Анастасия Разумовская – Побеждаю и сдаюсь (страница 64)

Это была она. Маленькая, величиной не больше ладошки, тонкая, гибкая. Она танцевала и смеялась.

— Шэн, я пришла за тобой… Мы будем вместе… Я так долго ждала…

Он поднялся и бросился к ней, но огонёк скользнул и замигал впереди.

— Шэн, догоняй!

И он побежал. Падая, задыхаясь от боли, поднимаясь снова и снова…

Бэг сплюнул, закинул арбалет за плечо, развернул лошадь и поскакал догонять свиту короля.

Глава 30

Ты все равно будешь моей

Джайри, искупавшаяся, побывавшая в руках опытных целительниц и травниц, отдохнувшая и посвежевшая, сидела в уютной малой гостиной Шёлкового дворца и потягивала крепкое тинатинское вино, от которого чуть кружилась голова. Нежно-голубое платье с чёрным лифом мягко мерцало и переливалось в отблесках жарко растопленного камина. Кроме Джайри и Ульвара в гостиной больше никого не было, и девушка, нарушая приличия, сидела в мягком кресле с ногами.

— Кто-то подставил Альдо, — горячо возражала она. — Уль, ну не мог этот мягкотелый, хоть и бешенный, телёнок строить заговоры… Ты же его как облупленного знаешь!

— Ржавый кинжал раз в столетие падает и протыкает сонную артерию, — меланхолично парировал Ульвар. — Это очень самонадеянно, Джай, думать, что ты хорошо знаешь человека.

— Может поручишь это дело мне? Я разберусь. Уверена, что смогу докопаться…

— Я взял этот заговор под личный контроль. Ты же очень меня обяжешь, если возьмёшься за строительство университета. Настало время нанимать бригады и заготавливать материалы. Дело долгое, тебе на всю жизнь хватит.

Серые глаза радостно вспыхнули.

— То есть, ты не будешь меня запирать в особняке и…

Ульвар приподнял бровь.

— Отличная мысль, Джай. Как-то мне в голову не приходило раньше.

Девушка просияла, но смутилась.

— А как же с моим… замужеством? Ты же знаешь, не можешь не знать? У тебя же везде лазутчики.

— С твоим вдовством, ты хочешь сказать?

Джайри вздрогнула. Вино плеснуло и испортило платье.

— Тивадар мёртв? Но как? Убили? Но кто мог? Или…

— Не поверишь. Я. Ну, по крайней мере, так считают в Тинатине. Какая-то юродивая рабыня всем рассказывает, что я залез в окно, убил князя и улетел, обернувшись вороной. При этом у меня были тёмные волосы, и я был в чёрной одежде.

— Почему тогда она решила, что это был ты?

— А я любезно представился.

— Провокация, — задумчиво кивнула Джайри. — Но кто это мог быть?

— Не так много в мире людей, способных убить Тивадара. Тем более, что князь защищался, и у него была сабля. Я, кстати, себя к этому числу избранных не отношу. Это мог бы быть Шэн, но он был с тобой. Железный дракон, но его бы узнали, он слишком известен в Тинатине. Андраш, Восточный ветер, но у Андраша светлые волосы. Его брат Джерго, Северный ветер. Ещё Джарджад, племянник Персикового султана, по внешности подходит. Ярдард, мой брат. И Глематис Гленнский, вассал короля Амбруса, известный тем, что уже раз пять побывал в тюрьме за разбои, насилия и грабежи. Смутьян, ловелас и плут. Но где Тинатин, а где — Гленн. Наиболее вероятны из них Джерго и Джарджад. Мёд или Персик. И тот и другой заинтересованы в нашей ссоре с Тинатином. Я склоняюсь к султанату. Ума не приложу, что Северный ветер мог забыть в княжестве. Конечно, Иштван мог бы разыграть такую карту, но… Джерго не очень-то послушный ветер, скажем честно.

Джайри допила вино. Было непривычно снова окунаться в мировые проблемы, разгадывать интриги. Как же ей не хватало всего этого в Золотом гнезде! И вот того доверия, уважения, как к равной, которое было по отношению к ней у Ульвара.

— Эвэйк меня ненавидит, — призналась честно. — Он охотно поверит во всё… Ты знаешь, что новый князь — внук Инрэга, Серебряного щита? Того самого, который утонул лет двадцать пять назад… Там долгая история, но в итоге новый князь будет ненавидеть Элэйсдэйр. Даже если он поймёт, что это провокация, то сделает вид, что поверил. Значит, ждать войну на востоке?

Ульвар побарабанил пальцами по столику. Улыбнулся меланхолично.

— Война на востоке будет. Но не с нами. Тивадар был сильным игроком. Сильнее своего отца. Эвэйк — слаб. Золотой дракон умер при загадочных обстоятельствах. Мы посеем среди драконов смуту. Тинатин погрязнет в междоусобной войне. Думаю, Иштван включится в эту игру, да и Султанат точно не останется равнодушным…

«Бедный Шэн, — вдруг подумала Джайри. — Это ведь его земля…».

Ей вдруг представились замки в пожарищах, гибнущие селения и…

— Уль, — прошептала герцогиня, стиснув тонкую ножку бокала, — не надо…

Король удивлённо взглянул на неё.

— Что не надо?

— Междоусобицы… Это сотни смертей и…

Ульвар откинулся на спинку кресла и посмотрел на собеседницу долгим, задумчивым взглядом.

— Мы потом с тобой это обсудим, — наконец вымолвил он. — Тебе надо отдохнуть.

Они помолчали.

— Что за девушка была в карете? — вдруг спросила Джайри.

На душе её стало тревожно и тоскливо. Интриги, доверие и уважение — это хорошо и интересно, но политик должен уметь принимать порой жестокие решения. Спасая свою страну, обрушивать чужую в бездну. Джайри это знала, но почему-то сейчас не могла принять.

— Просто девушка… тебя напомнила. Похожа внешне, не находишь?

— Разве?

— Немного. Кстати… у меня тоже есть вопрос. И даже не вздумай на него обижаться. Твой брак был консумирован?

Джайри вскинула подбородок, но Уль поднял руку.

— Джай, это тебя король спрашивает. Это не моё мужское любопытство.

— Был, — процедила она.

— Я не стану тебе задавать лишних вопросов… Захочешь — поделишься. Я тебе друг, ты помнишь.

Джайри мрачно взглянула на него:

— Друг… Ты опоздал, Уль. Ты обещал, что не отдашь меня ни одному мужчине, но отдал!

— В результате мужчина мёртв, не так ли? — хладнокровно парировал король. — Всё, как я обещал. Мы объявим твой брак и твоё вдовство официально.

— Я всё равно не буду твоей любовницей. Даже в официальном вдовстве.

Ульвар хмыкнул.

— Добавить тебе вина? Кстати, знаешь, что лорд Ойвинд тяжело ранен? Он бы умер, если бы некая девочка, дочь торговца пряностями, вовремя его не обнаружила и не сообразила бы позвать охрану. Всё это очень странно, Джай… Лорд без сознания до сих пор, но…

Джайри вспомнила черноглазого красавчика, за которого планировала выйти замуж. Умный, даже через чур, циничный, амбициозный… Он разделял их с Улем точку зрения, что честь и… Не Шэн.

— Я, кстати, ехала сюда, чтобы выйти за него замуж, — заметила она, глядя, как тёмная струйка вина заполняет бокал. — У нас с ним был тайный сговор…

Бокал заполнился, Уль вернул кувшин на столик.

— Вот как? Интересно. То есть, больше не планируешь это замужество? Ну, если рассказываешь об этом мне?

«Ты не удивлён… не зол, не…». Девушка замерла в оцепенении осознания.

— Я была идиоткой, — простонала Джайри и закрыло лицо руками. — То письмо… Богиня! Конечно же, его написал ты! Только ты мог бы предугадать и мои вопросы, и мои возражения… И даже мысли! «Ты скажешь: У. не допустит, а если брак случится, то я стану вдовой быстрее, чем матерью…»

Уль тихо рассмеялся. Плутовато улыбнулся, прикрыл глаза и процитировал:

— «Ты сочтёшь меня безумцем, или того хуже — идиотом. Но нет. Вспомни, я — брат Эйдис».

Герцогиня метнула на него разгневанный взгляд и разом выпила половину бокала.

— Джай-ри, — прошептал король и тоже отхлебнул вина. — Ты меня старше… месяца на три. Но ты совсем-совсем девчонка. И ты могла поверить, что сможешь меня обмануть? Ты — прелесть.

«Он — самый умный и расчётливый человек, которого я знаю. Он способен перехитрить кого угодно…». И ей вдруг стало тоскливо при мысли, что Уль допустил её плен и не спас сразу, как только узнал, что она в беде. «Между мной и королевством ты всегда выберешь его», — подумала Джайри мрачно. И выдохнула, пытаясь избавиться от ревности.