Анастасия Пименова – Спасение (страница 2)

Мне больно видеть его таким, хочется помочь, но не буду этого делать. Так он ничему не научится и не усвоит урок.

Я наблюдаю за неудачными попытками Тоби подняться по лестнице. Несколько раз он падает, но продолжает вставать и через пять минут скрывается из вида.

– Не знала, что ты бываешь жестокой, – произносит Люси, чудно выговаривая букву «ж».

– Это не жестокость, Люси. Таким способом Тоби научится думать прежде, чем что-то говорить.

Девочка задумчиво кивает для своих семи лет, а после улыбается и спрашивает:

– Почитаешь нам?

Тут же поднимается одобрительный шум среди других детей, которые моментально окружают меня, рассаживаясь рядом.

Тобиас почти самый старший среди всех, не считая Джареда. Ему тринадцать, но даже он садится неподалеку, чтобы послушать очередную историю.

Митч, ещё один мальчик с русыми волосами и светло-голубыми глазами, приносит новую книгу, так как предыдущую я дочитала им вчера.

– Хорошо, хорошо, но только сегодня недолго, – объявляю для всех и забираю у Митча книгу. – Так, что это у нас… Путешествие на край земли. Отличное начало, не считаете?

Я замечаю улыбки на детских лицах и открываю первую главу, приступая к чтению.

Мне всегда нравилось именно читать, даже когда я ещё была ребенком. Я забирала книгу из рук мамы, и сама погружалась в сюжет, листая одну страницу за другой.

Сейчас я всё больше погружаюсь в выдуманный мир, отключаюсь от реальности. Страницы, наполненные яркими образами и звуками, словно волшебный портал, уносят меня в неизведанные дали. Каждое слово – это ключ к замкам, которые прячут тайны и приключения, не имеющие границ.

Отвлекаюсь лишь, когда слышу ругательство брата, спускающегося по лестнице. Мои губы дрожат в подобие улыбки, но я сдерживаюсь и продолжаю читать дальше, краем глаза замечая, что Тоби тоже размещается неподалеку.

Спустя час или чуть больше я заканчиваю, загибая страницу и отдавая книгу обратно Митчу.

– Ну, нет! Мало, Эйви! – произносят дети со всех сторон. – Да, мы хотим ещё.

– Зайду к вам перед отбоем, поэтому пока на сегодня хватит.

Дети кивают и разбегаются, занявшись своими делами, а я подхожу к Тоби и присаживаюсь на корточки.

– Ну, что поговорил?

– Нет. Она сказала, что не откроет мне дверь и видеть меня не желает.

– Значит, попробуй позже.

– Почему с вами девчонками так тяжело? Почему вы всегда всё усложняете?

– Извини? – я выгибаю одну из бровей. – Потому что вы, парни, иногда ведете себя… очень некрасиво.

– Жаль здесь нет Эллиота. Он бы понял меня.

– Я пойду, Тоби. Но уверяю, что в данной ситуации Эллиот встал бы на мою сторону, поэтому позже пробуй ещё раз. Договорились?

– Да. Можно мне яичницу?

– Ешь, – я закатываю глаза, но разрешаю, потому что вроде бы брат понял свой небольшой косяк.

Я зову Мики, чтобы она закрыла за мной дверь, и покидаю этот дом. В большинстве случаев они не закрываются, иногда только ночью, потому что в Анклаве никто не проникает друг к другу без предупреждения. Вообще, как я поняла, здесь довольно безопасно.

Следующие два часа я готовлю на всех обед из тех продуктов, что нахожу на кухне. Не скажу, что мне не нравится данная работа, но… она менее интересная, чем та, которая была в Архейнхоле. Мне больше нравилось взаимодействовать с животными и убирать за ними, чем за людьми, как бы странно это не звучало.

Глава 2

Уже к вечеру возвращается Зарина и другие женщины, кроме Макс и Рэйны. Девушки иногда могут вообще не ночевать здесь, и это нормальная для них практика.

Я замечаю синяк и кровоподтек под глазом Зарины и вскакиваю с дивана, на котором читала очередную книгу, но уже про себя, а не вслух.

– Что случилось?!

– Да так… пустяк, – отзывается она, когда я подхожу к ней.

– Это пустяк? Или это считается нормой в Анклаве?

– Нет. Просто… некоторые приезжие ликторы, которые, повторюсь, здесь проездом… считают себя правыми во всем, в том числе, какое оружие им лучше подойдет. Возникают споры, заканчивающиеся дракой.

– Ты подралась с ликтором?!

– Нет. Я вмешалась в драку одного ликтора с другим и случайно получила в глаз, – Зарина пальцем указывает на свое лицо, – дай мне лёд, Эйви.

Отхожу за льдом и возвращаюсь уже с ним, отдавая Зарине.

– Выглядит не очень.

– Знаю, но дней через десять пройдет. Для себя я уяснила, что лучше не вмешиваться в мужские разборки.

Я морщусь, будто чувствую её боль, когда женщина прикладывает лёд к своему глазу.

– Ходила сегодня к детям?

– Конечно.

– И как они там?

– Как обычно. Просили меня читать, теперь думаю, как сбежать вечером от них, – усмехаюсь, вспоминая, что в прошлый раз они задержали меня на час.

– Моей дочери нравится, как ты читаешь. Наверное, я тоже пойду сегодня с тобой. Послушаю.

– Хорошо.

Я собираю всю грязную одежду и закидываю в несколько тазов, чтобы завтра утром отправить всё это стираться. Прачечная находится в нескольких домах отсюда и мне нравится туда ходить. Так как Зейн просил меня не попадаться на глаза Ашеру, то я стараюсь практически не ходить в центр, только по необходимости. Ну или, как в том случае, когда хотела вернуть кафоликон.

Уже через пару часов мы с Зариной заходим в дом детей, и я сажусь посередине, замечая, что и Аманда в этот раз присоединяется к нам, которая всё время кидает гневные взгляды в сторону моего брата. А Тоби лишь хмурится в ответ. Кажется, эти двое действительно не любят друг друга.

Я замечаю, как Люси, сидя на коленках у Зарины, несколько раз отрывает взгляд от текста. Замечаю, как некоторые из детей слушают меня с открытыми ртами.

Мне нравится эта обстановка, она такая… домашняя и уютная. Каждый уголок наполнен теплым светом, который мягко обнимает пространство, создавая ощущение покоя и безопасности. Это место, где время останавливается, позволяя душе найти покой и гармонию.

Мы проводим здесь время до начала двенадцатого ночи, и многие уже перестают сдерживать зевки, поэтому прощаемся вместе с Зариной со всеми и выходим из дома, чтобы вдохнуть полной грудью ночную прохладу.

– Так спокойно, – произношу я, – и почти тихо.

– Да. Жаль, что так бывает не всегда.

Медленным шагом мы с женщиной направляемся в сторону дома.

– Что ты имеешь в виду? Пожирателей?

– Да. Они иногда совершают набеги, заставляя обычных детей дрожать и прятаться по углам.

Среди всех мальчиков, которые живут в том доме, нет ни одного годного в ликторы. Оказывается, в ликторы берут не просто сирот, но и тех, кто должен подходить по многим показателям. Не только быть полностью здоров, но и ещё факторы, о которых мне неизвестно.

Ранее я делилась с Зариной тем, что была очень удивлена, узнав о том, что на базе ликторов живут не только ликторы.

Женщина объяснила, что их учат всему связанному с выживанием. И как оказать медицинскую помощь, и как приготовить еду, и стрелять, и драться, и этот список можно продолжать ещё очень долго. Но даже им нужен отдых, место, где эти обязанности может выполнять кто-то другой. Поэтому на базе ликторов и есть обычные люди, например, доктора, те, кто готовит им еду и убирает за ними, есть обычные военные, следящие за порядком на территории базы, и, конечно, есть женщины, которые помогают ликторам снимать усталость. Женщин, как я заметила ранее, действительно немного. И их, как объяснила Зарина, держат только для снятия той самой усталости. Лишь немногим женщинам здесь что-то доверяют. Например, Зарине отвечать за оружие. Грете, той, что встречала нас на входе, когда мы с Зейном въезжали, дают возможность выбираться периодически вместе с каким-нибудь отрядом за пределы базы, но для этого нужна хорошая физическая подготовка. Она не одна такая, есть ещё три женщины, насколько мне известно. Оставшиеся работают в мед блоке помощницами докторов.

– Вы уверены, что хотите отправиться во Фрейзхол, Эйви?

– Да.

– Путь неблизкий. Я бы не решилась, не только из-за Люси, но и одна туда не отправилась бы. Слишком много… плохого на пути. В том числе и люди.

– Знаю, Зарина, – киваю я, – все, кого мы встречали с Тоби до этого… все люди желали лишь одного. Убить нас в конечном счете.