Анастасия Пальгунова – Месть дракона? Не в мою смену! (страница 17)

Ифрит всё-таки вспыхнул и чуть не подпалил кровать Аллси.

— Расскажи лучше, что со мной случилось? — попыталась отвлечь их от грызни.

Нырнув между ними, я торопливо разматывала окровавленные бинты и призывала духов. Инструменты остались в подвале, и я только хотела попросить принести их, как услышала размеренный шелест крыльев.

В комнату залетел дракон. Неожиданно в его лапах оказался забытый мной чемоданчик с лекарствами!

Он что, переживал за Аллси?

— Спасибо большое, — я благодарно улыбнулась, а дракон резко отвернулся.

Мне кажется или он стал вести себя как-то странно?

Отогнав мешавшие сконцентрироваться мысли, я занялась раной. Почему-то она стала выглядеть хуже, чем вчера. Но больше всего меня смущала чёрная жидкость, появившаяся непонятно откуда. Она липла к бинтам мазутой и тянулась за марлями.

— Что случилось, что случилось! Мисти полезла куда не надо! Вот что случилось, — сжав бледные губы, раздражённо выплюнул фей. — Я же просил тебя не пытаться его вспомнить! Зачем тебе понадобилось увидеть лицо этого мерзавца? Что ты хотела найти в том проклятом дне?

— Вы виделись с тёмным магом? — тут же остыл ифрит. Прикрыв рот рукой, саркастично добавил: — Ну конечно, виделись.

Тело Аллси задрожало и забило ознобом. Не успела я испугаться, как он швырнул в ифрита вазой с тумбы и шипя выдохнул:

— Теперь понятно почему твой господин в таком состоянии! У его слуги слишком длинный язык и быстрый на выводы, крохотный мозг!

Спину обожгло жаром. Не нужно было оборачиваться, я и так знала, кто полыхает позади меня. Разозлившись, я отбросила грязный бинт на пол и приказала:

— Немедленно прекратите! Казарис, я прошу выйти вас из комнаты!

— Я не могу...

— Казарис, это приказ моей невесты, — вмешался бархатный голос.

Я удивлённо обернулась.

Дракон снова стал человеком и устало сидел в кресле. Алый закат мягко очерчивал его силуэт, выделял аристократичный профиль. Рубиновые глаза встретились с моими, и на мгновенье я забыла, как дышать.

Что-то в его облике переменилось. Или это из-за его отношения ко мне? Но почему? Он стал мне доверять?

От мыслей отвлёк Казарис.

— Прошу прощения.

Чопорно поклонившись, он вышел из комнаты, но дверь не закрыл. Затаился коршуном и продолжил пристально следить за нами янтарными глазами.

Наконец наступила долгожданная тишина, но почему-то она не принесла мне покоя. Мотнув головой, я вернулась к Аллси.

Он подозрительно молчал и кусал бледные губы.

— Скажи мне честно, в тот день цветок Золото фей только запечатал проклятье, так ведь?

Фей закрыл глаза и отвернулся. Я вздохнула. Не расскажет.

— Можешь не отвечать. Сегодня это стало очевидным. Тогда ты был в такой же чёрной субстанции, — горло горело от обиды и злости на друга. — Ты слишком сильно опекаешь меня! Думаешь, я не поняла: это он убил мою мать! Тогда он обернулся чёрным волком и сразился с ней, а после она сразу же заболела. И ты, ты тоже им проклят. Все, кого касаются его скрюченные руки, покрываются этой тягучей чёрной жижей. Почему, ну почему ты не хочешь мне сказать? Слишком гордый, просить о помощи?

Фей наконец взглянул на меня. Дотянулся дрожащей рукой и щёлкнул по лбу. Печальная улыбка тронула его губы.

— Дурёха, я просто ужасный эгоист.

Я фыркнула. Горячие слёзы капнули на белую простыню. И когда я только начала плакать?

— Больше не пытайся вспомнить его лицо. Оно тебе ничего не даст, — серьёзным голосом попросил фей. — Если хочешь отомстить за мать — сначала выживи и стань её наследницей: полноправной ведьмой, проводником духов природы.

Глава 9

Стоило солнцу сесть, и состояние Аллси сразу же ухудшилось. Как бы я ни старалась убрать чёрную массу, она продолжала вытекать из раны, словно чернильная клякса на мокром листе, затягивая белую, полупрозрачную кожу фея тонкой мазутной плёнкой. Я израсходовала все заготовленные лекарства от ран, все бинты и марли, но ничего не помогало!

Растерянно осев на пол, я не понимала, как помочь другу. Он катался по кровати и то хватался за шею, то выгибал спину дугой, а из горла вырывалось едва сдерживаемое рычание.

— Казарис, он начинает терять контроль, — за спиной раздался спокойный бархатный голос.

— Теряет контроль?

— Да. Вам лучше отойти. Сейчас ваш друг не узнает вас. Все станут для него врагами. Он достойно держался, но проклятье одерживает верх.

— Это из-за меня? — вина хлёстко дала пощёчину, обжигающей волной выбила воздух из лёгких.

Ифрит деловито прошёл к кровати и вытащил откуда-то длинные чёрные цепи. Аллси махнул рукой, атакуя едва заметными фиолетовыми искрами.

Незаметно для себя я крутила кожу на руках, сжимала до пронзающей боли, пыталась заглушить разрывающую в груди боль, а ещё отвлечься от ледяного монстра отчаяния, медленно ползущего по ногам.

Что...что я могу сделать? Как помочь? А если... если с Аллси произойдёт то же, что и с мамой? Как... как мне тогда жить?! Я... это я виновата.

Горячая ладонь легка на плечо и настойчиво потянула назад.

— Присядьте, — прозвучал над ухом бархатный голос.

Волна почти захлестнувшей тревоги и паники разом отхлынула, и я оказалась на прочном каменном берегу уверенности.

Точно. Сейчас я не одна. Они знают о проклятье, и, кажется, дракон уже проходил через это.

— Ему же станет лучше? — с надеждой подняла я голову, встречаясь с глазами Раугнара.

Он отстранился и вежливо подвёл меня к соседнему креслу.

— Зависит от него. Как переживёт эту ночь, — я в ужасе закрыла рот, а Раугнар отвёл взгляд и добавил: — Учитывая, как долго он боролся до этого — фей справится. Направляйте магию исцеления, но не подходите близко. Казарис будет вас прикрывать.

Я кивнула. Его простые советы быстро привели в чувства. Зная, как быть и что делать легче пережить кризис. Я не потеряю Аллси. Нет. Только не сейчас.

Помассировав заледеневшие руки, я попыталась погрузиться в омут памяти. Нужно вспомнить, что он мне рассказывал о проклятьях. Всё в мельчайших деталях.

Ифрит уже сковал фея тёмными цепями по рукам и ногам. Элегантные манеры, изящное поведение — всё это растаяло в безумии. Я не узнавала лучшего друга в бряцающем цепями о кровать, рычащем диком звере.

Чёрные глаза горели яростью и жгучей ненавистью ко всему живому. Ругаясь на языке духов, он прерывался на кашель и сплёвывал чёрные сгустки. Хаотично бил магической энергией по ифриту, но безуспешно: все атаки со звоном разбивались об алый магический щит.

Я то и дело отвлекалась на безумные крики, на исказившееся от злости лицо родного друга, на снова поднимавшуюся изнутри волну паники. Магия не хотела слушаться. Складывалась в нестройные заклинания. Они то ярко вспыхивали зелёным и долетали до Аллси, то превращались в пыль, тая в пространстве комнаты.

Хмуря брови, я сама не заметила, как прокусила губу до крови. Не приняла во внимание и появившийся солоноватый вкус во рту.

На плечо снова опустилась горячая ладонь, ухо защекотал бархатный голос Раугнара:

— Не торопитесь. Сделайте глубокий вдох и выдох на четыре счёты.

Вытянув руку, он показал на грудь фея и сказал:

— Старайтесь целиться в сердце.

Я судорожно вздохнула. Чувство вины и страх потерять друга, можно сказать, члена семьи, выбивали из колеи, но Раугнару снова удалось вернуть мне самообладание и успокоить. Видимо, сказывался опыт генерала.

Заклинания полились ровным зелёным потоком. Они окружили Аллси и забаюкали в колыбели исцеления — так как я и хотела.

Важно снять приступ агрессии и успокоить пациента. Нельзя позволять ему тратить силу на сражение с собой и окружающими, когда каждая капля энергии нужна для подавления проклятья.

Фей расслабленно выдохнул, прикрыл глаза и тут же провалился в сон. Я же только сейчас поняла, как дрожат руки и болезненно напряжено тело. Теперь остаётся ждать и надеяться на Аллси.

Я закрыла глаза, успокаивая дыхание. Ледяные оковы страха за друга разрушило тёплое чувство благодарности Раугнару и Казарису. Вот уж удивительно: они были и угрозой моей жизни и одновременно спасителями. Если бы в этот момент я осталась наедине с Аллси, меня бы уже не было в живых. Фей проклят и ослаблен, но даже в таком состоянии он не по зубам опытным магам, что уж говорить про меня. Тем более ни о какой поддержке и лечение друга речи бы не шло.

— Вы молодец. Теперь он точно справится, — Раугнар одобрительно похлопал меня по плечу.

Вдруг его рука стала легче, и я вздрогнула от острого укола. В ткани платья застрял длинный чёрный коготь, а его обладатель неловко повис вниз головой, не в силах освободиться.