Анастасия Нуштаева – Огнетрясение (страница 19)

Соперница засмеялась, а Кира не сдержалась и цокнула языком. Все равно ее уже обнаружили.

– Закройся, Аска, – сказала Кира.

– О! – воскликнула Аска. – Кира! Надо же, я думала, ты первой вылетишь.

Кира не ответила. Она не шевелилась, лишь подняла руку, чтобы коснуться стенки. Ну конечно – та была сырой. Кира ощущала приближение водной, и проигнорировала это. Вот теперь расплачивалась.

Они с Аской стояли, глядя на одну развилку, но стоя в разных коридорах. Кира не смела шевелиться, и Аска тоже.

– Так и будем стоять до утра?

– Я не стою, я лежу, – сказала Кира.

– Правда? – удивилась Аска.

– Можешь сама посмотреть.

Аска шагнула, но тут же спохватилась, и рассмеялась. Кира поджала губы. Она понимала, что такая дурацкая провокация не сработает, но попытка не пытка.

– Думала, я такая тупая, что поведусь?

– Да, – спокойно сказала Кира.

Аска фыркнула. Потом снова коридоры накрыла тишина.

Земляные терпением отличались, водные – нет. Так что первой не выдержала Аска. Она сказала:

– Давай просто обе закроем глаза, и пройдем мимо друг друга этот перекресток, хорошо? Сыграем в ничью.

Кира не ответила.

– Или ты, коза упертая, либо выиграешь, либо сдохнешь?

Кира снова молчала. По голосу Аски она слышала: та начинает беситься. Это было приятно. Стоило того, чтобы тратить тут столько времени.

Потом Кира зашагала обратно по коридору, отдаляясь от Аски. Шла, нарочито громко топая, но прислушиваясь. Аска отозвалась почти сразу:

– Ты ушла?

Кире хотелось ответить: «да», ведь она и правда уходила. Но тогда Аска точно не пошла бы за ней. Кира зашагала тише. Достигнув конца коридора, она шаркнула ногой у поворота, но потом на цыпочках вернулась к развилке, которая хорошо просматривалась с той, где они застряли с Аской. Затем Кира встала в середине перекрестка, раскинув руки так, чтобы ее было хорошо видно.

Все это время Аска пыталась ее дозваться. У нее ни разу не получилось. Кире пришлось немного подождать. Она уже почти отказалась от своего плана. Подумала, что Аска, верно, развернулась и, как сама Кира, решила идти обходным путем.

Но потом Аска все же прошла развилку. Кира стояла с закрытыми глазами, хотя очень хотела их открыть. Увидеть досаду на лице Аски – это было бы незабываемо. Но вместо этого Кира услышала только:

– Какая же ты мразь.

А потом Аска исчезла с громким хлопком.

Кира подождала еще дюжину секунд и лишь потом открыла глаза. В коридоре никого не было, а стены перестали блестеть от влаги. В общем, атмосфера стала приятнее.

Тогда Кира бросилась к злополучной развилке и, свернув в коридор, откуда не вышла ни она, ни Аска, очутилась у высоких двустворчатых дверей. На всякий случай Кира зажмурилась, и лишь затем толкнула створку. Вопреки габаритам и старинному виду, открылись двери без единого звука.

На Киру дохнуло свежим воздухом. Все-таки была в помещении затхлость. Сперва Кира испугалась, что ее настиг кто-то воздушный. Но ветер не усиливался, да и ощущался иначе, чем в лабиринте. Поэтому Кира осмелилась открыть глаза.

От испуга она едва не вскрикнула. Но сдержалась. Лишь отступила на несколько шагов, чтобы быть подальше от одного из своих самых больших страхов.

Стихия навязывала не только внешность и черты характера. Вместо со стихией приходили вкусы, расположенности, таланты, некоторые навыки и, конечно, страхи. Высоты боялись почти все из Земли. Воздушные, наоборот, ее любили. Чего бояться высоты тем, кто может парить? Пускай у этого мало общего с полноценным «летать». Но преодолеть полосу препятствий, которая находится так высоко, что земли не видно, легче всего будет воздушным. Это их этап. А для Киры, судя по тому, как заходилось ее сердце, он будет самым сложным.

На площадке перед резким обрывом она была одна. Вроде бы. Головой вертеть боялась – вдруг натолкнется взглядом на соперника? Тогда вылетит, и получится, что доселе все мучения были напрасными.

Но Кира не слышала голосов, поэтому рискнула оглядеться. Так и было – она стояла одна. Впрочем, вдруг кто-нибудь сейчас покажется из двери лабиринта?

Обернувшись, чтобы смотреть на дверь, Кира недолго подождала. Но никто не вышел – даже шаги не слышались. Кира зачем-то нажала на ручку. Она не поддавалась – значит, вернуться в лабиринт нельзя. Получается, отсюда лишь один выход.

Кира прокралась к краю. Знала, что вниз смотреть не стоит, и все же глянула. Потом отшатнулась, размышляя над увиденным на безопасном расстоянии.

На самом деле размышлять было не о чем. В десятке метров под ногами начиналась белая дымка. Наверное, чем ниже, тем плотнее она становилась. Казалось, что туман холодный и мокрый, как облако. Но скорее всего, упав, Кира не почувствует его касания – сразу исчезнет с хлопком, как Аска и тот земляной.

Тут же Кира прекратила об этом думать. Это бесполезно. Зачем размышлять о проигрыше, если не собираешься выбывать?

Так что, сжав кулаки, Кира подобралась к краю и шагнула на первую ступеньку.

Она и раньше слышала, что все этапы соревнований, хотя содержат заковырки и требуют включать логику, во многом состоят из проверки физических возможностей. А Кира не была спортивной. То есть – если без это никак – Кира пробежала бы сколько нужно. И запрыгнула куда надо. И, наверное, смогла бы пару раз подтянуться. Но только не над бесконечной пропастью.

Мысли о том, как страшно упасть, забирали гораздо больше сил, чем преодоление препятствий. Но Кира справлялась. При этом не смотрела ни вниз, ни по сторонам. Случайно наткнуться взглядом на соперника и выбыть – это было бы даже хуже, чем свалиться.

Ступеньки находились на таком расстоянии друг от друга, что Кира ступала по ним, даже не прыгая. Но чем дольше шла, тем выше и дальше находилась следующая ступенька от предыдущей. Вскоре пришлось перепрыгивать. Потом и этого стало недостаточно. Расстояние между ступеньками увеличивалось. А вот сами они уменьшались – приземляться становилось все сложнее.

Кира замерла перед очередной ступенью. Та находилась в полутора метрах от нее, причем на уровне пояса. Как до нее добраться, Кира не представляла. Попыталась дотянуться рукой, но не то, что не зацепилась – даже не коснулась ее.

Ветер трепал ее волосы, и Кира перетянула их из полухвоста на верхнюю половину волос, в обычный, чтобы не лезли в лицо. Кофту она уже давно заправила в штаны. Наверное, выглядело не очень, но на Киру сейчас никто не смотрел. Кроме, разве что, земляных. Впрочем, Кира не слышала ничего, кроме воя ветра в ушах. Так что вряд ли рядом с ней был хоть кто-то.

Она стояла и смотрела на маленький клочок земли, подобный тому, на котором стояла. Тот был одновременно очень близко, но крайне далеко. Прыгнуть невозможно – разве что Киру подхватит ветер. Но она воздухом не владела, только землей…

Землей. Той самой, из которой сделаны ступеньки.

Выдохнув от облегчения, Кира снова потянулась рукой к ступеньке. Хотела притянуть ее к себе – ведь она, состоящая из земли, должна была ее послушаться. Но ступенька не шевелилась. Кира нахмурилась.

Затем попробовала изменить ее. Немного расширить, чтобы суметь опереться руками.

Тут земля поддалась и Киру накрыло волной облегчения. Заставив ступеньку вытянуться так, чтобы достать до нее, Кира крепко ухватила за край. Затем оттолкнулась, и перенесла на ступеньку сначала одну ногу, а потом вторую.

Очутившись на ней, Кира медленно выровнялась и увидела, что эта ступень была последней. Обрадоваться не успела. Следующее препятствие оказалось еще хуже. Впрочем, как могло быть иначе?

Перед Кирой вытянулась дорожка. Такая тонкая, что на ней было невозможно поставить две ступни рядом. Она уходила куда-то далеко, где ее съедал белый туман. Кира облизнула губы, которые стали совсем сухими из-за этого ненормального ветра. Потом поджала их. Что же, если бы она вовремя заметила, из чего состоят ступени, то преодоление этого этапа было бы для нее еще проще, чем предыдущего.

С этими мыслями Кира, вытянув руки, расширила проход. Дождавшись, когда тот расползется до метра, Кира смело шагнула.

Хорошо, что ее вторая нога еще не оторвалась от предыдущей ступеньки. Едва ступня Киры приземлилась на новое препятствие, земля под ней провалилась. Кира вскрикнула. Шагнув назад, она стала заваливаться. Хотела сделать еще шаг, но ступенька уже закончилась. Махая руками, Кира едва поймала равновесие, и тут же присела, чтобы легче было его удержать. Она оперлась о ступеньку руками, и не шевелилась пока не отдышалась.

Все это время Кира смотрела вперед. В начале дорожки зияла дырка по форме ее ботинка. Земля не выдержала – провалилась. Не удивительно. Кира так расширила ее, что она стала ужасно тонкой. Такая и ребенка не выдержит.

Тогда Кира снова вытянула руки, и под ее желанием полоса перестала быть такой широкой. Теперь в ней было меньше полуметра. Зато толщина увеличилась. Кира попробовала ступить. Полоса опасно хрустнула. Поджав губы, Кира сделала ее еще тоньше. А затем осторожно пошла по ней.

Руки держала вытянутыми в стороны – балансировала. Полоса стала такой, что на нее помещались в ширину ровно три ступни. Примерно такое расстояние Кира и занимала, когда шла. Но сейчас ей все равно было не по себе – все-таки по бокам зияли обрывы. Кира оступалась, когда думала, как ужасно будет оступиться. Однако, это ни разу не закончилось падением.