Анастасия Пименова – Осколки правды (страница 5)

– Наше поселение было безопасным местом. Теперь его нет. Все не смогли бы выбраться, а если бы даже и смогли, то им не удалось бы найти второе такое место. Слишком много людей.

Да, понимаю, что он прав, но всё равно надеюсь на лучшее.

***

На следующий день, если верить часам, то за мной пришли уже в девять утра. Обычно в это время нам выдают завтрак, но в этот раз вместо подноса с едой в камере оказался военный с оружием.

Он кинул в меня наручники и коротко сказал:

– Надевай.

Я не двинулась с места, поэтому ко мне подошли двое других, которые до этого стояли в дверях и заставили надеть их силой.

– Не троньте её! – крикнул Кристиан и стукнул руками по стене, разделяющей нас.

Меня больно взяли под руки с двух сторон и повели отсюда, а я попыталась сопротивляться, стараясь вырваться. Но что я могу сделать против трех здоровенных и обученных военных без своей силы? Ничего.

– Отпустите меня! – я резко дернулась, надеясь, что кто-нибудь из них оступится.

– Эй!!! – Кристиан стукнул ещё раз, а после его камера стала матовой. Кто-то специально это сделал, чтобы Кристиан не видел меня.

К моменту, как мы подошли к лифту, то перестала сопротивляться, напрасно трачу силы, возможно, они ещё понадобятся мне.

Меня выпроводили на том же этаже, что и вчера.

Уже в коридоре, я увидела, как в инвалидном кресле везут бессознательное тело Картера.

– Что вы с ним сделали?! – прокричала я, когда медсестра с ним стала всё ближе приближаться. – Картер?! Что вы сделали?!

Дернулась, мне даже удалось вдарить одному из военных локтем в солнечное сплетение, за что они почти тут же приставили ко мне электрошокер.

Моё тело пронзило на несколько секунд электрическими разрядами, и я осела на пол, когда Картера провезли мимо меня.

Кажется, только на секунду прикрыла глаза, а открыла их уже, когда оказалась лежащей на кушетке с привязанными руками и ногами.

– Сара, пришла в себя, – заговорил рядом знакомый голос доктора, и увидела, как мужчина появился передо мной через несколько секунд.

Я нахожусь в комнате наподобие той, где держали Картера. Напротив тоже расположено зеркало, через которое за нами наблюдают. Помимо доктора здесь ещё два военных, стоящих возле выхода и медсестра, то есть помощница доктора.

– Что вы сделали с Картером?

– Тебя действительно больше волнует он, чем своя собственная судьба? – кажется, доктор Райт удивился.

– Что с ним? – процедила я, повторяя вопрос.

– Просто без сознания. Он всё равно бесполезен, пока мы проводим дополнительные исследования с его данными. А вот ты… вернее, твоя кровь вновь вернулась к предыдущим показателям. Это печально, нам нужно постараться сделать так, чтобы ген восстановился.

На его губах заиграла та самая улыбка, после которой меня впереди ждала только… боль.

– Что вы собираетесь делать? – прошептала я, облизывая вмиг пересохшие губы.

Мне в вену ввели иглу размером с половину руки, и я неприятно поморщилась.

– Как мы выяснили ранее, то страх очень хорошо провоцирует то, что нам нужно, поэтому ты должна испугаться, Сара. Пока начнем с самого простого и элементарного, – доктор в другую руку ввел мне некую жидкость из шприца, – с галлюцинацией. Помнишь? Мы раньше так делали, но на этот раз я увеличил долю практически в два раза, – лучше бы я не помнила все те случаи. – Конечно, ещё точно неизвестно скажется ли это негативно на конечном результате, но мы проверим.

Я сжала руки в кулаки, понимая, что эта чертова сыворотка начинает действовать.

– Не подведи человечество, Сара, – доктор Райт коснулся рукой моих волос и провел по ним, – покажи достойный результат.

– Вы… больной ублюдок, – шепотом произнесла я, чувствуя, как язык будто немеет, – я ненавижу вас… и когда мне представится возможность, то вы сдохнете…

– Ты не изменилась.

***

Я будто попала в один из снов-воспоминаний, пытаясь заставить себя проснуться, чтобы не видеть этот кошмар. Но у меня всё никак не получалось.

Кажется, я кричала. Много и долго.

Видения были сумбурными, но такими четкими, будто я действительно видела перед глазами Пейтона, который опять обратился в измененного и обвинял в этом меня, после чего пытался убить.

Я видела и измененных, которые пришли за мной, а мой телекинез исчез, как бы я не пыталась его использовать. Их укусы и царапины… это было настолько реально и очень-очень больно.

То, что я открыла с трудом глаза и пришла в себя, тоже поняла не сразу, а только когда почувствовала, как из носа вытекает струйка теплой крови. Дальше моё зрение сфокусировалось, и я заметила беспокойно ходящих людей, среди которых оказался и доктор с полной колбой моей крови. Но не это привлекло моё внимание, а то, что зеркало напротив оказалось треснуто, а мебель, в том числе и браслеты на моих ногах, сломаны.

В ушах шумит, поэтому не сразу, но разбираю:

– … ошейник. Браслет не сдерживает её способность, которая определенно выросла.

Значит, это я здесь всё разгромила.

У меня даже получилось выдать слабую довольную улыбку.

– … однако, ген изменился, но недостаточно. Нужно пробовать другие варианты…

Меня развязали и пересадили в кресло, в котором везли Картера, и тоже куда-то повезли.

Мои глаза то закрывались, то открывались.

– … Сара! – на несколько секунд я увидела, как камера Кристиана вновь стала прозрачной.

Меня завезли внутрь, когда я услышала мат в сторону военных исходящий от мужчины.

Я услышала, как они ушли, а мои глаза вновь закрылись.

– … всё будет хорошо, Сара, – кажется, Кристиан подошел к стене, начав говорить со мной, – мы выберемся отсюда. Я обещаю тебе это. Найдем выход, только держись… Мы выберемся.

Глава 6

Прошла неделя, а у меня до сих пор нет ни единой мысли, как покинуть это место.

Мне кололи ту дрянь, вызывающую галлюцинации, ещё два раза, после каждой дозы организму требовалась два дня на восстановление.

О каком побеге может идти речь, если после этого я даже пластиковую вилку в руках не смогла держать. Вся еда, которая была, падала обратно на тарелку.

После той штуки я спала почти сутки, то приходя в себя, то обратно отключалась.

Кристиана выводили за пределы камеры лишь единожды, а Картера четыре раза, то есть больше всех. Его кровь так и не дала никаких результатов: то есть они не могут объяснить, откуда у него иммунитет к измененным, потому что по всем показателям она совершенно обычная. Также она бесполезна и в других исследованиях, потому что не дает никакой реакции.

Я попыталась встать с постели, чувствуя дрожь в ногах и руках. Не с первого раза, но у меня получилось.

Даже не смотря по сторонам, чувствую на себе взгляды двух человек, которые находятся по разные камеры.

– Если бы я сразу застрелил Фэстэра, то этого всего бы не было, – заметил Картер, когда я подошла к умывальнику, чтобы умыться, и тяжело выдохнула, понимая, что последует за этим.

– Тогда бы мы вообще были мертвы, – отозвался Кристиан.

– Если ты сомневаешься в своих силах и способностях, как и в людях, то не стоит это делать по отношению ко мне, – я услышала, как Картер подошел к стене. Уверена, Кристиан поступил также. Только моя камера отделяет их друг от друга.

– На что ты намекаешь?!

– Я и не намекаю, а прямо говорю, что тебе, Кристиан, стоило пересмотреть свои управленческие навыки, ведь именно из-за твоих двух крыс мы оказались здесь.

– Мои люди хотя бы не действуют у меня за спиной, те, кому я доверяю, – за это время я успела рассказать Кристиану подробности моего пребывания у Картера и то, как именно умер Хит. Картеру это явно не понравилось, что я решила поделиться, он лишь промолчал, но глаза говорили сами за себя.

– Хватит! – перебила я Картера, когда тот уже открыл рот, чтобы ответить Кристиану. – Хватит выводить на агрессию, Картер. То, что мы здесь этого уже никак не исправить, – я отошла от умывальника и на подрагивающих ногах подошла к стене, разделяющей нас, – поэтому прекрати.

– Я уступил тебе уже однажды, милая, и ты видишь, чем это всё обернулось, так что теперь будет по-моему. Даже если тебе не нравится.