Анастасия Привалова – Вовсе не белая Белла. Книга 1 (страница 4)
– Я должна забрать тебя, – ответила на немой вопрос призрака Юлия, вспомнив слова повелителя о том, что ей надо услышать историю их смерти с их уст. – Но для начала, я хочу услышать твою историю.
– Ты слышишь, как кричит моя душа от боли? – немного помолчав, задал вопрос призрак девушки. – Мне плохо и больно. Душа чувствует, что ее отрывают от тела. Я очень долго болела и каждый день она так ныла, у меня даже испортился слух. Я говорила всем, что слышу этот душераздирающий крик, но мне никто не верил. Меня качали наркотиками и все думали, что потихоньку от меня уходит разум, уступая месту сумасшествию. И только мой муж, Адам, верил мне, – на глаза девушки стали наливаться слезы. Она стерла их рукой. Щека оставалась сухой. Присела на кровать рядом с собой и убрала выбившуюся из прически прядь волос со своего лица.
Затем подняла глаза на мужчину, который, вовсе не замечая нас, обреченно опустив голову, и придерживая руками.
– Но мне казалось, что он тоже делал вид, что верит во все безоговорочно. Госпожа смерть хочет узнать мою историю? – усмехнулась она. – Слишком короткий рассказ и не займет много времени, потому что год назад мы встретились с Адамом и через неделю поженились. Потом выяснилось…. – призрак зарыдал, – …что я больна раком, и ничего нельзя изменить. Меня ждет смерть. И как я могу отправиться в тот мир, если у меня есть незавершенное дело? Я не успела сказать Адаму, что очень сильно его люблю!
Чувства? Любовь? Эти эмоции по отношения к ней по – настоящему не испытывал никто. А Юлия, так низко пала, все – таки ощущая привязанность и симпатию к Алексу. Ей завидовали. Алекс был настоящим аполлоном, но никто не мог даже предположить, что сама Юлия его не интересовала. У них был договор о отношениях, он ее вымышленный парень.
– Как бы это было нелепо слышать, но я первый день работаю смертью и даже не знаю, как тебе помочь, – проговорила Юлия, первый раз, в жизни чувствуя жалость к кому – то либо на ее памяти. Несправедливо распределила госпожа судьба заставив умереть ее в таком раннем возрасте и в самом разгаре настоящего счастья. Как вдруг Юлию осенило. – Но я могу через месяц передать это ему лично от тебя.
– Ладно, – согласился призрак девушки. – Только не забудь. И… забирай меня скорей. Я больше не могу слышать, как кричит моя душа….
Если прислушаться, то можно услышать крик души…. Она так тесно связана с телом. За все время проживания душа приняла его и даже, можно сказать полюбила. Когда человек умирает, то душа начинает отдаляться от его любимой оболочки. Она плачет от разлуки, стонет от боли тела и молит о втором шансе. Эти страдания во много раз увеличиваются, когда душа слишком привязалась к телу, и очень рано заставляют ее его покидать. Если душа не умрет вместе с телом, то она вся искалеченная и болезненная попадет в другое, и возродится новый мировой злодей, вроде Гитлера. Душа так калечится, когда умирают медленно и в полном разуме…
Юлия спала, ей снилась душа, которая очень сильно сопротивлялась и орала, не хотела уходить из тела. Она, смертью, стояла в непроглядном мраке и закрывала уши, не в силах выдержать это, как вдруг ее подхватили и, ее тело, на мгновения взлетев в воздух, положили на что – то твердое, переломив напополам.
Резко открыв глаза, Юлия увидела землю, медленно осознала, что она висит лицом вниз, а еще ее несут на плече куда – то. «И постоянно я буду просыпаться неизвестно где и зачем? – задумалась, наполняясь сильнейшим страхом Юлия».
Хамин резко поднялся с места. У подножья его трона сидели помощники со всего его мира. По одному самых сильнейших и мудрейших из каждой ветви. Их было девять. Девять стражников Коверии, которые защищают свой мир от одного единственного врага. Его называли просто, синий ангел.
– Чтоб выжить, Маму уже нужно больше душ простых землян, – спокойно констатировал факт повелитель.
Послышался шепот, проносящийся по залу, постепенно нарастая и превращаясь в гул. Все принялись вставать со своих мест, через секунду стояло восемь человек, и переговаривались все шумней. Девятый, Каир, владыка клана драконов, сидел на своей месте, словно прикованный к своему кожаному креслу из драконьей кожи. Он лично подарил повелителю эти девять кресел из кожи своих непокорных и самых жестоких драконов в Драконландии, которые жаждали свергнуть его с трона. Он славился своим непоколебимым авторитетом и рассудительностью. Каир размышлял, затем поднял полный растерянности взгляд на Хамина, и они встретились глазами. Это были переглядки старых друзей, которые как братья – близнецы понимали друг друга без слов.
– Я буду сражаться вдруг, что за вас, повелитель, – уверенно объявил Тосон, владыка существ волшебников с Колдунстрандии. Он управлял волшебниками – полукровками. Уже правя на своем месте более пятисот лет, он, получив трон от своего дедушки, превратил свой народ полукровок, которые и так не славились своей чистоплотностью в отношениях со своими собратьями другой ветви волшебников, в слабых бомжей отшельников. Одни забывали свой дар под тяжестью обстоятельств, где приходилось работать у более элитных ветвей, чтоб заработать на пропитания. Другие получали крошечные остатки волшебных сил, с которыми уподобились обычным людям и отвергались практически всеми существами как ни на что – то не способная ветвь в этом мире. Поэтому Тосон, рыжеволосый бородатый мужчина маленького роста, еще сидел в их обществе из – за формального уважения всех владык к его посту.
– Твои полукровки не смогут защитить даже свои задницы, если наступит смута! – выкрикнул Иханаб, сведя брови на переносице. Это был владыка самых жестоких и бессердечных воинов, всадников без головы. Их головы исчезали с плеч, не пойми куда, когда они шли в бой. Все боялись даже самой маленькой армии, состоящая всего из трех существ, их черные плащи разлетались от ветра, когда они проносились мимо на своих лошадях. Нечеткий крик и шепот всадников мог загипнотизировать и заставить стоять на месте по их желанию всех живых существ в мире.
– Они могут только работать на моих полях! – со смехом произнес Парош, владыка всех чистокровных волшебников и колдунов большей территории Колдунстрандии.
– Успокойтесь! Ты слишком зазнался Парош, – обратился к владыке волшебников Мишаф, владыка существ «так называемых Нюхчей». Странных особей, которые отличались в отличие от прядущих своей непохожестью с людьми. Их кожа была темная, как у негров. Волосы вырастали до плеч всего один раз в жизни, и их нельзя было остричь, потому что без какой – либо растительности их можно было воспринять за чудовищ с большими раскосыми, почти прозрачными глазами и присутствием всего двух чуть выпуклых дырок вместо носа, полных губ в маленьких дырочках, напоминающих соты. Нюхчи дышали всем телом, распознавая по запахам все, даже за десятки километров. Они благодаря своим способностям считались самыми искусными зельяварителями. – Злые колдуны уже всем в округе поднадоели. Они держат рабов полукровок и слишком уж раскидываться своими жестокими заклинаниями.
– На той недели Ладастами были задержаны двое и переданы карателям, – согласился басом Фафас, владыка Ладастов, существ, обладающих огромной грудой мышц с рождения, что позволяет им заниматься самыми тяжелыми делами. Это ловить нарушителей закона повелителя и передавать на суд. Заключение могли слабенько ответить за свои действия в Ладастии или быть переданы владыке Татанху. Карателям, хрупким существам в Карательской, которые сидевшие на высоких стульях в здании суда в свободных мантиях девяти цветов ветвей, одним лишь своим ногтем щелкнув, превращали нарушителей в маленьких с мизинчик существ. В последующем они будут заключены в тюрьму, из которой никогда не убежишь.
– Маму опасен, и забирая души людей, будет сильнее. Не так ли? – заговорила единственная девушка – владыка Мелиса.
Ее народ состоял только из особей женского пола. Ее Амазонки славились самым независимым характером, с сильной волей и женственностью, что могла поразить любую особь наповал, если амазонка этого захотела. Их с детства учили искусству войны, независимости и женственности. Ослепительные красотки считались очень опасными, коварными, гордыми и сексуальными.
Все вдруг затихли и посмотрели на Хамина, он, стояв во главе стола, тяжело вздохнул, не в силах кому – то ответить. Как повелевающий этим миром уже не первое десятилетия, он знал, что не всех его ответ устроит, и не каждый владыка сможет трезво оценить ситуацию и внести свою силу так, чтоб не стало хуже.
– Его сила возрастет, – ответил, наконец, Хамин на вопрос Мелисы. – Я надеюсь, что каждый из владык настолько умен, что ни за что не будет действовать в одиночку. Все могут разойтись. О следующим совещании вам сообщит Расон Ведун.
Все направились к выходу. Хамин проследил за каждым, отметив поведения Иханаба, который первый рванулся к выходу. Тот был рассержен, и чтоб нечаянно не нарваться на его гнев, все уступали ему дорогу. Владыка Ладастии и Карательской держались вместе, как подружки, шушукаясь. Парош гордо задрав голову, вышел с улыбкой подлеца. В кабинете остался Каир, даже не сдвинувшись с места. Хамин задумался, вдруг схватив за кресло так крепко, что костяшки пальцев побелели, а кожа драконов – предателей вокруг пальцев сморщилась.