Анастасия Пименова – Параллакс (страница 18)
Следует шумный и горячий выдох, который вызывает волну очередных мурашек. Далее он скользит губами вдоль трахеи к подбородку, по линии челюсти, опять возвращаясь ко рту, к единственному, пока доступному месту.
Я улавливаю его ритмичное сердцебиение и тяжелое, сбитое дыхание.
Мне хочется... хочется избавиться от одежды, которая является сейчас единственной преградой между нами. Но я сдерживаюсь. Точнее, отвлекаюсь. Мои руки бесцельно блуждают по его напряженным мышцам спины.
Кейн отстраняется, но лишь для того, чтобы хриплым шепотом произнести:
- Чертовы правила. Но... радует, что нам ещё недолго мучиться.
Прикусываю губу, улыбаясь.
- Уже утром мы официально станем мужем и женой, да? Ждешь этого?
- Ты не представляешь как.
- О, поверь, представляю, - опускаю взгляд вниз, где он прижимается своим членом к моему лону.
Из его груди вырывается тихий смех.
Я невольно улыбаюсь.
Каждый раз одно и то же.
Стоит оказаться рядом с ним, как становится легче дышать, будто само его присутствие умеет приглушать шум в голове, который не замолкает уже столько лет.
До свадьбы нам нельзя не только становиться мужем и женой в полном смысле этого слова, но и ночевать в одной комнате запрещено. Старые традиции давно казались пережитком прошлого, особенно теперь, когда мир вокруг давно изменился, технологии ушли далеко вперед, а многие древние обычаи остались лишь строками в семейных архивах.
Кроме одного. Того самого пункта в договоре, который много лет назад подписали наши отцы.
Тогда они решили всё за нас. Что однажды я стану Морроу, что однажды именно Кейн станет моим мужем. И среди десятков юридических формулировок существовало условие, что до дня церемонии никаких совместных ночей.
Если бы кто-нибудь узнал, что сейчас я лежу здесь, прижавшись к нему, разразился бы настоящий скандал.
Наверное.
Только мне уже давно стало всё равно.
Иногда кошмары приходят настолько отчётливо, что после пробуждения ещё несколько минут не получается отделить сон от реальности. В такие ночи я почти не думаю. Просто босиком выхожу из своей комнаты, прохожу по тихим коридорам и оказываюсь у двери Кейна. Это вошло в привычку... наверное, с детства.
Он никогда не спрашивает, почему, и не говорит, что уже поздно, вместо этого открывает дверь.
Рядом с ним кошмары обычно отступают. Почти всегда. Только сегодня… Сегодня они, кажется, решили задержаться значительно дольше.
Я медленно придвигаюсь ближе и утыкаюсь носом ему в грудь, слыша размеренное биение его сердца.
Закрываю глаза.
- Знаешь… - произношу едва слышно. - Мне кажется, я смогла бы пролежать так целую вечность.
Ладонь Кейна неторопливо проводит по моей спине, успокаивая самим этим движением.
- Вечности у нас нет, - поднимаю голову из-за данных слов. - Но у нас есть эта жизнь.
Жизнь действительно не вечна. Она может закончиться слишком рано. Может измениться за один день или за один неосторожный шаг. Возможно, именно поэтому каждое такое мгновение приобретает какую-то особую ценность.
Я невольно улыбаюсь и вновь устраиваюсь у него на груди, позволяя себе наконец расслабиться.
За окном медленно проплывает луна, серебряным светом рисуя на полу длинные полосы, а в комнате стоит такая тишина, что кажется, будто весь остальной мир на несколько минут перестал существовать. Только его дыхание, размеренный стук сердца и ощущение, что именно здесь мне почему-то легче, чем где бы то ни было.
Утром, когда просыпаюсь, Кейна уже нет, но я не расстраиваюсь по этому поводу, потому что мы все равно с ним скоро увидимся.
Я ухожу к себе, используя кольцо для перемещений. Правда, моя комната оказывается не пустой.
- Серьезно? - спрашивает Андер, когда я делаю шаг в сторону.
- Хотела задать тебе точно такой же вопрос. Серьезно, Андер? Что ты делаешь с утра пораньше у меня в комнате?
- А что делала ты с утра пораньше у моего брата в комнате? - я сбиваюсь с шага и прищуриваюсь, замечая то, как его губы изгибаются. - Вернее...
Поджимаю губы и в мгновение ока подлетаю к нему, чтобы потянуть за руку и заставить встать с моей кровати.
- Давай. Вставай и уходи отсюда! Мне ещё собираться надо.
- Я и пришел для этого.
- Что? - резко останавливаюсь, а Андер слегка наклоняется, все равно смотря на меня сверху вниз, как на какую-нибудь мелкую букашку. Он всегда так смотрит.
- Да, да. Эйрин послала для этого. Сказала, что она задержится, а тебе нужна срочная помощь в таком вопросе...
- И она отправила
- Я удивлен не меньше твоего. Будто я разбираюсь во всех ваших этих женских приблудах, - Андер закатывает глаза, а потом уже более серьезным взглядом смотрит на меня. - Тебе стоит быть осторожнее. Вам с Кейном.
- Уже неважно. Остался всего день.
Андер ведет головой, смотря на меня... тоже как-то
Что с ним сегодня такое? Будто подменили. Да, я меньше, чем за пять минут заметила изменения, потому что когда растешь с человеком бок о бок столько лет, то выучиваешь все его повадки.
- Что не так? - прямо спрашиваю у него.
- Тебе не очень понравятся мои слова, Дэл.
- Ты не можешь быть в этом уверен.
- Могу.
- Попробуй скажи, и узнаем, - теперь я правда хмурюсь сильнее.
Андер молчит семь секунд, поджимая губы, и потом проводит рукой по своим почти такой же длины, как и у Кейна, волосам. Обычно парень так делает, когда действительно о чем-то переживает.
- У меня плохое предчувствие на сегодняшний день.
Губы сами собой приоткрываются. Мне будто наносят удар, который выбивает почву из-под ног, и я делаю неуверенный шаг к нему, когда внутри появляется злость.
- Ты говоришь мне это в день свадьбы, Андер? Не мог выбрать другой день, чтобы довериться своему предчувствию?
- Ты сама спросила. И я предупреждал, что не понравится ответ.
- Конечно! - я взмахиваю руками. - Потому что... Что это вообще такое? С каких пор ты стал прислушиваться к своему чутью? Что за чушь.
- Эй, - Андер хватает меня за руку почти так же, как делал это в детстве - резким движением, - я не хотел тебя обидеть или задеть. Ты права. Не слушай. Иногда... я говорю полную чушь.
Я уже собираюсь снова что-то сказать, как ощущаю движение.
Большой палец Андера медленно проходит по внутренней стороне моего запястья. Одно короткое, почти машинальное движение. Так делают люди, когда пытаются успокоить или убедиться, что человек перед ними действительно стоит рядом. От этого тепло в том месте собирается в одну точку.
Я невольно замолкаю.
Взгляд Андера медленно опускается вниз, на собственные пальцы, всё ещё сжимающие моё запястье.
Я тоже смотрю туда, на контраст наших рук.
Моя ладонь кажется значительно меньше. Его пальцы длиннее и крепче.
В комнате становится настолько тихо, что я слышу собственное дыхание.