренние, и сердце щемит от боли. — Думаешь я смогу тебя забыть? Нет, никогда такого не случится. А если выпадет возможность, еще вернусь вас с мамой проведать. Вы же мои самые-самые родные, и всегда будете в моем сердце, куда бы я не пошла.

К полудню все вещи готовы, и пролито столько слез, что, кажется, болото вокруг дома увеличилось в размерах. Егор приходит за мной не один, а вместе с братом. Отец тоже рвался, но в итоге остался успокаивать мать.

— Добруш, — обнимаю и его на прощание. — Спасибо тебе за все. Знай, что за это время ты и для меня успел стать родным. Как же больно расставаться и оставлять вас всех…

— И ты мне стала как сестра, Лер. Не надо, не плачь. Все будет хорошо. Мы здесь справимся. Я присмотрю за твоими, — по обыкновению тепло улыбается парнишка, и на душе становится светлее.

Он присмотрит, даже не сомневаюсь. Такой ответственный и серьезный не по годам, на него всегда можно было положиться.

— Как там отец с мамой?

— Тяжело. Но и они справятся. Все мы будем молиться за вас. Вот бы нам как-то весточку получить с того берега, чтобы знать, что у вас все получилось.

Мне нравится его идея, но я пока не представляю, как ее осуществить.

— Мы что-нибудь придумаем, — улыбаюсь я ему в ответ и перевожу взгляд на Егора, которому в этот самый момент дает бесконечные напутствия моя мама.

Все мы знали, что рано или поздно этот момент настанет, но как же быстро пролетело время! Это больно и несправедливо, знать, что твой срок рядом с близкими отмерен цветением какого-то глупого растения. Но страстоцвет уже отцветает, и нам пора отправляться в путь, пока воспоминания Егора о его прежней жизни окончательно не поглотил туман.

Погрузив вещи в лодку, Егор протягивает мне руку. Близкие стоят на берегу, их лица полны тревоги и нежности. Уля нервно поглаживает своего непоседу Вольта. Добруш сжимает кулаки, чтобы скрыть волнение, но в его взгляде читается неиссякаемая преданность брату и поддержка.

Мама с заплаканными глазами тихо шепчет: «Береги себя, доченька, и помни, что мы всегда с тобой».

— Прощайте… Нет, не прощайте. До свидания!

Лодка пошатывается, пока я усаживаюсь в ней, и ее быстро подхватывают волны. Егор садится за весла и принимается грести, с каждым его движением нас все дальше уносит от берега, где я навсегда оставляю половинку своего сердца.

Нити моей магической паутины все отчетливее проявляют себя, указывая нам путь. Они светятся в воде синеватым блеском, уводя нас прямиком в густой магический туман.