Анастасия Ридд – Громкий развод (страница 5)

– Кариша, привет! – начинаю я. Пытаюсь говорить так, чтобы мой голос звучал бодро.

– Привет, ну как ты? – спрашивает она осторожно.

– Более или менее.

– С Даном поговорила?

– Не очень успешно, – признаюсь я. – Мы поругались.

– Ничего удивительного, – сочувственно произносит подруга. – Он как вообще комментирует все происходящее?

– Ты знаешь Дана. Он никогда не признается в собственных ошибках. Но, справедливости ради, вчера я и не дала ему возможности объясниться. Было слишком больно…

– Что собираешься делать?

– Я не знаю. Мне нужно время, чтобы подумать. Разобраться в себе. Я купила билет в Барселону. Хочу на несколько дней испариться.

– Просто испариться? – с сомнением уточняет Карина.

– Не просто. По пути в аэропорт заеду к Дану в офис. Хочу его выслушать.

– А вот это верное решение, – поддерживает подруга.

– Карин, я хотела тебя попросить не рассказывать никому, что я уехала из страны.

– Какие вопросы? Конечно.

– Несколько дней в Барселоне – что может быть лучше? – нарочито бодро тяну я.

– Да-а, – нараспев протягивает Карина. – Я бы поехала с тобой с радостью, но меня завалили работой. Мне отпуск еще месяца три не светит.

– Прокатимся еще. Уверена, у нас еще будет время… много времени.

– Что-то мне не нравится твой настрой, – в ее голосе слышатся настороженные нотки. – Не принимай скоропалительных решений, не будучи уверенной в них.

– Именно поэтому перед отъездом я хочу поговорить с ним.

– Ладно. Поговорите, потом езжай в отпуск. Отдохни. Ты со всем этим справишься, Лин.

– Спасибо, Кариш.

Я отключаюсь, после чего открываю приложение для заказа такси. Через десять минут машина приедет. Отлично. Богдану позвоню уже в такси.

Надеваю на себя куртку и кроссовки и, схватив чемодан, выхожу из квартиры. Спустившись на первый этаж, неспеша иду к входной двери, но, не дойдя несколько метров, застываю на месте. Сквозь стеклянные двери я вижу приближающегося ко мне мужа.

Я собиралась ехать к нему на работу, но здесь и сейчас оказываюсь совершенно неподготовленной к встрече. Действуя под влиянием порыва, прячу за стойку консьержа чемодан, чтобы Дан раньше времени не узнал о моем отъезде, и выпрямляюсь, пытаясь собраться для нового столкновения.

Когда муж заходит в подъезд и замечает меня, он останавливается. Несколько секунд мы просто молча буравим другу друга взглядами. Я физически ощущаю сильнейшее эмоциональное напряжение, как бывает перед бурей, которая вот-вот разразиться.

– Куда-то уходишь? – наконец, спрашивает Дан, с подозрением разглядывая мой повседневный наряд. На работу я одеваюсь иначе, и он это знает.

– Я собиралась ехать к тебе, – говорю честно, благодаря бога, что мой голос не дрожит, а звучит вполне буднично.

– Сегодня не работаешь?

И почему всех это так волнует?

– Нет, у меня другие планы, – отвечаю уклончиво.

– Не посвятишь?

Вместо ответа, я делаю два шага навстречу мужу и, оказавшись рядом, смотрю в его глаза зеленовато-орехового оттенка, пытаясь в них найти опровержение всему происходящему или же наоборот подтвердить то, о чем вот уже сутки говорят все без исключения. Но взгляд Царева непроницаем. Он будто закрытая книга. И мы словно два незнакомца.

– А ты почему не на работе? – спрашиваю я, пристально наблюдая за его реакцией на мои слова.

– Приехал переодеться. Ночью на складе в Королеве произошел пожар. До самого утра пришлось общаться с полицией и пожарниками, чтобы завели уголовное дело.

– Ты считаешь, что это был поджог? Кто-то пострадал? – спрашиваю я, на мгновение забывая о другом пожаре в нашей жизни.

– Без жертв. Несколько работников получили травмы, – отвечает Дан напряженно.

– А ущерб?

– Разберусь с этим, Лина. А ты? Вернулась?

– Я никуда не уходила. Я просто хотела побыть одна, чтобы подумать, – говорю тихо.

– Я рад, – уголки его губ почти незаметно приподнимаются. – Подумала?

Я пожимаю плечами. Он опускает глаза на наручные часы.

– Поднимемся домой? – предлагает он. –  Разговор и так заставил себя ждать.

– Нет. Я хотела выпить кофе, – быстро говорю я. – Дома закончился.

– Здесь за углом готовят вкусный кофе, – предлагает он. – Идем?

– Да.

Мы выходим на улицу и, завернув за угол, подходим к одному из моих любимых заведений. Раньше мы с Даном были здесь частыми гостями, но в последнее время я все чаще и чаще прихожу сюда одна.

Рефлекторно озираюсь по сторонам в поисках журналистов. Я, конечно, не звезда первой величины, и обычно спокойно хожу по улицам. Но я знаю, как работает медиа бизнес – после вчерашнего скандала они так быстро не оставят меня в покое.

– Возьмем кофе с собой, хорошо? – говорю осторожно, стараясь не выдать внезапной паники, но он все понимает.

– Хорошо. Подожди меня в машине, – он передает мне ключи от своего огромного джипа. – Тебе как обычно? – он спрашивает о кофе.

– Да, благодарю.

Я разворачиваюсь к парковке, Дан – к входу в кофейню. И снова мне на ум приходит сравнение с двумя незнакомцами. Как же это больно…

– Ты видела записку? – спрашивает Богдан, передавая мне в руки картонный стаканчик с латте. Наши пальцы касаются друг друга, что отдается внутри меня теплой волной. Но я быстро одергиваю руку. – Ты не отвечала на звонки и сообщения, так что я решил пойти традиционным путем.

– Я видела, – произношу тихо. – Я не смогу. У меня другие планы.

– Какие? – хмурится он.

– Не такие, какими были твои, когда тебя застукали с Эльзой, – не упускаю шанса уколоть его.

Дан явно не ожидал от меня такой резкости, потому что его лицо становится мрачным и угрюмым.

– В другой день?

– Это не имеет смысла, Дан. К чему сейчас эти демонстративные жесты? Цветы, ресторан… – я останавливаюсь, чтобы перевести дыхание.

– Если это не имеет смысла, почему ты решила поговорить со мной? В чем подвох, Лина?

– Даже осужденному дается последнее слово, – бросаю равнодушно, хотя внутри все закипает от смешанных эмоций.

– У меня с ней ничего нет, – почти по слогам произносит мой муж.

– Это фотошоп? – прищуриваюсь я.

– Нет, я действительно находился в компании Эльзы, – сдержанно отвечает Богдан.

– И как? Понравилось? – сердце в груди ускоряет свой ритм. – Хотя стой, можешь не отвечать.

– Я был там, но между нами ничего не было. И не может быть, Лина, – он опускает ладонь на мою руку, но я резко вырываю ее.