Анастасия Никитина – Права и обязанности некроманта (страница 44)
– Почему они не убили Дона?
– Не смогли.
– Почему?
– Проснулась ярь.
– Да что же это за ярь такая?! – возмутилась я и тут же прикусила язык. – Ярь проснулась у Дона?
– Ярь – это ярь… Да…
– Твой муж не любит сына, потому что в нем проснулась ярь?
– Он не любил его раньше. Всегда не любил. Он хотел дочь.
– Дочь? – в очередной раз опешила я. – Почему?
– Дочь женщины Корве не может нести в крови ярь.
Я чуть не выругалась вслух. Бесова непонятная ярь, по мнению покойной, объясняла все и даже больше. Вот только мне это слово не говорило ровным счетом ничего.
– Как звали нападавших?
– Я не знаю…
«Кто бы сомневался. Мало кто удосуживается представиться, прежде чем воткнуть нож под ребра, – мысленно проворчала я. – Но попытаться стоило».
– Как они нашли тебя?
– Открыли дверь.
На этот раз ругань сдержать не удалось. До сих пор не знаю, в каком ключе я помянула ублюдочных убийц, но призрак воспринял это как вопрос. И ответил:
– Их послал мой муж.
– Кого? – переспросила я, чувствуя, как зашевелились волоски на руках: старая догадка попала точно в цель.
– Убийц.
– Откуда ты знаешь?
– Я не сразу умерла. Они говорили между собой.
– И Дон это слышал?
– Да. И тогда проснулась ярь.
– Что случилось, когда у Дона проснулась ярь? – Я попыталась обойти собственное невежество, но только увязла еще глубже. Потому что призрак немедленно ответил:
– Дон всех убил.
– Э-э… Дон убил тех, кто на вас напал?
– Да…
– И сколько лет ему тогда было? – спросила я, заподозрив, что парень куда старше, чем мне казалось.
– Восемь лет.
Понимая, что слушать это больше не способна, я поднялась.
– Ты хочешь что-то передать живым? Говори и уходи.
– Любовь сыну. Проклятие мужу, – ожидаемо отозвался призрак и медленно истаял в предрассветных сумерках.
По старой привычке я быстро навела порядок на могиле, убирая все следы своего присутствия, как обычные, так и магические, и, поминутно оглядываясь по сторонам, вернулась в отведенную мне комнату.
Стараясь не задумываться слишком глубоко об услышанном, я запечатала дверь чарами и достала книгу-артефакт. Сейчас я испытывала почти благодарность к нынешней глуповатой тисе Ликаст. Именно ее неожиданный визит не позволил мне забить страницы какой-нибудь незначительной ерундой. «А ведь она знает, – сообразила я, когда губы уже шептали незнакомое слово в темную обложку пока еще пустой книги. – Именно на это она тут так тщательно намекала…»
Через час я убрала книгу обратно в сумку и с первыми лучами солнца вышла во двор. Прощаться с гостеприимными хозяевами мне и в голову не пришло. Конюх по первому требованию привел мою лошадь, и еще до завтрака я выехала на большой тракт.
Оглянувшись на скрывшийся за поворотом указатель, я глубоко вдохнула, словно пытаясь очиститься от того тлена, которым надышалась в поместье Ликастов.
– Что ж, Дон, теперь я знаю твою тайну… Знаю даже больше, чем ты сам. Вот только что мне теперь со всем этим знанием делать, не представляю… – пробормотала я себе под нос и ударила кобылу каблуками, заставляя перейти на рысь. – Кто бы мог подумать, что ты такая же полузабытая легенда этого мира, как и я сама? Кто бы мог подумать, что у этого мира вообще столько слишком реальных легенд?
Дорога стлалась под копытами. Мелькали длинные возы купцов и медлительные волы. Порой меня обгоняли небольшие отряды стражников. Но я ничего этого не замечала. У меня была проблема посерьезнее: стоит ли рисковать головой. И если стоит, то как именно: спасать или убивать. О том, чтобы отсидеться в стороне, я уже даже не мечтала.
Глава 16
Доброта в исполнении некроманта
Всю обратную дорогу я и так и эдак прикидывала, что делать со свалившимся на мою голову знанием и пониманием. Но ничего путного так и не придумала. «Многие знания – многие печали», – то и дело всплывало в голове высказывание какого-то древнего философа еще из той, прошлой жизни.
Да, подтвердились мои догадки, что старший Ликаст отправил к праотцам неугодную жену. Но что делать с тем, что мерзавец каким-то образом обвинил в этом убийстве собственного сына? Да еще и его самого убедил в этом!
Да, стало понятно, почему Дон не смеет слишком открыто перечить Рою. Наверняка наследник Корве в курсе семейной особенности. Приличные люди называют нечто подобное простым словом «шантаж». Вот только стоит ли мне вмешиваться в правила игры, судя по всему, давно устоявшиеся?
Да, Дон тяготится давлением двоюродного братца, и, похоже, его провалы на зачетах объясняются именно этим. Парень решил закончить обучение досрочно и таким образом избавиться от внимания подлого родственничка. Вот только почему именно сейчас и так кардинально? Этого я не знала, но такие тонкости меня и не интересовали. Терпение у него лопнуло в конце концов.
Здравый смысл и чувство самосохранения в один голос вопили, что все это не мое дело. Что у меня хватает своих проблем. Приказ Серой госпожи никто не отменял, а где-то затаившегося бессмертного надо не только убить, но хотя бы для начала найти. Да и сезон тихой охоты на очищающую давно открыт, а я и лес-то толком не рассмотрела, не говоря уже об охотниках.
И тем не менее где-то в глубине души я знала, что не смогу пройти мимо и обязательно вляпаюсь в чужие дела обеими ногами и сразу по колено. Пусть я еще не представляла как, но это рано или поздно случится. А еще глубже, где-то там, где заканчивалось рациональное мышление и начиналась чистая интуиция, зрела уверенность, что так будет правильно.
Разобраться, откуда ноги растут у этой уверенности, я не успела, внезапно обнаружив, что стою перед воротами академии, а сонный служитель, как и неделю назад, с ворчанием тянет в сторону тяжелую створку.
Обширный двор радовал пустотой и тишиной. Я с облегчением вспомнила, что до конца каникул еще несколько дней, и, сдав кобылу в конюшню, поплелась к себе. Подумать о судьбах мира можно будет и потом. К сожалению, сколько бы я ни нежилась под душем или спала, они никуда не денутся.
Но и во сне мне мерещились страницы старинной книги и тисненый заголовок с облетевшей позолотой «Как потушить ярь». Тушить предлагалось вместе с носителем, толпой и самыми изуверскими методами.
– А ведь сами же вывели! – зло ворчала я себе под нос, даже иномирными техниками не сумев загнать дикую историю Дона на задворки сознания. – Власти захотелось бездаркам…
Впрочем, о том, чего захотелось нескольким лордам, я не знала. Книга, которую мне удалось вытащить из глубин Королевской библиотеки посредством своего артефакта, об этом не сообщала. Мол, несколько лордов решили, что маги взяли слишком большую власть, и что-то там навертели с представителями боковых ветвей.
Так в мир пришли берсеркеры. С виду обычные маги, не слишком сильные, ничем не выдающиеся: ударишь – будет синяк, порежешь – потечет кровь. Но вот при необходимости они легко меняли ипостась: появлялась непробиваемая чешуя, бритвенно-острые когти, нечеловеческая физическая сила и скорость. Ко всему в придачу они еще и для магии были практически неуязвимы. А вот с самоконтролем наблюдались большие проблемы. Эту способность назвали ярь.
Судя по всему, лорды испугались собственного творения и начали войну на уничтожение. Каждый берсеркер забирал с собой за грань множество народу, но в конце концов их уничтожили почти всех. Немногочисленные оставшиеся в живых, скрывали свою суть, прятались, но их находили, загоняли и убивали. Закон, предписывавший казнить даже за помощь берсеркеру, действовал до сих пор. Как, впрочем, и предписание, обещавшее награду всякому, кто поможет в поимке. Правда, в последний раз за наградой обращались лет двести назад. Берсеркеры превратились в такое же пугало из забытых легенд, как и одержимые вроде меня. Но, как и я, они существовали. По крайней мере, один существовал. Ибо как иначе восьмилетний мальчик смог одолеть банду наемных убийц, я не представляла.
Громкий стук прекратил мои метания. Глубоко вздохнув, я пригладила растрепавшиеся волосы и, поставив на видное место так и не распакованную сумку, бросила на дверь отпирающее плетение.
– Тиса Мэй, – на пороге появился служитель, – вас просит зайти в административный корпус профессор Леррой.
– Сейчас зайду, – не оборачиваясь, отозвалась я.
Дверь тихо скрипнула, закрывшись, и я позволила себе мимолетную слабость, на мгновение спрятав разгоряченное лицо в ладонях. «Мало мне своих опасных тайн, еще и чужими нагрузили! Может, рассказать все Леррою и пусть сам разбирается?»
Но над этой идеей я даже задумываться не стала. Достаточно было вспомнить, какими способами старая книга предлагала «тушить» ярь. Такой кончины я не желала даже своему неуловимому бессмертному, не то что Дону.
– Лира! Надеюсь, поездка была удачной? – Профессор встретил меня на пороге административного корпуса. – Прогуляемся?
Мне оставалось только кивнуть. Впрочем, и меня парковые аллеи и прохладный утренний воздух привлекали больше, чем душные кабинеты.
– Вам удалось пообщаться с Ликастом?
– Конечно, – кивнула я. – Тис Ликаст был крайне недоволен легкомысленным поведением сына. И я уверена, что его ожидает не самый приятный в жизни разговор.
– Думаете, это поможет? – с сомнением протянул профессор.
– Ну мне же помогло, – слегка покривив душой, хмыкнула я. – Помнится, мне даже удивить вас удалось.