Анастасия Привалова – Шанс на выживание – 2. Поход в место, где свою поганую, больную, изуродованную душу, можно заменить на совершенно новую (страница 2)

Под его воздействием, она, наконец, взялась за бабушкины книжки и немного углубилась в изучение ведьменского искусства. В основном, она запоминала некоторые методы защиты, чтоб вдруг, что защитить их обоих. Так у нее появилась еще одна татуировка, заряженная на меткость и усиления реакции. Ее учитель изрядно изумился, когда ни на что не способная баба, как он выразился однажды, начала стрелять лучше всяких снайперов. Она хотела и Джину набить такое же заряженное тату, но тот не был уверен, что на него оно подействует так же и отказался. Изабелла не настаивала, потому что считала, что ему хватит силы, которая мнет автомобили, как бумажные кораблики.

Довольно скоро эти убеждения рассыпались в пух и прах, когда они, наконец – то оказались на месте. Им предстояло пересечь колючие, высокое ограждение, которое еще, оказывается, было под током. Благо, что проводники знали дырку в ограждении, которое легко получилось переползти всем, кроме более массивного и мускулистого Джина. Им пришлось рыть землю, пока Волк в какой – то момент всех не затормозил, указав всем на вкопанную в землю не просто сетку, а сетку под напряжением. Тогда всем пришлось экстренно что – то решать. На нужной стороне оказались все, кроме Джина. Они долго сидели и думали, как возможно Джину оказаться рядом с ними невредимым. В любом случае оказывалось, что плечи и какая – то часть спины мужчины непременно бы дотронулись до ограждения и поджарились. Из – за его большого роста, тот не мог пройти, как все, даже если пригнет до упора голову, все ровно не пролезет по ширине. В ходе разбирательств решено было, что Джин или отправляется обратно домой или лезет руками вперед, на животе ползком на резиновых сапогах, которые неподалеку лежали, вероятно, для этих же целей.

– Давай вернемся домой! – разволновалась до панических ноток в голосе Изабелла, стоя на четвереньках и смотря через небольшое отверстие в колючем ограждении на Джина.

Она и не ожидала, что трудности начнутся с порога, еще больше не ожидала, что ее возлюбленный прямо на пороге коньки откинет. Ее неслабо потряхивало, Белла не на шутку разволновалась и готова была на все, только чтоб Джин не рисковал.

– Не ори, – негромко приструнил ее Волк, высокий, темноволосый мужчина средних лет с небольшим шрамом на левой щеке и карими пронзительными глазами. В них всегда было столько боли и решительности, что когда Белла увидела его впервые, сразу поверила, что тот видел многое и особенно, то, что не должен видеть обычный человек.

– Ты легко пролезешь здесь, – уверенно обратился тот к Джину. – Это всего лишь твое первое испытания. Зона решила тебя сразу проверить на прочность. Ползи!

– Как он проползет, он же погибнет! – все не могла успокоиться Белла, более решительно направляясь к выходу.

Тут ее удержали, чьи ты мужские руки за плечи и потянули на себя. Затем ее рот перекрыли шершавой грубой ладонью, чтоб она замолчала.

– Давай лезь, – спокойно дал команду Волк, перед этим удовлетворительно кивнув своему другу, Мухомору, который насильно удерживал Изабеллу и закрывал ее рот, прижав хрупкую, девичью тушку к своей груди. – Я так и знал, что с баба в зоне, как и на корабле, к несчастью, – добавил равнодушно он, и требовательно посмотрел на Джина, расстелив плашмя резиновые сапоги на земле.

Джин сжал зубы, сочувственно посматривая на свою девушку, старательно удерживаемую каким – то мужиком. Затем податливо вытянул вперед руки, продвигаясь к дыре в заборе. Изабелла слабо сопротивлялась в крепкой хватке проводника, но вскоре полностью обмякла, растерянно и в тоже время с неподдельным ужасом в глазах наблюдая, как Джин направляется прямо в распахнутые челюсти зоны, которая просто с минуты на минуту проглотит его душу и даже не скажет спасибо. Ее еще удерживали и затыкали рот грязной, грубой и соленной ладонью, хотя Изабелла вовсе позабыв об этом, затаив дыхания, не моргая всматривалась в передвижения любимого. Эта дыра выглядела настолько узкой, что Изабелла вдруг уверилась, что зона слегка прикрыла рот для того, чтоб эта добыча точно не смогла ускользнуть.

Джин неторопливо протиснулся в дыру, просунув туда плечо за плечом. И все же он слегка коснулся проволоки плечом, но быстро отстранился, прикусив губу до крови и не проронив и слова. В воздухе запахло подпаленным мясом, Белла, все еще удерживаемая проводником, тихо заплакала. По ее щекам интенсивно потекли две струи слез. Джин, ощутив боль от воздействия тока, прилег на заранее приготовленные резиновые сапоги, при этом приподняв ноги ступнями вверх, и согнув их в коленях. Волк резко захватил Джина за запястье обеими руками и с усилием потащил на себя. Джин пузом практически на резиновых сапогах прокатился вперед, коснувшись ступнями проволоки.

В этот момент по лесу вдруг пронесся оглушительный, резкий крик, затем сменившиеся тихими стонами. Джин закусил от боли свою ладонь, все еще продолжая отчаянно стонать. Заплаканную Изабеллу освободили, она на четвереньках, при этом буквально пропахивая своим телом себе дорожку в сырой почерневшей листве, проползла к Джину, лежащему на спине и закусывающему свою же ладонь до крови.

Стоя на коленях, Белла торопливо сняла его обувь и попыталась хотя бы на глаз оценить ущерб. Ступни мужчины оказались бордово – красные. Девушка с грустью взглянула на это зрелище и заплакала, вытаращив глаза на нелицеприятное зрелище. В следующую секунду она прижала мужчину к себе, обессилено упав на него, и отчаянно выпалила:

– Мы возвращаемся!

– Тихо, – слишком спокойным голосом шикнул Волк, присев перед парочкой на корточки. – Ничего страшного, здесь есть отличный доктор. На болоте живет. Нам нужно добраться до него, и он все это вылечит.

Джин разомкнул свои челюсти и освободил ладонь, оставив на ней отпечатки своих зубов и кровоподтеки, затем, знатно посерьезнев, хрипло скомандовал:

– Белла, прекрати уже плакать. Пути назад уже нет. Я сейчас встану и мы пойдем.

Девушка, стараясь потише всхлипывать, поднялась и стоя на коленях, присела назад, на свои ноги, пока Джин вполне бодро присел и одел обувь обратно на покалеченные ноги. Она раскрасневшимися глазами взирала на то, как ее возлюбленный с немалыми усилиями воспроизводил это действия, только слегка лицом скривившись от сильной боли. Волк сидел возле них, прямо на сырой земле с той же маской равнодушия и серьезности. Мухомор неподалеку с оружием наперевес осматривал территорию вокруг них.

– Итак, поступаем так, – твердо рассуждал их проводник, холодно и непоколебимо уставившись на них. – Твои ожоги поверхностные. Я не раз видел и намного хуже, но тебе необходима медицинская помощь, поэтому мы сейчас идет к бару. Там много людей, которых можно нанять, чтоб помогли добраться до болотного доктора.

– А к отцу когда? – робко поинтересовалась Изабелла, совсем прекратив лить слезы. – У него много людей…

– Это надо идти в глубину зоны, – спокойно перебил ее Волк. – И мы не знаем, как он отреагирует на вдруг, появившуюся на пороге дочь.

– Я взяла с собой документы… – ненавязчиво вклинила Беллу фразу.

– Баба, – пренебрежительно усмехнулся проводник, и опасливо вглядевшись в чащу леса, хмуро дополнил: – В зоне нет родственников. Твой отец часть зоны, она его мать, дочь и друг. Запомни, женщина, отныне все живые и дышавшие здесь враги.

Джин тем временем попытался встать на ноги. Оперевшись на дерево, он сначала наступил одну ногу, затем на вторую. Белла с сочувствием проследила, как тот дышал при этом, с надрывом, всеми силами стараясь подавить очередной стон. Его лицо все искажалось от боли, но он старался не показать, что эти мучения были невыносимые.

– Терпимо, – тихо выдохнул Джин.

Тем временем Волк сосредоточенно порылся в рюкзаке и, выудив на свет блистер таблеток, поднялся и одну отсоединив, протянул Джину.

– Выпей антибиотик на всякий случай, – велел тот холодно, затем снова порывшись в своем объемном рюкзаке и выудив оттуда бутылку воды, вручил ее Джину, чтоб тот запил лекарства. – Снимай штаны и обнажай мне ляжку. Я тебе обесбол вколю, и мы направляемся в путь. До заката нам нужно добраться до болотного доктора.

Все вдруг засуетились. Белла поднялась на ноги, полностью приходя в чувства и осознавая, что теперь ее слезы только усугубляют ситуацию и ей лучше тратить свои силы на более важные вещи. Джин охотно приспустил штаны, Волк всадил ему укол обезболивающего и тот стал торопливо их напяливать обратно. Мухомор вернулся к ним, мрачно осмотрел всех присутствующих. Этот коренастый, черноволосый мужчина отличался низкими кустистыми бровями, суровым, пронзительным взглядом и сероватой, замученной временем и погодными условиями кожей лица. Ему было точно больше сорока, и за все времяпровождения с ними он почти не проронил и слова.

Этим занимался Волк, он был намного моложе Мухомора. На вид тому было не больше тридцати. Он чаще занимался переговорами и вообще всеми взаимодействиями с ними. С немногословным и странным Мухомором ей тоже уже пришлось вдоволь по взаимодействовать, когда он учил их стрелять. Пока Изабелла не поколдовала над собой, тот одарил ее не единожды пренебрежительным и самым презрительным взглядом в ее жизни. Она уже давно уяснила, что с ними бесполезно разговорить по поводу их сексистского отношения к ней. Довольно скоро Белла предпочла просто пропускать их комментарии мимо ушей, полностью удостоверившись, что они решились любых симпатий, либо уважения к противоположному полу. Эти обычные человеческие чувства вытеснило усиленное выживания в сложных условиях.