Анастасия Пименова – Инерция (страница 18)
Не поддается.
Ладно...
Зубы скрипят, а из меня почти вырывается крик, когда я тяну своеобразное оружие вверх.
Давай же!
Чувствую, как она начинает поддаваться, поэтому дальше прокручиваю её прямо в телах гиен, чтобы сделать пространство внутри свободнее и вновь тяну.
Где-то с шестого раза получается вытащить.
Выдыхаю и зажмуриваюсь на долгие секунды, чтобы переждать очередную волну боли.
Рядом со мной опускается камера, которая была здесь все это время, по всей видимости. Я замечаю ее, когда уже направляюсь в сторону выхода.
Останавливаюсь и трачу почти последние силы на то, чтобы вновь замахнуться и острым концом разбить круглый шарик. Она трескается, падает на землю и чуть коротит, когда я направляюсь дальше.
Что б их всех! Я попала в ловушку. Наступила куда не следует, и меня переместило сюда.
Дневной свет едва ослепляет, когда я выхожу из ангара и в очередной раз выдыхаю, останавливаясь на несколько минут, чтобы осмотреться и понять, что делать дальше.
Каждый последующий вдох проходит сквозь рёбра, задевая что-то острое внутри.
Вокруг раскинулись широкие, неровные поля, местами заросшие жёсткой травой, местами превращённые в грязные проплешины, где земля будто вспахана взрывами или тяжёлой техникой. Тут и там стоят редкие ангары, такие же, как тот, из которого я только что вышла... огромные металлические коробки, ржавые, с проваленными крышами и распахнутыми воротами.
Деревья есть, но их немного, в основном редкие, кривые, словно ветер годами гнул их в одну сторону. А дальше…
Я щурюсь сильнее.
Примерно в миле отсюда, может чуть дальше, поднимается высокая стена. Не старая, не разрушенная, наоборот, ровная правильная. Огромная линия серого бетона тянется вдоль горизонта, и даже отсюда видно металлические конструкции сверху.
Стена. Та, которой огородили город для того, чтобы игры не выходили за пределы. Чтобы мы не выходили.
Я медленно перевожу взгляд в другую сторону.
Там, примерно на таком же расстоянии, начинают подниматься здания... силуэты разрушенных многоэтажек, башни, каркасы домов. Центр города где-то там, среди них.
Значит… Меня выкинуло почти на окраину. Просто восхитительно.
Я снова оглядываюсь вокруг.
Никого. Ни движения. Ни звука. Даже чертовых камер сверху не видно, возможно, я уничтожила ту единственную, что была поблизости.
Остается только ветер, гуляющий по полю, и тихий скрип металла где-то на крыше ангара.
После мой взгляд медленно опускается вниз. И я замираю.
Чёрт.
Крови слишком много, там, при плохом освещении все выглядело несколько лучше, чем сейчас.
Моя одежда пропитана ею почти полностью. Легкая куртка тёмная, поэтому это не так заметно, но рукава липкие, тяжёлые. Футболка под ней тёмно-красная, местами почти чёрная. Штаны тоже в пятнах: где-то моя кровь, где-то кровь гиен или других, убитых ими, животных.
Я даже не уверена, сколько из этого моё.
Горло сжимается.
Почему-то пока взгляд так и продолжает блуждать по внешнему виду, то я думаю о совершенно нелепой мысли, что камера заляпалась. Рука сама тянется к груди, к тому небольшому предмету, который Лианна сунула мне перед тем, как всё началось. Замираю, а после плюю на пальцы начинаю стирать кровь с поверхности, размазывая её по корпусу.
Пальцы дрожат.
- Ну смотри… - тихо бормочу я себе под нос хриплым голосом.
Не знаю, зачем. Чтобы Кейн видел, как это место пытается меня убить? Если он, конечно, смотрит. Не собирается ведь он два дня без перерыва смотреть трансляцию, если она еще вообще цела.
Он может меня слышать? Неважно.
Сейчас есть кое-что более важное. Например, насколько всё хреново.
Сглатываю и медленно поднимаю край пропитанной кровью футболки. Куртку приходится отодвинуть в сторону.
Когда я наконец вижу бок, желудок неприятно сжимается.
Укус выглядит хуже, чем я надеялась. Челюсти гиены оставили глубокие рваные следы между рёбрами. Два ряда проколов, из которых всё ещё сочится кровь. Кожа вокруг уже начинает темнеть, опухать, а один из проколов выглядит особенно плохо, как будто зуб прошёл глубже остальных.
Каждый вдох заставляет рану пульсировать.
Стиснув зубы, осторожно провожу пальцами чуть ниже, проверяя, не торчит ли что-нибудь изнутри. К счастью… кажется, нет. Правда, крови всё равно слишком много.
Я перевожу взгляд на руку. Запястье тоже выглядит отвратительно. Зубы оставили глубокую дугу из проколов, один из которых разорвал кожу так, что кровь медленно стекает по ладони и капает с пальцев.
- Отлично… - выдыхаю я сквозь зубы. - Ладно... надо думать более оптимистично, да? - бормочу под нос, но говорю не для себя, а представляя, что Кейн слышит. Мне почему-то жутко хочется поговорить, хоть и через силу, вернее, мне страшно. И больно. Очень и очень больно. А это отвлекает. - Если бы вместо гиен мне попалось пять игроков, то все было бы хуже... это я еще легко отделалась... А теперь, кажется, это дело надо перевязать.
Сейчас.
Я стягиваю куртку и опускаю её на землю рядом с собой, после чего хватаюсь за край футболки.
Материал мокрый, липкий.
Руки дрожат, когда я начинаю разрывать ткань. Сначала ни черта не получается, потом ткань с треском поддаётся.
Я буквально отрываю половину футболки, оставляя живот полностью открытым прохладному воздуху, и на секунду сгибаюсь пополам, потому что движение тянет рану так, будто в нее снова кто-то вгрызается.
Слёзы сами продолжают скатываться по щекам, и я не могу их никак остановить.
Быстро, пока руки ещё слушаются, складываю ткань в несколько слоёв и прижимаю к боку, после чего начинаю обматывать вокруг рёбер. Её всё равно не так много, как хотелось бы, но это уже что-то.
Дышу коротко, через зубы, иногда почти всхлипывая, но всё равно плотно затягиваю узел. После отрываю ещё небольшой кусок ткани, которым обматываю запястье.
Кровь почти сразу начинает пропитывать повязку, но хотя бы перестаёт течь так быстро.
Когда всё заканчивается, я на секунду просто опускаю голову.
Слёзы продолжают капать на землю.
Тело всё ещё трясёт. Но я жива. Пока.
Секунда. Две... Десять... Проходит двадцать секунд, когда я наконец через не прекращающуюся боль все же наклоняюсь, поднимаю куртку и надеваю её обратно, медленно просовывая руки в рукава. Холодная и липкая ткань касается кожи.
Застёгиваю молнию. Потом поднимаю трубу. Металл тяжёлый, холодный, но когда я опираюсь на него, становится немного легче держать равновесие.
Те здания. Мне нужно добраться до них. Взобраться и придерживаться прежнего плана - добраться до центра, хотя мне все больше не хочется этого делать.
Я делаю первый шаг.
Боль тут же вспыхивает в боку, заставляя меня почти согнуться, но я всё равно продолжаю идти, опираясь на трубу.
Глава 5
Пока иду, то мысли так и крутятся в голове. Большинство из них нехорошие и эгоистичные в некоторой степени.
Я все больше хочу развернуться и пойти в обратную сторону, чтобы переждать там. Не прям в том ангаре, но где-то неподалеку. Игроков там почти нет, единственная возможная опасность - животные, которые, наверняка, всё равно будут ближе к центру из-за шума и других игроков. Ловушки… тоже не думаю, что должны быть.
Да, я бы вполне могла там переждать оставшееся время. Даже если я заразилась бешенством из-за укусов гиен, то вряд ли умру в следующие два дня, а дальше меня вылечат. Без воды... трудно, будет обезвоживание, но я
Что касается Андера, то чем я могу помочь в таком состоянии? Буду только мешаться или сделаю хуже. Не думаю, что он бы кинулся меня искать, если я в ближайшее время не попаду в место предполагаемой встречи. Это было бы глупо с его стороны. А так... он бы мог переждать там с учетом своего состояния. Я же здесь.