Анастасия Никитина – Права и обязанности некроманта (страница 47)

С предвкушающими улыбками Рой и Альв одновременно шагнули вперед.

– Я буду предельно осторожен, нянюшка, – ухмыльнулся Альв.

– Как жаль, что не могу обещать вам того же, – отзеркалила его ухмылку я.

– А вам, Ликаст, особое приглашение требуется? – Наставник окликнул оставшегося в углу Дона.

Тот был явно не в восторге от происходящего, но все же присоединился к дружкам.

– Не желаете переодеться, тиса Мэй? – почти галантно поинтересовался Рой. Правда, впечатление слегка подпортил насмешливый тон. Я поняла, что начинаю злиться.

– Сомневаюсь, что в этом есть необходимость, – холодно уронила я.

– Уверенность в своих силах, тисы, это хорошо, – раздался у меня за спиной голос наставника. – Плохо, когда она превращается в беспочвенную самоуверенность. Начинайте уже!

Вокруг нас образовалось кольцо любопытных. Я видела злорадные и предвкушающие улыбки: большинство явно ждали моего провала.

– Кому вы окажете честь, тиса Мэй? – с насмешливым поклоном поинтересовался Альв.

– Мне это совершенно безразлично, – процедила я. – Но желательно всем сразу. У меня не так много времени, а нам еще надо разобраться, когда вы будете пересдавать все те зачеты, которые умудрились провалить в прошлом семестре.

Благородство благородством, но Альв не заставил просить себя дважды.

– За каждую пропущенную плюху – одна самостоятельная работа, – ухмыльнулся он.

– Договорились, – вернула ухмылку я и ударила первой.

Глухо и совершенно неаристократично хекнув, Альв улетел спиной вперед прямо в толпу.

– Жду работу по темам проваленного вами зачета по бытовухе, тис Тильвари, – напутствовала я его.

– Вы же сами ее и напишете, – огрызнулся Альв, выбираясь из мешанины тел на полу.

– Для этого я должна… Пропустить плюху? Так? – хмыкнула я, уворачиваясь от какого-то ледяного плетения.

Конечно, все было не так просто, как я демонстрировала. Бесовы каблуки я успела проклясть раз десять. Они буквально приковали меня к одному месту. Но в остальном ни у Альва, ни у сменившего его чуть позже Корве не было никаких шансов. Во-первых, в отличие от них я прекрасно видела, какие и куда летят плетения, и увернуться мне не составляло труда. А во-вторых, не желая опростоволоситься, я сразу навесила на себя плащ Серой госпожи – щит высшей некромантии. Штука сложная и затратная, этот щит искажал зрительное восприятие любого числа противников. К сожалению, он не действовал ни на нежить, ни на зверье. Те воспринимали мир не только через зрение. Потому в моей прошлой жизни этот щит популярностью не пользовался. Зато теперь… В принципе, я могла и не уклоняться вовсе. Меня все равно все видели примерно в метре от того места, где я в действительности находилась.

В общем, я без всякого труда уделала и Альва, и Роя к вящему неудовольствию мастера-боевика. Судя по тем «нежным» взглядам, которые он бросал на своих любимчиков, тех ожидали не самые приятные минуты на ближайшей же тренировке. Хотя в глубине души я признала, что и один и второй в честной схватке разобрали бы меня по косточкам, особенно если бы я снова взгромоздилась на идиотские каблуки. Но где, как говорится, некромант, а где честная схватка? В бою с нежитью честность – самый лучший способ пополнить ряды этой самой нежити. Потому нас учили совсем по-другому. Что я сейчас и продемонстрировала, раз за разом отражая все попытки меня достать.

Оставался последний кандидат на близкое знакомство с полом, хмуро стоявший в углу.

– Порви ее, Дон! – почти приказал Рой, зло утирая сочившуюся из носа кровь.

Парень бросил в его сторону мрачный взгляд и молча мотнул головой.

– Вперед, – выплюнул Корве. – Или ты знаешь, что будет!

Мастер-боевик удивленно приподнял бровь, но ничего не сказал. Зато Альв дернул разошедшегося дружка за плечо и стал что-то быстро говорить, приблизив губы к самому его уху.

– Ну! – нетерпеливо вырвался Рой.

У меня перед глазами медленно густела пелена ярости. Я прекрасно понимала, почему Дон отказывается связываться со мной сейчас. И с Альвом, и с Роем я не стеснялась: одного в итоге закинула на потолочную балку, другого вынудила драться с собственным взбесившимся поясом. Короче, прошлась по их самолюбию со всей доступной язвительностью. И сейчас Дон попросту боялся сорваться, сотвори я нечто подобное с ним.

– Да пошел ты! – рявкнул Дон и, развернувшись, направился к выходу. Несколько секунд спустя хлопнула дверь.

– Тиса Мэй! – вывел меня из ступора раздраженный голос мастера-боевика. – Отправляйтесь ловить вашего строптивого подопечного и позвольте мне наконец продолжить тренировку!

Я сорвалась с места и выскочила из тренировочного зала, озираясь вокруг. С Дона станется прямо сейчас собрать манатки и удрать из бесовой академии куда глаза глядят.

«Идиотка! Скоморошья дочь! – ругалась я, быстро шагая к выходу. – Взялась помочь и сама же из академии и вытравила! Дура безмозглая!»

Обозленный Дон, похоже, бежал, потому что во дворе академии его тоже не было. Мне же, учитывая шатающихся вокруг студентов, бегать было не по рангу. Матеря уже заодно и этот пресловутый ранг, я со всей доступной скоростью двинулась в сторону общаги.

Чутье меня не подвело. Дверь в комнату оболтусов была приоткрыта. Даже не подумав постучать, я пинком распахнула ее во всю ширь. Дон стоял у кровати и бросал в седельные сумки вперемешку какие-то вещи и книги.

– Струсил?! – рявкнула я первое, что пришло в голову.

– Я не буду с тобой драться, – огрызнулся он.

– А я и не прошу! Ты же не от меня сейчас удирать собрался, а от Роя.

– Какая разница?! – Он рывком развернулся, и я увидела, как порозовели смуглые щеки. – Тебе-то какая разница?!

– Большая! Я обещала ректору дотащить вас троих до дипломов! – выплюнула я. – Силой, если понадобится!

– Не понадобится. – Дон глубоко вздохнул, явно безуспешно пытаясь успокоиться. – Потому что не получится. Я все равно ничего не сдам. Ясно тебе?!

– Потому что трус! Испугался какого-то паршивого…

Я хотела сказать «шантажиста», но не успела. Потому что обнаружила, как только что врезалась спиной в стену, ноги едва достают до пола, а в плечи впились стальные пальцы, буквально вздернувшие меня в воздух.

– Да, – выдохнул мне в лицо Дон. – Испугался. Испугался, что сорвусь. Я не железный! Ясно тебе?! И я боюсь, что убью его. Или тебя! Или еще кого-то. Дошло?!

– Никого ты не убьешь! – Я попыталась вывернуться из его хватки, и, разумеется, безуспешно. Не боевыми плетениями же атаковать. – До сих пор же никого не тронул!

– А ты знаешь, чего мне это стоило?! – зло бросил он. – Изображать мальчика на побегушках. Терпеть. Молчать… Это ладно. Я уже привык. Но не на глазах у девушки, которую я люблю! Хватит. Всему есть предел, и я своего уже достиг!

– И плюнул на собственное будущее?! А как в глазах любимой девушки будет выглядеть твой побег?! – возмутилась я.

– А плевать, как это будет выглядеть! Плевать на будущее! Зато все останутся целы. Особенно она!

– Боюсь, тиса Ребарн не оценит такого рода самопожертвование.

– А это кто? – моргнул Дон, наконец отпустив меня.

– Тория. – Я потерла саднящие плечи: синяки будут…

– А… Ну да… И при чем тут она? – От удивления Дон, похоже, даже злиться перестал.

Зато мне захотелось стукнуться головой об стену. И ведь догадалась же, с чего вдруг ректор озаботился благополучием парня. Нет бы подумать чуть дольше и сообразить, что он знать не знает, в кого влюблен Дон и влюблен ли вообще! Точно идиотка!

Дон между тем окончательно успокоился и вернулся к куче вещей на кровати.

– Я просто не хочу никому навредить, – уронил он в пространство, даже не глядя в мою сторону. – Пойми это и оставь меня в покое. Мне не место среди нормальных людей. Отец был прав.

– Отец! – обозлилась я. – Подлец он!

– Ты не понимаешь, – покачал головой Дон. – Удивительно, что тебе не рассказали… Но так и лучше. Я сам расскажу. Я – монстр и убийца. Еще вопросы?

– Ты никого не убивал! – возмутилась я, но не успела вдохнуть, как он снова оказался прямо передо мной. Он двигался с такой скоростью, что я не способна была даже проследить его движение.

– Страшно? – прошелестел Дон, и его дыхание огладило мою щеку. – Страшно… Я чую твой страх… Хотя на вкус он другой. Не такой, как у обычных людей, у отца, у мачехи. Они меня боятся. И от этого ненавидят еще сильнее. Твой страх отдает опасностью… Как будто в схватке ты сможешь мне что-то противопоставить… Глупая маленькая птичка. Чистая и хрупкая… Ты даже пискнуть не успеешь.

Над ухом что-то заскрежетало. Я скосила глаза и увидела, как крошится каменная кладка, раздираемая лиловыми когтями с мою ладонь длиной. В горле пересохло, и я сглотнула вязкий комок слюны… С «что-то противопоставить» можно было бы поспорить. Но я же не убивать его сюда явилась.

– Ты никого не убьешь, – хрипло проговорила я. – Ты властен над своей сутью, а не она над тобой.

– Властен? – горько усмехнулся он. – Сейчас. Или час назад. А что будет две минуты спустя, я не знаю… Лира. Прошу. Оставь меня в покое. Я опасен. Я… Я убил свою мать…

Признание сорвалось с его губ будто само по себе как невесомый выдох. А упало между нами тяжелым камнем.

– Ты не… – начала было я и осеклась. Как объяснить, что мне известно о его прошлом больше, чем ему самому? Как убедить, что я не лгу? И как потом удержать, если он бросится уже не убегать, а мстить истинному виновнику?!