Анастасия Полякова – 39 Глав моей жизни, или Девочка по имени Полли (страница 13)
Общение – один из неотъемлемых элементов периода взросления и становления личности. Ребенок, которому всего несколько месяцев отроду, уже пытается донести окружающим свои желания или тревогу посредством простеньких звуков, плача или смеха. Спустя время он обретает речь и абстрактное мышление, эти атрибуты выводят коммуникацию на новый уровень. С годами круг контактов человека ширится и разделяется: к привычным уже близким родственникам добавляются сверстники.
Родители создают для нас первичные образцы поведения. Общение ребенка с ними касается не только бытовых нюансов, но закладывает уровень морали и скрытые глубоко в разуме руководства к действиям в будущем. Остается незыблемый образ – родитель – тот, кто всегда на твоей стороне.
Многим со стороны может показаться, что подростки, в отличие от взрослых, зачастую обмениваются малозначащей информацией: обсуждают друг друга, мелкие события, комментируют действия, дают оценки, строят планы. Удивительно, но вся эта примитивная на взгляд зрелого человека коммуникация мало чем отличается от его собственного поведения: действия те же, разница лишь в окружении. Ко всему прочему в подростковом лабиринте общения, состоящем из приветствий, шуток, сплетней, скрывается сложнейшая система, которая выстраивает иерархию маленького общества и дает возможность каждому на социальную самореализацию. Вследствие разницы в качестве получаемой информации, для гармоничного развития психики ребенка необходима золотая середина в общении с родителями и с другими детьми. Однако в редких случаях сохранение идеального баланса возможно: когда ребенка отторгают сверстники, укрепляется его связь с родителями, и наоборот – когда близкие обделяют его вниманием, или семья неблагополучна, ребенок найдет зону комфорта среди равных себе. Мы можем долго спорить о том, какой из вариантов станет полезнее, приводя десятки доводов, каждый из которых станет верным, однако истина заключена в том, что необходимо всеми силами избегать возможности утери одной из сторон общения для подростка. Не секрет, что если ребенок лишен контакта со сверстниками и постоянно находится под непомерной опекой, то с годами он, боящийся решить что-либо без одобрения взрослых, будет попросту раздавлен окружающим миром. Также и в случае, когда родители максимально отстраняются от подростка, его воспитанием займется улица.
Было бы неправдой сказать, что я вовсе не проводила время со сверстниками. Подтверждением тому могут служить бесконечные игры в футбол с дворовыми мальчишками, или то, как без телефона мы исхитрялись найти друг друга и, собравшись большой компанией, придумать развлечение на вечер. Но, откровенно говоря, в период взросления общество детей, равных мне по возрасту, с каждым годом интересовало меня все меньше. В то время как мои одноклассники и приятели проводили беззаботную юность: крутили первые романы, пробовали сигареты и алкоголь за углом школы, заводили новую дружбу или же теряли старую, я неосознанно стремилась контактировать с людьми старшего возраста. Ими были друзья и приятели матери и отца, бабушки и дедушки, их коллеги по работе, соседи по дому, даже нравившиеся мальчики в школе переходили в одиннадцатый класс, в то время как я оканчивала пятый. Можно предположить, что одной из причин этого стало огромное количество внимания, что дарили близкие. Его было так много, что, заполнив собой все пространство, оно не оставляло места для сверстников. Вторая же причина, более явная, заключалась в инстинктивном желании получить бесценный опыт, который таили в себе рассказы взрослых. Прекрасно помню, как сидела за столом, запивая печенье чаем или молоком, и с интересом вслушивалась в диалоги старших, переводя большие глаза с одного человека на другого. Не хотелось пропустить ни единой фразы, ведь их размышления всегда казались обоснованными, а суждения трезвыми.
Некоторым подобное поведение ребенка может показаться необычным, тем не менее полагаю, что общение со старшими несло больше положительных черт, нежели отрицательных. Безусловно, мое детство пронеслось слишком быстро, и в нем осталось слишком мало воспоминаний о ребяческих играх, но общение с людьми, разница в возрасте с которыми была немалой, уберегло от сотен ошибок, что я могла совершить на протяжении жизни. Знания и мудрость этих людей помогли обрести опыт, не расплачиваясь за совершенные ошибки, а избегая их. Контакт со старшими сформировал во мне особый стиль мышления и восприятия, назову его «почерком разума». Без лишней скромности можно заявить, что уровень моего развития выделялся на фоне общего уровня сверстников и в немалой степени превышал его. И, будто стараясь поспеть за разумом, ускоренно развивалось тело.
Общение – это не просто способ передачи информации от человека к человеку и инструмент становления личности, помимо прочего – это навык, который следует оттачивать ежедневно год за годом. И как каждый личный навык оно обладает собственным индивидуальным стилем, который, в свою очередь, зависит от окружения. Уверяю, что среди тысяч людей, повстречавшихся в вашей судьбе, вы с легкостью найдете тех, кто соответствует вам по уровню, близок по духу. А теперь расскажите сами себе о своем круге общения и задайте вопрос: Не тянет ли меня кто-либо на дно?»
На созидание личности в немалой степени влияет также опыт, который ребенок получает от взаимодействия с людьми и нормами общественной морали. Формирующаяся индивидуальность регулярно проверяет окружение на прочность: перечит родителям либо совершает шалость. Не следует пугаться такого поведения, ведь это способ познания мира. Однако помните, что спуская чаду с рук с каждым разом все больше, вы проявляете вовсе не любовь, а собственную слабость. Ограничения также дают опыт.
Без тени сомнения могу сказать, что ребенком я росла трудным: эдакая «девочка по имени Хочу», желания которой не могли быть не выполнены. Каждый каприз продавливал терпение близких миллиметр за миллиметром. Окружающим было проще исполнить желание маленькой девочки, чем часами выслушивать нытье. Такое отношение привело к тому, что ребенок стал некой доминантой в семье, словно солнце, вокруг которого обращаются планеты. Вкупе с мышлением, возросшем на общении с более старшими людьми, эта особенность воспитала во мне эгоистичные наклонности, упрямство и тягу к независимости. «Дурные черты», – скажете вы. Спорить не стану, ведь у меня собственное мнение, да и черты эти не раз выручали в трудную минуту.
Глава 12
Задумайтесь и попробуйте представить ежедневный круг общения среднестатистического ребенка. Центральное место этого круга занимают обычно родители, бабушки и дедушки, оставшаяся часть заполняется друзьями и приятелями – сверстниками. В юном возрасте общение с ровесниками казалось мне пустым в отличие от времени, проведенного со старшими людьми, которые всегда могли научить чему-то новому. По прошествии лет, мне стало понятно неосознанное желание ребенка находиться рядом с теми, чей возраст будто бы совершенно не позволял общаться на равных. Объяснение это укладывается в лаконичную фразу: «Мы окружаем себя людьми, с которыми чувствуем себя комфортно». Ну, а возраст – это всего лишь цифра, которая зачастую не отражает духовной и интеллектуальной наполненности человека, не так ли?
Исключительное место в круге общения маленькой Полли занимал дедушка. Не просто дедушка, а крестный отец, наставник и друг в едином лице, который словно по наитию понимал желания и эмоции ребенка. Вам может показаться невероятным, что умудренный годами человек мог искренне разделять детские интересы. Но именно таким может быть поведение того, кто, окунувшись в домашний уют и смех любимой внучки, проживал чувства, которых когда-то не получил вдоволь. Наши игры заполняли собой, будто теплыми волнами, пустоту в его сердце, образовавшуюся давным-давно, когда годы послевоенных лишений забрали детство у маленького Вити, заставив слишком быстро повзрослеть.
Я думаю, что жизнь и смерть – это вспышка. А из чего со-стоит эта вспышка? Из воспоминаний.
Помню ласковое солнце, играющее во всплесках воды на поверхности озера Гальве, шелковой лентой темно-синего цвета опоясывающего Тракайский замок. Если окинуть это озеро взглядом с высоты птичьего полета, то вы увидите самое невероятное смешение синих, зеленых и желтых оттенков, словно некий художник создал огромный причудливый узор, написанный водной гладью, затейливо врезающийся в прибрежную зелень. Босые ножки оставляют миниатюрные следы на мокром песке, и каждый шаг приближает меня к дедушке, с улыбкой на лице ожидающего меня в воде. Брызги, словно неугомонные капли света, разлетаются в стороны – мудрый наставник учит внучку плавать и не бояться воды, пока в смешных желтых нарукавниках я совершаю первые неловкие попытки плыть самой, которые с каждой минутой становятся все увереннее. Мы резвимся часами до тех пор, пока тело не начинает изнывать от усталости: пора на берег, на разогретый песок, чьи песчинки ревниво прилипнут к мокрой коже. Воспоминание сменяется, и уже слышится скрип весел, и мерные всплески – сильные руки Вити, совершая очередной гребок, заставляют деревянную лодку, выкрашенную в молочно-белый оттенок, скользить меж игривых волн озера. Лучи полуденного солнца ласково касаются плеч, пока я, расположившись на жестком сидении, рассматриваю изумрудные кораблики опавших листьев, которые покоятся на поверхности воды. Бабушка читает книгу, скорее всего какой-нибудь детектив, ведь она их так любит, что, кажется, будто она прочла их все. Но я точно знаю, что пока ее взгляд пробегает по очередной печатной строке, заботливое внимание ее ни на секунду не покидает девочку, что сидит рядом.