Анастасия Петрова (Кагомэ) – Радости и Печали Страны Счастья (страница 7)
Волосатый слуга по-солдатски вытянулся и, бережно прижав сосуд к груди (хоть пиши картину «Мать и дитя»), в перевалку вышел вон.
«Что ты задумал, урод? Вино или отравлено, или туда подсыпано снотворное. Насколько я помню историю нашего "славного" рода, к столь очевидной хитрости прибегали в двух случаях: чтобы "устранить врага по-тихому и наверняка" или чтобы “усыпить бдительность стражи” для совершения того же преступления менее банальным способом… Так-так. Куда это мы идем? Знакомый маршрут. Некоторые никогда не успокоятся! Ну, погоди, клякса ходячая!»
Лже Дэйвон медленно, величественной походкой шествовал по коридору: Тень впервые ощущала человеческую плоть, чувствовала, как горячая кровь все быстрее бежит по жилам! Вдруг правая нога самым наглым образом поставила подножку левой (миленький каламбур!) – и "бренное тело" растянулось на полу во весь рост, а в голове промелькнула чья-то мысль: «За каждую рану мне ответишь, гад!» Лже Дэйвон медленно поднялся и крикнул тоненьким фальцетом в темноту:
– Делай, что хочешь! Я все равно принесу ее в жертву!
– Посмотрим, – невозмутимо ответствовал оппонент.
Дальнейшее напоминало главную забаву всех мальчишек Королевства: фальшивого командира мальдорорцев кидало из стороны в сторону как кожаный мяч-вышибалу, ноги разъезжались на ровном месте, руки норовили схватить хозяина за нос, а лоб всерьез вознамерился “поздороваться” с каждым углом на пути. Короче, когда лже Дэйвон добрался до заветной двери, он уже сильно пожалел, что не убил королеву Лоридема собственноручно, связавшись с ее любовником. А наш – побитый силой мысли – герой веселился вовсю (благо, разум не чувствует боли). И отвлекся…
Охранники и все пленники мирно спали. Аэлис сморил необычайно крепкий сон. Когда в залитую лунным светом спальню тихо вошел человек в блестящих доспехах и алом плаще, она даже не пошевелилась. Матово блеснул черный нож… И тут случилось невероятное: пальцы, еще минуту назад крепко державшие рукоять, вдруг сами собой разжались – и лезвие громко звякнуло о каменный пол. Так громко, что этот звук разбудил ее. Несколько секунд девушка просыпалась, потом поняла, что не одна: шагах в пяти от нее стоял Дэйвон, оглядываясь по сторонам. Аэлис хотела, было, высказать ночному гостю все, что она о нем думает, но тут услышала чужой голос:
– Ты предал Оракула – и умрешь. Мне все равно, кто из вас будет первым.
В ту же секунду из темноты ударил Огненный Столб. Стало пугающе тихо – Дэйвон медленно оседал на пол… Серебряная молния прервала эти муки. Не успела Аэлис опуститься на колени перед раненым, как шестым чувством ощутила нависшую над ней опасность: в углу комнаты стояла странная Тень, а на кончиках ее пальцев плясали языки пламени…
* * * * *
Мысли проносились в голове с бешеной скоростью. Увы, ни одной ободряющей среди них не было: Аэлис прекрасно понимала, что не успеет даже подняться с колен, прежде чем… «Нет повести печальнее на свете…», – почему-то вспомнилось ей трагическое начало одного дамского романа. Тогда Аэлис крепко-крепко зажмурила глаза и от всей души пожелала чуда. В детстве этот прием помогал ей безотказно… И сейчас сработал на совесть! Когда девушка открыла глаза, в спальне никого – кроме неподвижно лежащего на полу Дэйвона – не было. Она приложила ухо к его груди: сердце бьется слабо, но бьется. «Слава тебе, Господи!» – прошептала она. Положив подушку ему под голову, Аэлис вытянула вперед сложенные крестом руки и закрыла глаза: теплое золотистое сияние стало медленно проникать в зияющую рану… Так прошло минут десять. Целительница начала уставать, а еще ее не покидало ощущение, что чьи-то внимательные глаза наблюдают за происходящим.
Закончив врачевать, королева Лоридема, обернулась. У окна стояла милая блондинка с ласковыми голубыми глазами – самая обыкновенная девушка… в белоснежных одеждах и с полупрозрачными лебедиными крыльями за спиной. От гостьи исходило неземное спокойствие и умиротворение.
– Здравствуй, Аэлис. Как же давно мы не виделись… – раздался ее удивительно теплый голос. – Я твой ангел-хранитель. А зовут меня Мария.
– Здравствуй, – откликнулась Аэлис, вглядываясь в нежные смутно знакомые черты собеседницы. – Значит, это ты спасла нас, Мария. Спасибо.
– Была рада помочь, – улыбнулась ангел. – Вспомни: я помогала тебе бороться с детскими страхами, а с пяти лет стала учить пользоваться Даром Врачевания.
Тут Дэйвон пришел в себя и тихо застонал.
– Прости, пожалуйста: ему надо срочно помочь, – Аэлис поспешно закрыла глаза – и теплый солнечный свет упругими волнами стал исходить от ее рук.
Командир мальдорорцев бредил, бормоча что-то неразборчивое. Когда рана покрылась тонкой пленкой и дыхание его стало ровнее, девушка, изведя на бинты всю простынь, туго перетянула ему грудь.
– Вот и все. Теперь мы можем спокойно поговорить…
– А раненый пусть пока поспит, – посланница Небес сделала неуловимое движение рукой – и Дэйвон тут же перестал стонать, погрузившись в глубокий исцеляющий сон.
– Последние события наводят на неприятные размышления…
– К сожалению, ты права, – кротко вздохнула Мария, присев на кровать рядом с Аэлис. – Извечная борьба Добра и Зла проявляется всегда и во всем, особенно в душах человеческих, – она указала на Дэйвона. – Вот он сейчас балансирует на зыбкой грани, и только от него самого зависит окончательный выбор. Но раз в триста лет происходит грандиозное сражение Добра и Зла с напряжением всех Светлых и Темных Сил, когда решается дальнейшая Судьба человечества: стонать ли ему под гнетом бесконечного насилия или жить в мире под защитой Господа Нашего. В этом бесконечном противостоянии каждая сторона выбирает себе фаворитов – людей, готовых отдать жизни за веру в Добро или во Зло. Вот и сейчас пришло время…
– … для такого сражения.
– Да, Аэлис. У всех, кто решится встать на сторону Света, Великая Судьба. В прошлый раз Велиару – одному из верховных демонов – удалось обманом заточить Избранных Света в Аду и обречь несчастных на вечные муки. Битва была проиграна, и только ценой невероятных жертв Небесам удалось восстановить относительный Баланс Сил. Поэтому необходимо, чтобы в грядущей борьбе Добро победило, иначе тот – чьим именем не дай мне, Господи, осквернить уста свои – станет вдвое сильнее.
– В таком случае пора действовать. И я буду не я, если не сделаю все возможное и невозможное, чтобы предотвратить катастрофу.
– Ты всегда была и остаешься "человеком дела", – улыбнулась Мария. – Запомни: чтобы исполнилась твоя Судьба, нужно неукоснительно следовать трем обетам. Во-первых, отныне тебе нельзя причинять мало-мальски серьезный вред ни людям, ни зверям – ни одной твари Божьей!
– Даже разбойникам или колдунам?
– Лишь Господь вправе судить кого бы то ни было… А вот вампиры, ликурги, упыри, волкодлаки и прочая неразумная нечисть, наверняка, не дадут тебе покоя. Дабы не чувствовать себя обузой для спутников, дерзай. Во-вторых, всегда будь рядом с ним, – посланница Небес кивнула в сторону спящего Наследника Мальдорора. – Не удивляйся: именно Дэйвон – залог нашей победы. Этот беспощадный воин с добрым сердцем блестяще справится с врагами, которых не одолеешь ты, и, возможно, еще проявит себя с неожиданной стороны… – загадочная улыбка ангела озарила комнату. – В-третьих, заручись поддержкой тех, от кого и не ждешь помощи. Это условие, пожалуй, самое трудное… Как же тяжело быть вестником плохих новостей… Совсем скоро твой дом станет Обителью Зла, и все, у кого еще осталось что-то светлое в душе, погибнут в мгновение ока… Так что побыстрее уходите отсюда и оправляйтесь в королевство Элеоноры. Еще что-нибудь узнаю – сообщу. Удачи вам и Божьего благословения! Увидимся!
И Мария растаяла в зазвеневшем хрустальными колокольчиками воздухе.
Итак, наши герои приступили к сборам. Мари, Элли и Пикацо споро укладывали в сумки все самое необходимое для длительного путешествия, в том числе коробок спичек (в дороге вовремя и без проблем развести костер подчас жизненно важно) и бинты (в дело пошли все чистые льняные простыни). А Аэлис занималась исключительно раненым, чтобы как можно скорее подготовить его к езде на лошади: сняв красную от крови повязку, напитала живительным теплом, помазала болеутоляющей мазью и туго перебинтовала снова затянувшуюся рану. Дэйвон все еще спал, иногда морщась от боли. Потом девушка переоделась. Льняная рубашка свободного покроя; штаны и сапоги из влагоотталкивающей кожи, позволяющей телу дышать и не сковывающей движений во время боя; почти невесомая кольчуга для защиты самых уязвимых мест; и, наконец, металлические пластины на запястьях для блокировки ударов сверху – вот как выглядел походный костюм королевы Лоридема (все удобно и практично). Волосы она подняла наверх и перехватила плетеным кожаным шнурком.
Закрепив серебряный хлыст на поясе, Аэлис направилась в конюшню через потайной ход. Хотя охранники, выпив вина, которое принес им слуга гоблин, все еще мирно спали. Впрочем, как и остальные пришлые обитатели Замка.
Великолепная лошадь кремовой масти с добрыми бархатными глазами довольно зафыркала, приветствуя хозяйку.
– Здравствуй, Дева, – Аэлис нежно потрепала любимицу по холке. – Хозяйка едет совершать подвиги. Одобряешь?