Анастасия Парфенова – Посланник (страница 8)

— Между тем, чтобы быть привезённым, когда за тобой посылают, и тем, чтобы прийти самому, есть разница. И немалая.

— Гм...

— И я не одобряю лишних убийств.

У Юрия чуть дрогнули уголки рта. Но под этой гримасой чувствовалась смертельная серьёзность.

— Олег... — Леек пока ещё не привык к местному варианту своего имени, ему потребовалось сознательное усилие, чтобы повернуть голову на звук. — Может, всё-таки, объясните, кто вы? И что здесь делаете?

Наверное, пора. Парень и так доверился ему сверх всякой меры, хотя у него вряд ли был выбор: добиваться доверия Леека учили долго и старательно. Посланник окинул взглядом машину, прикидывая, могут ли тут быть подслушивающие устройства. И так он засветился на камерах в гостинице, хорошо, хоть ничего предосудительного там не делал... Надо обладать действительно живым воображением, чтобы заподозрить в том человеке, которым он был сейчас, пришельца.

Провёл ладонью над панелью. А ведь и правда прослушивается! Значит, те типы, из гостиницы, были отнюдь не такими лохами, какими хотели казаться, вполне возможно, знали, что с ним не всё так просто. В таком случае скормить им немного информации лишним не будет. В Академии этот приём называли «пропагандой, с толку сбивающей».

Леек (нет, Олег, пора бы уже начать привыкать!) побарабанил пальцами — скорее демонстрация, нежели настоящее волнение.

— Я... как бы это сказать... мальчик на побегушках и Министерство чрезвычайных ситуаций в одном лице. Когда в каком-то... месте ситуация угрожает перейти в стадию «тотальное уничтожение», туда посылают меня.

Это прозвучало достаточно обтекаемо.

— О? — Юрий, который, похоже, больше любил слушать, нежели говорить, заинтересованно блеснул глазами. — И что же, мы все тут собираемся... уничтожиться?

— Похоже на то.

— Как?

— Это — первое, что надо выяснить. Если отбросить стихийные бедствия, то обычно проблемы можно разделить на две категории: внешнее вторжение или внутренние конфликты. У вас, похоже, будет комбинация того и другого. Не худший вариант. Такие вещи имеют обыкновение так или иначе друг друга нейтрализовывать.

Юрий повернул руль, судя по всему, направляясь в какое-то определённое место.

— Внешнее вторжение?

Леек (Олег!) сделал неопределённый жест рукой.

— И ты что, должен вот так просто прийти и всех спасти? — Интонация, с которой это было произнесено, была бесценной. Ядовитый всё-таки народ, наёмные убийцы. Олег улыбнулся без всякого юмора.

— «Просто» у меня ещё ни разу не получилось.

— Гм... — Юрий, ради эксперимента, на одну минуту, сделал допущение, что он верит в этот благородный бред. — И кто же это такой благожелательный тебя послал?

Ещё один пространный жест. Не объяснять же парню, что послали не его, а скорее за ним. Идея того, что у планеты Земля тоже есть инстинкт самосохранения, может показаться излишне... нетрадиционной.

— Завлекательная, однако, работёнка...

Тут Посланник тихо, яростно рассмеялся.

— О да... «Работёнка» завлекательная.

Никакой ответственности, никаких полномочий. Провалишься ты, или позволишь себя убить, или справишься — результат один. Вперёд, к следующему заданию! Впрочем, если провалиться достаточное число раз...

Он вдруг оборвал смех, как оборвал и цепочку воспоминаний. Нет. Освобождение такой ценой ему не нужно. Да и невозможно. После первого же саботажа отзовут в Академию и потихоньку казнят.

— И что же ты со всего этого имеешь? — небрежно поинтересовался Юрий. Хороший вопрос, одобрил Л... Олег. Сам он тоже не верил альтруистам.

— Воспоминания.

— Что?

— Каждый мир имеет что-то, чего нет ни в одном другом. Научные концепции. Виды искусства. Философские идеи. И всё это мы сохраняем вот здесь, — он коснулся своего виска, — а потом приносим домой. И используем.

— То есть ты — что-то вроде этакого вора мирового масштаба?

Поместив странного гостя в привычную систему отношений, парень явно почувствовал себя уверенней.

— Пожалуй, можно это и так назвать, — сдержанно произнёс Посланник.

Какое-то время было тихо.

— Должно быть, твой дом со временем стал весьма необычным местом, — ещё более небрежно бросил Юрий.

Олег неприятно улыбнулся. Что ж, если седовласый господин со стальной волей, который сейчас сидит около подслушивающей аппаратуры (Посланник почти видел размытую фигуру, хотя его слабых способностей не хватало, чтобы проникнуть в мысли старого шпика), что-то знает, то он поймёт послание. Ну а если нет — то эти названия ему всё равно ничего не скажут.

— Да. Архипелаг — очень необычное место. Не говоря уже об Академии.

— А...

Хорошего понемножку. Олег резко перебил своего юного спутника.

— Надо бросать эту машину и искать убежище на следующую пару дней.

— Ты ведь не думаешь, что я так просто купился на этот бред? — совершенно спокойно поинтересовался Юрий.

— Если бы мне понадобился бред, на который ты бы купился, будь уверен, состряпать его не составило бы труда. Да, куда бы мы ни направлялись, там обязательно должен быть доступ в Интернет.

— Есть, босс, спаситель Земли! Бу сделано.

Олег его не слушал.

Лёгкое повышение температуры в тонких электронных цепях — и подслушивающий жучок расплавился, ударив в наушник подтянутого седого господина оглушительным шумом помех.

Олег улыбнулся.

Глава 3

...Когда Леек наконец добрался до Приюта Поющих Скал, капитаны уже собрались. Сидели молчаливыми рядами, с каким-то почти неестественным терпением ожидая, когда Учитель откроет им, ради чего же был создан их Флот. Свободный Флот Песчаных Кораблей, самим фактом своего существования попирающий добрую половину священных традиций и обычаев.

Леек появился, как всегда, вдруг. Была у него такая привычка. Когда-нибудь кто-нибудь из них всё-таки преуспеет в попытках заметить его раньше времени. Когда-нибудь, но не сегодня.

Он тенью выскользнул в центр зала, постоял, покачиваясь от кровопотери, а затем позволил им себя увидеть. Для окружающих это выглядело, как если бы мужская фигура появилась из пустоты на самом видном месте. Вот после таких трюков и начинают задавать вопросы о том, так ли уж на самом деле низко его происхождение, так ли уж он на самом деле бездарен в магии. Хотя никакой магии тут не было. Просто особое видение мира... Впрочем, не важно.

Он появился в зале в разодранной одежде, покрытый своей и чужой кровью, но прошёл к своему месту так невозмутимо, будто был облачён в полный парадный доспех. «Настоящий адмирал не зависит от одежд и знаков отличия, — гласило знаменитое изречение одного из древних воинов рода Раджанин. — Настоящий адмирал может командовать битвой, даже если на нём не надето вообще ничего. И никто этого не заметит». Только вот трудно было представить себе помешанных на собственном достоинстве благородных адмиралов (кроме, пожалуй, тех же Раджанинов и других Избранных Слуг, но их всех перебили вместе со старым махараджани), следующих этой мудрости.

Леека же, по всей видимости, совершенно не интересовали ни древние изречения, ни благородные лорды (хотя те, кто его знал, утверждали, что и в изречениях, и в лордах адмирал разбирается очень даже неплохо). Не обращая внимания на поднявшийся ропот, он набрал в грудь воздуха, приготовившись говорить. И тут же упала внимательная тишина.

Капитанам его пока ещё маленького Флота предстояло сегодня о многом узнать...

— Олег Дмитриевич, все уже собрались.

— Спасибо, Наталья.

Олег и сам об этом знал, а Наталья знала, что он знает, но этикет, как-то сам собой усваиваемый всеми оказывающимися в этом доме, требовал соблюдения таких вот маленьких формальностей. Это было только вежливо — озвучить вслух то, что уже считано в ментале. И это, хотя его ученики о том и не подозревали, позволяло им сохранить рассудок под грузом «полировки».

Данные мелькали с такой скоростью, что глаз стандартного человека этого мира, наверно, не смог бы разобрать ничего, кроме путаной мешанины на трёх плоских экранах, но Наталья всё равно вежливо отвела глаза. С долей демонстративности. Она уже усвоила, что Олег не заигрывает с ученицами, да и, прояви он такие поползновения, дала бы ему громогласный (и весьма болезненный) от ворот поворот, но всё равно подчёркнутое невнимание со стороны едва вылезшего из пелёнок мальчишки её задевало. Беда с ними, с красивыми женщинами. Даже если при этом они ещё и умные.

Олег пробежал пальцами по клавиатуре, сохраняя информацию, и выключил оборудование. Насколько проще работать в мирах, где информационная сеть не столь примитивна! Посланник ещё пару секунд смотрел на потухшие экраны, приводя себя в нужное состояние, затем едва заметно кивнул женщине. Наталья грациозно развернулась на своих высоченных каблуках и грациозно поплыла к залу.

Посланник не мог пожаловаться на рост, хотя это тело, пожалуй, ещё немного подрастёт, прежде чем достигнет зрелости. В любом мире он привык как минимум на полголовы возвышаться над основной массой людей. И потому смотрел на Наталью, которая на своих каблуках была выше его на добрый десяток сантиметров, с некоторой долей удивлённой самоиронии.

Девушка настолько соответствовала всем современным канонам красоты, что иногда это почти походило на пародию. Высокая, тощая, с великолепной копной светлых, почти белых волос (которые меняли свой цвет едва ли не еженедельно), голубыми глазами (которые меняли цвет ежедневно) и ухоженной кожей (которая при любых условиях оставалось безупречно гладкой и чистой). Олег, привыкший полагаться лишь на собственное мнение, считал её скорее забавной, нежели прекрасной. С таким ростом и манерой держать себя девушка напоминала представителя другого вида, а не нормального обитателя этого мира. Однако её ещё в двенадцатилетнем возрасте заметили модельные агентства, так что теперь, к восемнадцати годам, Наталья обладала настоящей «подиумной» походкой, сформированной лучшими специалистами осанкой, а также необъятными знаниями в области подчёркивания собственного великолепия. Её внешность и умение держаться перед камерой обеспечивали пропитание ей самой и всей её семье, так что за этими своими капиталами девушка следила очень тщательно. И ещё более тщательно скрывала от окружающих другие «капиталы» — острый, холодный ум математика, недюжинные способности интриганки и доставшееся от прабабушки «ведьмино» наследство.