Анастасия Ригерман – Английский лорд и недотрога (страница 4)

– Что ж, здорово.

– А почему таким грустным голосом? Или ты не рада за нас? – прозвучало со скрытым упреком.

Когда он так говорил, я всякий раз терялась. Где заканчивается он и начинаются эти самые мы? Мне всегда было интересно, задаются ли подобным вопросом в других парах. Ведь моими успехами в галерее Рич никогда не интересовался. Он вообще считал, что я хожу туда исключительно выгуливать нарядные платья, но никак не работать и зарабатывать.

– Я рада, правда. Ты большой молодец. Просто день выдался сложный…

– Ричард, ты куда запропастился? Разве не ты у нас герой дня? Я уже заждалась, – подобно сладкой патоке полился женский голос на заднем фоне, а мой жених поспешил проститься.

– Извини, Мышка, коллеги. Сама слышишь, без меня никак, – усмехнулся он. – Увидимся завтра вечером. Целую.

От одной мысли о его поцелуе мне почему-то стало не по себе.

– Господи, да что со мной такое?! – отложив смартфон в сторону, я уткнулась лицом в подушку.

Да, Рич умел быть нежным и страстным, и я действительно хотела полюбить этого мужчину, научиться жить настоящим. Думала, что полюбила. «Выгодная партия», – не переставала внушать моя мать, «отличный парень, каких поискать», – вторила ей Сью. Сперва я сопротивлялась его ухаживаниям, но потом прислушалась к близким, и последний год мы действительно по-своему были счастливы.

Но стоило появиться Адаму, а мне угодить в его исцеляющие объятья, все пошло прахом. Теперь, думая о поцелуе, мне представлялись уже его губы, его горячее дыхание на моей коже и длинные фактурные пальцы, перебирающие пряди моих волос.

Уйди! Уйди из моей головы, оставь меня в покое! Ты ведь меня даже не вспомнил, а все это лишь пустые мечты.

Новый день радовал солнцем, а еще тем, что это был выходной, в который можно без зазрений совести подольше поспать или просто поваляться в кровати. Можно было бы, если бы не Сью со своим звонком ни свет ни заря.

– Привет! Я тут знаешь, о чем подумала?

– И тебе доброе утро, – отозвалась я, не в силах оторваться от подушки.

Сью всегда была ранней пташкой, и предельно деловой. Поэтому я даже не удивилась, когда подруга бодро принялась вещать в трубку, что выкроила для меня время в своем плотном графике и жаждет встречи.

– В полдень, Софи, и ни часом позже на нашем месте. Как раз между звонком Харрису и онлайн-совещанием с боссом, – делала она параллельно какие-то пометки в своем ежедневнике, без которого никогда не выходила из дома. – Проведем мозговой штурм, и решим уже наконец, что делать с этим твоим мозгоправом.

– А с ним что-то нужно делать? – не сдержала я усмешки. – Очаровать, отловить, устранить? Или нет, лучше сразу свяжем его и женим!

– Хватит дурачиться. Ты же понимаешь, о чем я?! Разберем ситуацию, разработаем успешную стратегию и будем действовать по намеченному плану.

Стоило представить этот ее супер-план, на лицо скользнула глупая улыбка.

– Так говоришь, будто я – один из твоих бизнес-проектов.

– Да, Софи. Только ты – мой самый любимый и родной проект, а я очень надеюсь увидеть тебя по-настоящему счастливой.

Если прежде от ее напора мне и хотелось съязвить что-то вроде: «Спасибо, за выделенное время, мисс Стаффорд», то теперь стало даже стыдно за подобные мысли. Какой бы Сью не была, я знала, она искренне переживала за меня и действительно пыталась помочь, чего отродясь не делали ни мать, ни родная сестра, продолжая во главу всего ставить только свои интересы и выгоды. В итоге за последние годы Сьюзан и стала для меня настоящей семьей.

– Я тут подумала, может, зря я все это время подталкивала тебя к Ричу, а Адам спустя столько лет неспроста появился в твоей жизни? Ладно, посмотрим, что из этого выйдет.

От одного его имени и поддержки подруги на душе запорхали бабочки.

– Спасибо, Сью. Даже не представляешь как для меня это важно.

Сразу после легкого завтрака я отправилась в свое тайное убежище, чтобы привести мысли и чувства в порядок. Дело в том, что вместе с квартирой мне досталась крошечная студия. Можно сказать, она шла в комплекте, и располагалась здесь же, под самой крышей. Наличие студии и стало для меня решающим фактором при выборе жилья. Пусть на окраине города, и дом давно требовал ремонта – для меня все это было неважно. А вот возможность рисовать… Здесь я пошла в своего «никчемного» отца, как его называли мама с сестрой. К тому же, отдельно за студию я ничего не доплачивала.

Мне нравилось это тихое место под самой крышей, нравилось старинное круглое окно и вид, открывающийся из него на внутренний дворик. Нравился запах свежей выпечки, который в утренние часы просачивался сюда через вентиляцию из крохотной пекарни на первом этаже.

Я называла его секретным убежищем, местом силы, где могла хоть на время позволить себе расправить крылья и с упоением погрузиться в творчество.

Еще в детстве, когда отец был жив, он хвалил мои работы. Потом была Академия искусств и преподаватели, пророчившие мне светлое будущее. Вот только художницей я так и не стала. Сколько себя помню, мама всегда внушала, чтобы я и думать забыла об этом.

«Твой отец ушел никем, не оставив нам ни цента! Хочешь закончить так же? Будь уверена, в свое время он тоже подавал большие надежды», – звучал в голове ее голос. А потом, чуть тише и более ласково она обязательно добавляла: «Будь реалисткой, Софи, ты не такая красавица, как наша Роуз, не в мою породу пошла, и твои шансы найти богатого мужа невелики. Но ты всегда была умной и старательной девочкой. Хочешь выжить в этом мире, надейся только на себя и выбери такую профессию, которая сумеет тебя прокормить».

Так я и сделала. Сама мама, к слову, никогда не работала, а сейчас была вполне счастлива с мужем номер четыре. Наша красавица Роуз уехала в Ниццу с очередным любовником – это все, что я знала о сестре. С каждым годом мы общались все реже, а ее красочные поздравительные открытки из разных уголков света служили скорее напоминанием, какая я на ее фоне неудачница.

Но сегодня был особенный день, все в руках спорилось. Если прежде я выбирала более сдержанные тона, то теперь потянулась к самым ярким краскам. Смешивая их на палитре, я не узнавала себя прежнюю, внутри меня все танцевало и пело подобно закружившейся в хороводе осенней листве.

В этот раз я не думала над концепцией, я рисовала сердцем. Закрывала глаза, представляя его теплую улыбку, и кисть сама порхала по полотну, делая свое дело.

«Он вернулся, и мы снова увидимся в эту пятницу!» – стучало у меня в голове, вторя ударам окрыленного сердца, все остальное не имело никакого значения.

Часы показывали ровно двенадцать, а пробка, в которой я застряла, никак не желала рассасываться. Зная нашу пунктуальную Сью, внутренне я уже приготовилась к ее звонку и праведному гневу из трубки.

– Пожалуйста, пропустите, – пропыхтела, протискиваясь между раздраженными пассажирами к выходу.

С таким движением я быстрее на своих двоих доберусь. Дернул же черт поехать именно этим маршрутом! Да еще на радостях надеть новые туфли на высоких каблуках, хоть обычно я предпочитала более удобную обувь.

Выбравшись из автобуса, первым делом вдохнула полной грудью осенний воздух с запахом прелой листвы. На улицах Лондона в этот погожий денек было солнечно, как и у меня на душе, так, что хотелось танцевать и улыбаться прохожим. Этим я и занялась, в смысле улыбалась на бегу, пытаясь в кратчайшие сроки преодолеть два квартала на своих модных «ходулях».

Свернув на параллельную улицу, я оказалась приятно удивлена. Здесь никакой пробки и в помине не было. Совсем рядом на перекрестке сновали черные кэбы с шашечками. Один из них как раз свернул в мою сторону, и я рванула к дороге, протянув руку. В это же время заголосил смартфон.

«Точно Сьюзан! По этой бизнес-леди можно часы сверять», – внутренне усмехнулась я, выуживая его со дна сумки.

Пока отвлеклась на звонок, мой тонкий каблук застрял между тротуарными плитками, и я едва не полетела, чудом удержавшись на ногах. Чтобы устоять, пришлось выпрыгнуть из туфли.

– Да что же такое?! – едва не выскочила на дорогу, как одноногий солдатик.

Черный кэб, на который я так рассчитывала, проскочил мимо, зато следующий за ним серебристый Астон Мартин неожиданно притормозил прямо возле меня. Дверь автомобиля распахнулась, я замерла в недоумении.

– Золушка потеряла туфельку? – раздался знакомый голос, запустив толпу обезумевших мурашек вдоль позвоночника.

Глава 4

– Адам?! – расширились мои глаза, едва не выйдя из орбит. Вот уж кого не ожидала встретить посреди улицы, да еще и в таком виде, прыгая на одной ноге, так это его. – Как вы здесь оказались?

Светлые джинсы, черный свитшот, модное шерстяное пальто – у этого мужчины и прежде был безупречный вкус, а сейчас, пропитавшись американскими веяниями, он стал еще интереснее, и свободнее что ли, словно сошел с обложки модного журнала.

– Добрый день, Сьюзан, – оглядев меня с ног до головы, мужское лицо озарила солнечная улыбка. А ведь за эту улыбку я и влюбилась в него когда-то. – Я проезжал мимо, но сразу узнал вас. Позволите?

Я не успела что-либо ответить, а он и не ждал согласия. Просто подхватил меня на руки и понес к машине, чтобы усадить на переднее сидение своего шикарного авто. А я… Что я? Сжала сумку в одной руке, другой обхватила его крепкую шею и на время потеряла дар речи.