Анастасия Разумовская – Хранитель чаек (страница 61)
Айяна вздрогнула, когда позади раздался тихий шёпот:
— Что же ты стоишь, женщина? Она ведь убьёт его.
— Нет, — прошептала Айяна. — Он сильнее!
— Был, — согласился сочувствующих голос. — Но ты не видела предыдущего поединка, не так ли?
— Не видела, — голосочек девушки задрожал.
— Твой господин тяжело ранен и у него почти закончились силы. Присмотрись, как тяжело он дышит… Разве не сразил бы король сестру единым движением сабли, если бы не был истощён?
Айяна всхлипнула.
— Не плачь, — посоветовал голос. — Просто убей её. Спаси любимого.
— Но я не могу… Я не умею сражаться…
— Тебе и не надо тебе вмешиваться в сабельный бой. Возьми лук.
Айяна обернулась и увидела голубые глаза, сочувствующе, но с некоторым осуждением глядящие на неё. Ему хотелось верить. Мужчина протянул ей лук.
— А ты? Разве не будет лучше….
— Я залит кровью, — ответил тот тихо. — Ты разве не видишь? У меня не хватит сил натянуть тетиву.
— Но я никогда не была меткой…
— Я направлю твою руку.
Айяна вцепилась в лук.
— Но если… Я же оскорблю его вмешательством в его бой…
Мужчина пожал плечами.
— Хорошо. Тогда он умрёт.
— И я умру рядом с ним, — пылко воскликнула девочка.
На них цыкнули.
Удар Альшарса, прорезавший Гедде грудную клетку, вызвал новую волну хриплых криков. Но сабля сестры в тот же миг обагрила королевское бедро кровью. Солнце уже низко склонилось к горизонту.
«Эйд, наступает ночь — твоё время. Но в этот раз, прости, мы обойдёмся без тебя».
— Страшная рана, — заметил голубоглазый мужчина. — Ему осталось недолго.
Айяна заплакала.
— Ты не умрёшь, — тихо «успокоил» советчик. — Он ведь не ложился с тобой, верно? Значит, ты не жена ему и не наложница, поэтому всадники бросят на тебя жребий. Ты будешь жить, угождая другому мужчине.
— Нет! — отчаянно вскрикнула девочка.
— Тогда убей её. Он будет сердит на тебя, но потом простит.
Она всхлипнула. Но разве у неё был выбор?
— Хорошо.
— Тогда натяни лук, положи стрелу, и я скажу когда. Ты должна бить в её левое плечо.
— Но стрела попадёт и в него!
Девочка вся дрожала. Мужчина обнял её и прошептал:
— Не бойся. Твой король защищён магией крови. И потом, если это левое плечо его противницы, то у него — правое. Смерть исцелит его.
— Хорошо, — шепнула она.
Ларан обнял жертву со спины, придерживая руками её руки и пачкая своей кровью изумрудное покрывало. Дождался, когда сабля Альшарса нанесла Гедде последний удар.
— Пускай!
И направил её руку…
Гедда рухнула, заливая кровью землю. Альшарс вздрогнул, глянул на стрелу, пронзившую его сердце, поднял взгляд и посмотрел на стрелка.
— Айяна, — прошептал и рассмеялся.
А потом упал на колени. Кровавая магия боролась в нём со смертью, но удар был точен и не оставлял ни малейшего шанса выжить.
Девочка вскрикнула от ужаса, отбросила оружие и бросилась к нему.
— Нет! Пожалуйста!
Она упала рядом, обнимая его и трепеща. Но король уже был мёртв.
Ларан улыбнулся бессердечно и холодно. Прошёл вперёд, вскинув руки, и крикнул:
— Всадники! Приветствуйте вашу королеву. Перед вами — Айяна, дочь короля Альшарса. Единственная, кого Смерть оставил вам. Победительница королей, избранная самим богом.
Он склонился в поклоне перед двумя трупами и маленькой девочкой, которая рыдала, не понимая, что происходит, и не видя ничего вокруг. И, когда кровавые всадники взревели, пропустил их волну вперёд, а затем бросился к Джие, схватил её за руку:
— Уходим. Ещё немного и будет поздно.
— Но Айяна…
— Она больше не твоя. Когда королева придёт в себя, то уничтожит нас всех.
Джия тотчас всё поняла. Вскочила, не задавая вопросов, и они стали пробиваться сквозь орущих всадников.
— Лар!
Против течения к ним продвигался Юдард с двумя лошадьми. Они повернули к нему, и, когда сошлись, Джия тотчас взлетела в седло. Золотой щит обернулся в сторону, где мужчины полностью скрывали двух убитых и одну раненную в сердце.
— Они же убьют её, — с горечью крикнул парень.
— Нет, — жёстко возразил Ларан, запрыгивая позади княжны. — Они не убивают своих королей. Но если мы промедлим, она убьёт нас.
Юдард закусил губу, и тоже вскочил в седло.
Преодолев толпу пеших всадников, вся троица пустила лошадей в карьер. Солнце опустилось в травяное море, и чёрное небо зажглось звёздами. Джия забрала поводья. Княжна и ночью видела их путь. Чайка над ними, коротко крикнув, опустилась на плечо Ларана. Птицы не любят темноту…
Когда небо с краю начало сереть, Джия обернулась и крикнула:
— Нас преследуют!
«Быстро королева пришла в себя, — хмыкнул Ларан. — У тебя будет достойная дочь, Альшарс. Ты бы гордился. Наверное».
Степь затрепетала от конского топота. Но Хранитель уже чувствовал дыхание моря.
Беглецы выскочили на белый от известняка уступ, и перед ними распахнулась бескрайняя синь. Поднимающееся солнце воспламенило неблизкие паруса.
Ларан спрыгнул с лошади, снял девушку.
— Бусинка у тебя?
— Да.