Анастасия Пенкина – Хозяйка замка на скале (страница 52)

Я тоже молчала.

Первые полчаса мы ехали вот так. Он смотрел в свое окно, я в свое. За стеклом тянулись желтовато-зеленые луга редкие перелески, серое небо, давящее на вершины гор. Внутри кареты было тесно, тепло и очень тихо. Только стук копыт и поскрипывание колес.

Я чувствовала присутствие Кайдена каждой клеткой. Как тогда в пещере. Как потом в гостиной, когда он заходил проверить, как я. Это напряжение висело между нами, осязаемое, почти физическое. Я боялась повернуть голову и встретиться с ним взглядом.

Потому что если встречусь, то все. Снова провалюсь в эту бездну.

Я смотрела в окно и думала о том, что надо бы обсудить дела. Лекарства, смеси для малышки, список покупок. Но слова застревали в горле.

Кайден тоже молчал.

Наконец я не выдержала.

— Твоя мать считает, что я покорилась Дейну, — сказала я, глядя все так же в окно. — И, кажется, очень довольна.

Кайден повернул голову. Я почувствовала его взгляд, но не повернулась.

— Я знаю, — ответил он негромко. — Я не стану ее разубеждать.

Тут я все-таки посмотрела на него.

— Конечно. Зачем? Так удобнее для всех.

В моем голосе было больше горечи, чем я хотела показать. Кайден нахмурился.

— Удобнее? — переспросил он, и в его тоне появилось что-то новое. — Ты думаешь, мне было легко видеть, как ты вышла на тот луг, когда сказала, что не собираешься этого делать? Видеть, как мой брат выслеживает тебя, собираясь поймать?

— Откуда ты знаешь, что он меня выслеживал?

— Я летел над лесом, — сказал Кайден жестко. — Я видел, как он изменил траекторию. Видел, как ты побежала. Удобнее было бы остаться в стороне и ждать, не обернется ли все так, как хочет моя мать. Но я не остался.

Я смотрела на него и не находила слов.

— Почему тебе было не все равно? — вырвалось у меня наконец. — Я же всего лишь...

— Не заканчивай, — перебил он резко. Голос сорвался, будто он с трудом сдерживался. — Не говори этого. Ты не «всего лишь». Никогда не была.

Я замерла. Кайден смотрел на меня в упор, и в его глазах было столько всего, Злость, боль. И что-то еще, отчего сердце сдавило в тиски, а потом резко отпустило.

Кайден медленно потянулся ко мне, давая время отстраниться, если захочу. Но я не отстранилась.

Его губы осторожно коснулись моих, позволяя нам обоим вспомнить вкус друг друга. А потом поцелуй стал глубже, более жадным. Его крепкие руки легли мне на плечи, притягивая ближе. Я забыла, где мы, забыла про замок, про Исель, про Дейна. Был только Кайден, его запах, его тепло, его губы.

Карета подпрыгнула на очередном ухабе, и мы отпрянули друг от друга.

Я сидела, тяжело дыша, и смотрела на свои руки. Щеки горели. Губы распухли от поцелуя.

Кайден откинулся на спинку сиденья, провел рукой по лицу. Его дыхание тоже сбилось.

Мы снова замолчали на некоторое время. Но потом он тихо заговорил:

— Я не могу по щелчку пальцев все изменить. Понимаешь? Все эти правила... все, что от меня ждут. Мать, род, традиции. Это не меняется в одно мгновение.

Я подняла голову.

— А тебя и не просят ничего менять, — сказала я жестче, чем хотела. — У меня есть свои планы.

Кайден смотрел на меня с какойя-то спокойной решимость.

— Я знаю о твоих планах, — признался он. — Я видел твою пряжу у Флоры. Это дорогостоящая работа. За такую платят золотом и очень хорошо.

Я замерла впервые почувствовала что-то похожее на испуг рядом с этим драконом.

— Ты был у Флоры?

— Нет, случайно увидел у одной леди в Мидхольде шарфик… похожий на мой. Ты же понимаешь, что я не мог не узнать шерсть твоих козлодраков? Сама ты замок не покидала, но модистка приезжала…

Я смотрела на него и не знала, что сказать. Он видел и… понял. Уверен, он знает, что я коплю деньги, чтобы уйти.

— И что? — спросила я наконец. — Будешь отговаривать? Запретишь?

— Нет, — ответил он просто. — Не буду.

И замолчал.

Я смотрела в окно, но ничего не видела. В груди щемило так, что хотелось зажмуриться.

Кайден видит меня настоящую. Не как «бывшую жену брата» и несчастную первородную, которую использовали. Он видит, то, чего не замечают остальные, знает о моих планах и не пытается остановить.

Это должно было радовать. Свобода близко, план работает.

Почему же тогда так больно?

Потому что в моем плане не предусмотрено, что мне есть что терять. А теперь...

— Долго еще? — спросила я, чтобы хоть что-то сказать.

— Около часа, — ответил Кайден.

Он снова отвернулся к окну. Я смотрела на его профиль, на руки, сложенные на коленях, и внутри ворочался вопрос, который не давал покоя все эти дни после ночи в пещере.

— Кайден.

Он повернулся.

— Ты знал? — спросила я. — О пещере. Когда сказал, что у вас в лесах нет пещер, ты знал, что она там?

Он задержал дыхание. На секунду в карете стало совсем тихо.

— Нет, — ответил он наконец, выдохнув. — Не знал.

Он задумчиво помолчал, прежде чем продолжить.

— Источники всегда были скрыты от нас, — поведал Кайден. — Не только Дракстонов, всех драконьих родов. Теперь я не уверен, что так было всегда. Но так точно уже очень много поколений… Мы знаем, что они есть. Знаем, что от них зависит наша сила. Чувствует когда они слабеют. Но где именно средоточие нашей силы, никто не скажет.

Я вспомнила, как легко нашла пещеру в тот первый раз. Случайно, просто искала козлодраков. А драконы живут здесь тысячи лет. И пусть они потеряли знание, но... Почему у меня чувство, что они не просто не находили источник, а не могли найти? И не спроста его нашла именно я?

И стоит ли о своих смутных догадках говорить Кайдену? Пожалуй, пока я лучше послушаю его.

— А теперь ты знаешь. Что будешь делать?

Кайден смотрел на меня и не спешил отвечать.

— Пока ничего, — наконец признался он.

— Ничего?

— Я не сказал матери и Дейну, — он говорил спокойно, но по голосу я чувствовала, это молчание далось ему тяжесть. — Не знаю, как объяснить, что источник нашелся сам. И не знаю, что это значит.

Я молчала, давая ему договорить.

— Три дня я туда возвращался, поражаясь, как раньше не видел входа в том овраге, — признался он. — Смотрел на те письмена на стенах. Они на древнем драконьем наречии. Кое-что я смог перевести. И это... это перевернуло то, что я знал об истории.

— Например?

Кайден не сразу ответил. Смотрел куда-то в сторону, будто собирался с мыслями.

— По нынешней легенде, драконы сами скрыли источники. Чтобы древние сирены не крали нашу магию. Мы так и жили, прятались, охраняли, никому не доверяли. Особенно первородным.