Анастасия Полянина – Грешная (страница 5)

Я сжимаю челюсть, лишь на мгновенье представив какая театральщина меня ожидает в связи с амбициозными планами супруга. Не то чтобы это было для меня чем-то непривычным, но наши «постановочные» отношения с Сашей порядком выматывают меня и мою нервную систему. Это как всю жизнь проживать на Северном полюсе, в промозглом холоде, и лишь изредка выбираться в жаркие тропики – акклиматизации не избежать.

– Я вас поняла, – твердо заявляю, – Я уже давно потеряла чувствительность к изменам Саши и саботировать его возможную политическую карьеру не собираюсь.

Довольная улыбка овладевает лицом Каримова после моего заверения.

– Значит, мы друг друга услышали и поняли, – резюмирует он.

В столовую возвращается Александр. Он выглядит немного сердитым, но быстро берет свои эмоции под контроль. Я решаю покинуть их компанию, сославшись на необходимость позвонить няне и справиться об их с Леей делах. На мою удачу, никто из мужчин не останавливает меня. А потом они и сами удаляются в кабинет мужа, чтобы вести свои деловые разговоры наедине за раскуриванием сигар.

Поздним вечером, уже будучи в кровати с Сашей, я не могу уснуть и просто лежу, пялясь в потолок. В голове моей все крутится разговор с Каримовым. Вроде бы ничего особенно подозрительного сказано не было, но осадок какой-то мутный на душе. Муж тоже не спит. Он, по своему обыкновению, лежит ко мне спиной и под отдельным одеялом.

– Как тебе Айдар Фаизович? – вдруг спрашивает Саша, перевернувшись на другой бок.

– А что с ним? Обычный важный мужик, – отвечаю будто бы равнодушно.

– Это не просто важный мужик, Стелла, а мой благодетель.

– Неужто безвозмездная помощь? – уточняю я в надежде получить больше информации от мужа.

– Ну нет, конечно, – вздыхает Саша, – Услуга за услугу, так сказать.

– И что за услуга такая? – мое любопытство растет.

– Просто услуга, Стелла. Тебя это волновать не должно, – слышу в голосе Александра нотки раздражения.

Мне требуется сделать один глубокий вдох, прежде чем продолжить.

– Саш?

– Что?

– Ты ведь не связался с преступностью? – мое сердце начинает колотиться как сумасшедшее, когда я озвучиваю свой главный вопрос.

Муж цокает языком и закатывает глаза.

– Не говори ерунду, Стелла. Конечно, нет, – и он снова отворачивается от меня, тем самым показывая, что разговор окончен.

Почему-то его слова не вселяют в меня веру. Какие-то нехорошие мысли царапают мой мозг – это необъяснимое чувство, ползущее прямо под моей кожей. Не желая разбираться в природе этого ощущения, я гоню его прочь и пока не позволяю моим страхам и опасениям выйти на поверхность.

– Спокойной ночи, – говорю я и тоже отворачиваюсь от мужа.

– Спокойной ночи, Стелла.

Несколько лет назад

Получив мое прощение за неверность, Александр в корне поменял свое отношение ко мне. Он прямо на руках меня носил, одаривая своим безграничным вниманием. Но каждый раз, ложась с ним в постель и принимая его ласки, я мысленно представляла, что вот так же он целовал и касался другой женщины, так же постанывал, погружаясь в нее… Это не давало мне ни малейшего шанса получить разрядку. Я гнала метафорической поганой метлой эти гнетущие мысли из своей головы, но они возвращались каждый раз в более ярких красках. Мне пришлось научиться имитировать оргазм так искусно, что Саша оставался доволен собой и своим мастерством. Я тешила его эго и одновременно с этим вгоняла саму себя в состояние хронической неудовлетворенности.

«Давай родим ребенка, – предложил как-то за завтраком муж, – Мне не терпится увидеть тебя беременной моим сыном или дочерью, Стелла».

Его идея отозвалась трепетом в моей душе. Я сама страстно желала стать матерью и верила, что малыш только укрепит нашу связь с Сашей.

«Да, тоже хотела тебе предложить это, но не была уверена, что ты готов к родительству», – улыбнулась я.

«Вот и прекрасно! Сегодня же начнем попытки!» – воодушевившись, провозгласил муж.

Но желанная беременность у меня не наступила ни через месяц, ни через год, ни через два… Первый год Саша очень кропотливо пыхтел надо мной, вливал в меня свое семя, но мои месячные приходили как по часам. Обследовавшись вдоль и поперек, мы получили заключение о полной боеготовности наших репродуктивных систем.

Муж просто маниакально был зациклен на продолжении рода. Он «злоупотреблял» моим телом и стал вести себя в сексе как машина, которая работает только ради одной цели – оплодотворить меня.

На середине третьего года безуспешных попыток зачать ребенка, у меня начала развиваться форменная депрессия. А однажды, в порыве отчаяния, Саша назвал меня «неполноценной и дисфункциональной женщиной, не способной справиться с единственной задачей, которую поставила перед ней мать-природа». Хотя он был прекрасно осведомлен о том, что я находилась под неусыпным контролем у гинеколога и никаких препятствий для зачатия со стороны моего организма не имелось. Ровно как и у него самого. Такой вот он, неясный генез.

ГЛАВА 4

– До сих пор не понимаю, как ты уговорила меня пойти в ночной клуб, да еще и вот в ЭТОМ! – я стреляю возмущенным взглядом в Киру и обвожу рукой свою фигуру, стоя перед большим напольным зеркалом в своей гардеробной, – Мне кажется, что я выгляжу как проститутка!

Подруга цокает, поднимается с банкетки, на которой до этого сидела, вальяжно потягивая мартини из коктейльной рюмки, и встает позади меня. Ее «лук» тоже, на мой взгляд, весьма раскрепощенный – белый кружевной кроп-топ, узкие темно-синие джинсы с высокой посадкой и туфли на запредельно огромных каблуках, в которых она так виртуозно порхает, словно уже родилась так.

– Стелла, у тебя просто потрясное тело, а ты прячешь его за своими скучными, консервативными одеяниями, – убеждает меня Кира, – Позволь себе хоть иногда выглядеть горячо! – она дотрагивается до моей руки указательным пальцем и делает вид, будто обожглась. Я смеюсь над ее дурачеством и слегка отталкиваю от себя.

– Жена чиновника не должна выглядеть горячо. Она должна выглядеть солидно, – поучаю я.

– Ну да, ну да… – говорит Кира со скучающим видом, – Твой чиновник, наверное, педантично поправляет галстук, когда какая-нибудь шлюха стоит перед ним на коленях и отсасывает ему…

– Прекрати… – недавняя улыбка увядает на моем лице. Я хмурюсь и кошусь на дверь, соединяющую гардеробную и нашу с мужем спальню.

– Прости-прости, Стелла! – подруга раскаянно улыбается мне, а следом заключает меня в медвежьи объятья и звонко чмокает в щеку, – Но это платье действительно гарантирует всем мужикам в клубе яростный стояк!

– О, Господи… – я только закатываю глаза на ее грубые речи и вновь начинаю разглядывать свое отражение в зеркале.

На мне и вправду преступно-сексуальный наряд: облегающее платье-футляр длиной миди из черной эко-кожи с совершенно нескромным разрезом на груди, идущим от горловины «под шею» до пупка, и открытой спиной, а также туфли-лодочки на высокой шпильке (не такой высокой, как у Киры, но для меня и это подвиг – взгромоздиться на такие каблуки). Подруга уложила мои волосы в два тугих жгута, переплетенных друг с другом, и сделала мне дымчатый макияж. Спору нет, образ «роковухи» идеален: платье соблазнительно обтягивает мои изгибы и открывает достаточно обнаженной, смуглой кожи, чтобы смутить кого угодно, но оставить пространство для воображения.

Кира подходит к полкам с сумками и какое-то время рассматривает их. Схватив миниатюрную сумочку-конверт контрастного алого цвета, она бросает ее мне.

– Вот теперь ты готова к охоте, тигрица! – щебечет моя подруга и игриво подмигивает.

Перед выходом из дома я заглядываю в детскую комнату, чтобы попрощаться с дочерью и мужем. Саша на пару секунд задерживает мрачный взгляд на мне, но быстро отводит его в пренебрежительной манере.

– Когда вернешься ночью, постарайся не шуметь, – шепотом наставляет он, – Я не хочу, чтобы Лея проснулась.

Смотрю на свою дочь, которая, очевидно, только что задремала. Ее длинные ресницы покоятся на скулах, веки трепещут, а губки сложены домиком. Я на носочках подхожу к ее кровати и аккуратно, чтобы не растревожить, целую Лею в лоб. Она негромко кряхтит во сне и переворачивается на другой бок, запутываясь в теплом одеяле. От нее так приятно пахнет, что мне хочется улечься рядом, прижать ее к себе и до самого утра вдыхать этот сладкий детский аромат.

– Ну все, хватит, – поторапливает Саша, – Пусть принцесса спит.

Он встает с края кровати Леи, и мы молча выходим из ее комнаты.

Кира ждет меня в прихожей, уже полностью готовая к выходу и вертящая в руках свой навороченный смартфон последней модели. Она успела накинуть сверху объемный пиджак цвета фуксии, а на предплечье висит ее любимый клатч из лакированной черной кожи на короткой золотистой цепочке.

– До свидания, Александр, – прощается Кира с моим мужем, который уже плюхнулся на диван в гостиной и нацелился пультом на телевизор.

– Пока, – вторю подруге, – Если что, я на связи…

Саша только безмолвно машет рукой.

Удрученно вздохнув, я подхватываю свое летнее пальто и сумочку, и мы выходим из квартиры.

Несколько лет назад

Чудо случилось как-то под Новый год. Увидев заветные две полоски на тесте, я не могла поверить своим глазам. Мое сердце раздувалось от счастья! Мне хотелось обнять весь мир! Слезы застилали мои глаза, когда я преподнесла эту новость мужу. Мне никогда не забыть, как округлились его зрачки, а потом он зажмурился и затряс головой, словно не веря услышанному. Саша подхватил меня на руки и закружил по всей комнате, в процессе покрывая мое мокрое от слез радости лицо поцелуями.