Анастасия Привалова – Шанс на выживание (страница 6)

Вскоре знакомая незнакомка исчезла. На старенькой, но чистенькой и уютной кухоньке остались только они вдвое. Или втроем?

– Тогда нам нужно узнать друг друга получше? – спросила про себя Изабелла своего раба или дара или… короче она стала напряженно ожидать ответа.

И он не заставил себя ждать.

– Я уже представился. Можешь звать меня Джин, – ответил ей знакомый, мужской голос в голове. – По нраву, я слегка нервный и вспыльчивый, поэтому будь аккуратней.

– Его зовут Джин, – произнесла вслух Изабелла и немигающе уставилась на рядом сидящую Виолетту. – Я даже видела его, какой – то мужик.

– Наконец – то у тебя появился мужик, – ободряюще подхватила Виолетта и они весело рассмеялись.

Как странно постоянно кого – то чувствовать рядом, Изабелла к этому не привыкла. Особенно ночью. Она любила и ценила одиночество, только так она чувствовала себя в безопасности и комфортно. Теперь же она несколько часов не может заснуть, не может сомкнуть глаз. И не понимала, как это возможно, когда за ее спиной невидимое, могущественное существо, которое не может априори понести наказания за любой вред другому живому существу. Однако она же знала. Нет, вернее ей сказали, что это она нужна ему, поэтому никакой физический вред нанести ей стремятся. Скорей всего наоборот, джин будет защищать, и беречь ее тушку, как нечто самое ценное. Она же теперь не просто сосуд для своей души, а и обиталище для духа. От этого осознания ей стало дурно, так сильно стало дурно, что Изабелла больше не могла лежать и встала.

Виолетта спала в соседней комнате, поэтому Изабелла осторожно прикрыла за собой дверь и, стараясь потише ступать, прошла на кухню. Темнота, разбавляемая светом полной луны с двух больших окон, оказалась достаточной, чтоб, не боясь где – то перецепиться ходить по коридорам. Мимолетно заглянув в холодильник, Изабелла взглядом отыскала ранее вытащенный Виолеттой из ее сумки коньяк в миниатюрной алюминиевой фляжке. Перед сном, ее попутчица достала ту из сумки, отпила несколько глотков из нее и, скривившись тому, что алкоголь оказался, чуть ли не горячим, положила его в холодильник остыть. Схватив алкоголь, Изабелла залпом осушила миниатюрный сосуд, села за стол и тяжело выдохнула. Пустая фляжка бесшумно улеглась бочком на стол, а обреченный, несчастный взгляд замер на белоснежной, ажурной скатерти.

Незримое присутствия Джина за спиной ощущалась так явно, что даже раздражало. Крепкий алкоголь практически мгновенно добрался до головного мозга, все поплыло перед глазами. Усталость и сильный стресс позволили алкоголю ее немного расслабить и открыться всем мыслям сразу. Они поверхностно зажимали ее нервную систему в тески, практически не заметно, но ощутимо. В полной тишине Изабелла к своему ужасу осознала, что ей стоит подумать, как жить дальше. Она все еще не могла избавиться от мысли, что не остается всего лишь здесь ненадолго в гостях. И даже больше, Изабелла всем существом не могла принять мысль, что в этой глуши ей придется застрять надолго. А возможно навсегда. От этого вывода в голове зашумело, а поджилки затряслись, словно от холода. А как же? Ее словно ледяным душем окатило.

– Как нам избавиться друг от друга? – серьезно задала интересующий вопрос Изабелла своему невидимому соседу.

– Как грубо, – почти мгновенно ответили ей слегка разочарованно.

Изабелла заметно замешкалась, ее немного сбил с толку тон отвечающего. Стало совершенно ясно, что его расстроили и даже обидели ее намерения.

– Тебе разве не хочется свободы? Разве не хочется, наконец, побыть одному? – вглядываясь в узоры на столе, закидала вопросами она неизвестного.

Но все же Изабелла не ожидала построить внятного, продуктивного диалога. Она многого не знала об ее соседе, ведь они едва знакомы. Может, стоит узнать?

Изабелла неторопливо подняла голову, сначала в тусклом освещении она заметила, чьи ты мужские руки, лежащие на столешнице, а по мере подъема глаз ей открывался и остальной шокирующий вид. Вскоре черные глаза девушки уперлись в приятное лицо парня. Конечно, досконально рассмотреть она его не могла, однако даже в сумерках она распознала угловатые скулы, впалые щеки, поджатые, полноватые губы, прямой нос и пронзительный, тяжелый взгляд из – под кустистых, низко посаженных бровей. Он не выглядел устрашающе, не считая того, что, в общем, напротив нее сидел какой – то малознакомый мужик. Тот рядом с ней, тот имеет тело и может сделать, с ней что захочет. Хотя, если вспомнить, как тот расправился с ее автомобилем, то, чтоб что – то с ней сделать, ему не обязательно обретать тело.

Изабелла под воздействием алкогольных паров смогла побороть свой страх и максимально подготовиться к переговорам. Расширенными глазами она взирала на свой так называемый дар и старательно пыталась разлепить онемевший рот. Джин же вдруг повел себя странно, он принялся сосредоточенно разглядывать свои руки, будто тоже прибывая в полнейшем шоке, что вышел из – за ее спины и приобрел тело. Потом тот взял в руку пустую фляжку из – под коньяка и неуверенно поднес ее к носу. Понюхав содержимое, тот презрительно поморщился и хмуро выдохнул:

– Понятно… – фляжка легла на место, а тот укоризненно помахал головой.

– Ты даже так можешь, – знатно опешив, протянула девушка.

– Как? – хмуро поинтересовался Джин, в его руке не понятно, откуда появилась свеча в подсвечнике. Тот бесцеремонно выставил ее прямо к лицу Изабеллы, чуть не подпалив ее челку. Она инстинктивно отшатнулась назад, недовольно, выпалив:

– Ты что делаешь, псих? Ты меня сейчас подожжешь!

– Ведьмы не горят, – серьезно заявил ей Джин, внимательно всматриваясь в ее лицо, освещенное тусклым светом от огня. – Ты очень похожа на свою чокнутую прабабку.

– Почему не горят? – внезапно полюбопытствовала Изабелла. – В средневековье вон сколько сожгли. Деревни почти без женщин остались…

– Там не было не одной ведьмы. Ведьмы не горят, – уверенно отрезал тот. – Проверь, проведи рукой над огнем.

Изабелла махала отрицательно головой и поспешила отодвинуть свечку подальше от себя. Ее руки только коснулись подсвечника и сдвинули с места на пару сантиметров, как свечка переломилась пополам и упала на стол, огонь моментально подпалил светлую, ажурную скатерть. Изабелла в считанные секунды оказалась в огне. Сразу загорелась одежда, пожираемая языками пламени, она практически сгорала дотла на глазах. Вначале девушку охватила паника, издав неясный писк, она заметалась по комнате, стараясь потушить на себе огонь. Но тем не менее довольно скоро поняв, что не чувствует боли, хотя уже полностью охвачена огнем, Изабелла остановилась. В нерешительности пару секунд она рассматривала свои руки, подмечая завораживающие оттенки пламени, но потом Изабелла заметила, что полностью обнажена. Постепенно разум стал избавляться от паники. Ему на смену пришла вина и стыд. Вспомнив про Джина, ее глаза тут же заметались по кухне, которую в свою очередь огонь не тронул даже отдаленно. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, ее черные, недовольные глаза устремились на Джина неподалеку. Подтянутая, мужская фигура в черных брюках и черной куртке расслабленно наблюдала за ней. Огонь осветил его красивое лицо, вдруг оказавшийся ближе.

– Теперь веришь, что ведьмы не горят? – сухо спросил он, нагло рассматривая ее.

Изабелла резко размахнулась и одарила того звонкой пощечиной по лицу.

– Верни мне мою одежду, извращенец! – твердо потребовала она.

Джин вдруг жалобно взвыл, схватился за щеку и исчез.

В кухню влетела Виолетта, включился свет. Сонно осматривая помещение, девушка в пижаме в изумлении уставилась на обнаженную Изабеллу, стыдливо прикрывающую свои интимные места ладошками.

– Что случилось? – удивленно узнала она, часто моргая и вероятно все еще не веря своим глазам. – Ты кричала?

Изабелла тяжело выдохнула и опустила глаза вниз. Тогда она мечтательно подумала, что раз уж она ведьма, то пусть сейчас провалится сквозь землю. Она же так сильно желала именно этого сейчас.

– Принеси мне что – нибудь из одежды, пожалуйста, – смущенно попросила Изабелла, все еще не смея поднять взгляд вверх.

Виолетта зевая во весь рот, охотно закивала и неторопливой походкой вернулась назад в комнату. Тем временем Белла оглянулась и нашла глазами стол, за которым недавно сидела с Джином и, удостоверившись в том, что красивая, ажурная скатерть все еще лежала там наполовину сгоревшая, снова развернулась вперед. Вскоре на пороге появилась Виолетта с вешалкой в руках. Изабелле сразу оценивающе уставилась глазами на наряд и недовольно поморщилась.

– Там не было ничего брючного? – печально узнала она у Виолетты, хотя сама прекрасно знала, что бабка никогда не носила ничего кроме платьев.

– В шкафу сто платьев наверно, – усмехнулась не зло девушка в свою очередь, передавая ей вешалку в руки. – Там не то, чтоб брюк нет, там не одной юбки нет.

Изабелла ей охотно поверила, ведь сама никогда не видела бабушку в чем – то другом, кроме платьев. Наскоро напялив на себя вязанный, серый наряд, она расправила его по стройной, изящной фигурке и обернулась назад. Виолетта слегка шокировано рассматривала сильно обгоревшую скатерть. Ее синие, татуированные кисти неуверенно коснулись красноватой столешницы.