Анастасия Никитина – Права и обязанности некроманта (страница 24)

Шанс, как ему и положено, окончательно помахал мне ручкой ровно две минуты спустя.

– Вот ваши умники, тис Темлой. – Лениво-презрительный голос профессора артефакторики прервал сеанс самобичевания на полуслове. – Как я ни бился, но, увы… Разжечь пламя гения там, где нет и искры таланта, не способен даже я.

Наученная горьким опытом с Торией, я уже достаточно хорошо держала себя в руках, чтобы на лице не отразились вполне определенные эмоции. Но над остававшимися на столе запчастями артефактов ладошкой все же провела, навешивая мелкое, но неприятное проклятие. Жадный старик не побрезговал профессорской зарплатой и подписался учить студентов, хотя не имел на то никакого желания. Значит, и припасенные для себя любимого заготовки в помойку не бросит…

– Да? – задумчиво проговорил ректор.

– Разу… – начал было проф и под мой злорадный, правда, мысленный смех посмотрел наконец на стол.

Артефакты, не запрятанные специально в какое-нибудь вместилище вроде оправы или маскировки, ни с чем не спутаешь. Уж это знала даже я, не говоря уже о мастере с многолетним стажем. А наш негодный учитель, хоть и был первостатейным козлом, мастером оставался все равно. Как и шустрым поганцем… Он «переобулся» моментально.

– Разумеется! Полгода моего времени, и всего лишь такие слабенькие поделки! Я очень недоволен!

– Но не до отчисления же, – резонно заметил ректор.

– Отчего бы нет? Они, конечно, звезд с неба не хватают, но при известном напряжении вполне могли бы стать подмастерьями. Только им надо сосредоточиться исключительно на артефакторике под моим чутким руководством, естественно. А это я могу сделать только у себя дома…

– Не ожидал от вас такой детской хитрости, – хмыкнул ректор и повернулся к нам: – Тиса Мэй, тис Орлей. Думаю, ваш зачет принят, и вы можете быть свободны. Не так ли, профессор?

– В общем, учитывая заниженные требования академии, можно сказать и так, – с кислой миной отозвался наш козел, и мы с Орлеем радостно вымелись из кабинета артефакторики.

– Мы его сделали! – воскликнул Виктор, по-мужски протягивая мне руку.

Я по привычке ответила на рукопожатие раньше, чем успела подумать.

– Так ему и надо!

– Друзья? – пристально глянул мне в глаза парень, не выпуская мои пальцы.

– Только друзья, – предупредила я, вернув настороженный взгляд.

– Согласен! – дернул подбородком он, снова стиснув мою ладонь. – Только друзья, и ничего больше.

В столовую мы пришли вдвоем, весело переговариваясь и вспоминая так удачно сданный зачет. Избавившись от «влюбленного» взгляда и постоянного надрыва в голосе, Виктор оказался вполне приличным собеседником. А я, впервые в этой жизни разговорившись с человеком, таким же жадным до знаний, как и я, просто отдыхала душой. Споткнувшаяся на пороге столовки Тория и врезавшийся в нее секундой спустя Рой стали вишенками на торте моего триумфа.

В тот день мне и в голову не пришло задуматься, что любовь, даже странная и болезненная, не проходит просто так, а севший по моей милости в калошу профессор еще будет моим наставником долгие два с половиной года. Но если бы мимо моего внимания прошло только это… Ох уж это пресловутое «бы», такое сладкое и такое горькое. Но, завязнув в споре о преимуществах разных стабилизаторов в артефакторике, я упустила из виду все, что только могла.

Глава 9

Тайны и принцы закончились, остались одни козлы

Отличный день закончился не менее восхитительным вечером. Ну, в моем понимании восхитительным. Воспользовавшись тем, что оскорбленный проф благополучно забыл нагрузить нас чтением очередной скучнейшей главы «Трактата о связях магических», мы с Виктором сразу после обеда забрались в библиотеку и зарылись в книги куда более интересные. Орлей, ориентировавшийся в хранилище знаний лучше, чем я в собственной комнате, показал мне несколько старинных томов с дальних полок, о существовании которых я и не подозревала. Разобравшись, что он принес, я поняла, что скорее позволю отрубить себе руки, чем верну эти книги на полки, не прочитав.

Впрочем, Виктор вполне разделял мое рвение, и витиеватые старинные обороты мы разбирали вдвоем, порой споря до хрипоты и исписав кипу бумаги пометками.

На следующий день, воспользовавшись выходным, мы забрались в библиотеку с самого утра и, увлекшись, благополучно пропустили обед. Прозевали бы и ужин, но появилась Тория и заявила, что негодный Орлей задумал таким образом меня уморить, потому как я стала похожа на покойника недельной давности. Причем сообщила она это во всеуслышание и в присутствии Виктора.

Тот сразу засуетился, и общими усилиями эти два изверга отобрали у меня книгу и отконвоировали на ужин. Я делано возмущалась, про себя же посмеивалась и, пожалуй, впервые чувствовала себя своей в этом новом, не до конца понятном мире. Словно само собой разумеющееся, на первой же лекции Орлей сел рядом со мной за первый стол. Минуту спустя с другой стороны приземлилась Тория.

– Видишь, на какие жертвы я иду ради тебя? – прошипела она мне в ухо.

– Не вижу, – пожала плечами я, заметив скрытую усмешку в ее голосе.

– Сидеть прямо перед профессорами, на виду, как бифштекс на тарелке, это, по-твоему, не жертва? – неестественно возмутилась она.

– Так боишься, что кто-то из профов заинтересуется твоими коленками под столом? – хмыкнула я.

– Скорей уж она боится, что не заинтересуется, – ухмыльнулся с другой стороны Виктор. – Такой удар по уверенности в собственной неотразимости!

«Ух ты! – Я кое-как подавила смех. – У него еще и чувство юмора есть».

Додумать, плохо это или хорошо, я не успела, потому что оскорбленная до глубины души Тория попыталась стукнуть неугодного конспектом. Но тянуться ей пришлось через меня, и по башке чуть не досталось мне. Я увернулась, пригнувшись, но эти два болвана затеяли веселую возню у меня над головой. В результате мне прилетело-таки, и уже от обоих. Не зная, злиться или смеяться, я скользнула вниз и, извернувшись так, что захрустели позвонки, вывернулась из-под стола в проход.

Прямо под ноги принцу Алию, бесы его раздери!

– Тиса? – брезгливо приподнял бровь тот. – Вам следует освежить в памяти нормы этикета, раз уж вы решили все же вспомнить, кто я и кто вы. Падать передо мной ниц совершенно не обязательно. Достаточно глубокого поклона.

Разом растеряв всю веселость, я скрипнула зубами и выпрямилась.

– Ну что вы, тис Алий. И в мыслях не было чего-то подобного. У меня всего лишь развязался шнурок.

– Да? – поморщился он, глядя куда-то поверх моей головы. – Любой уважающий себя маг не глядя разберется с такой ерундой, как шнурки. Значит, и слухи о вашей талантливости сильно преувеличены. Странные вкусы, однако, у лорда Лерроя.

Намек был грязным. Да и просто оскорбительным. И я поняла, что если спущу все на тормозах сейчас, то на спокойной учебе можно будет ставить крест. У меня уже такое было. В той, прошлой жизни отверженную знатного рода два года проверяли на прочность уязвленные ее присутствием однокашники. На шестую ступень посвящения перешла только я.

– Сожалею, но я, в отличие от вас, тис Алий, ничего не знаю о вкусах лорда Лерроя. Впрочем, судя по тому, как он относится к вам, ваши сведения вряд ли могут считаться достоверными, – старательно контролируя свой голос, проговорила я и незаметно сбросила с пальцев маленькую зеленую искорку. – Что же касается шнурков… Это, конечно, мелочь. Но даже такая мелочь может сбросить и самого гордого лорда на весьма плебейский пол.

– Хотите сказать, что по-детски связали мне шнурки и теперь ждете, когда я рухну к вашим ногам? – снова вздернул бровь Алий, не скрывая насмешки. – Некоторые уже пытались, и их ждало разочарование.

Он чуть шевельнул пальцем, и короткая молния ударила из его кольца вниз. Заносчивый скот не соизволил даже покоситься на свои ботинки. А вот о таком уровне самомнения я не подумала. Я-то всего лишь хотела, чтобы придурок вынужден был присесть и завязать бесов шнурок собственноручно, а потому накрыла его ноги антимагическим щитом.

«Кажется, наша обоюдная ненависть сейчас перейдет на новый уровень», – успела подумать я, поспешно убравшись с дороги принца. А секунду спустя раздались глухой удар и изощренные ругательства, тут же, впрочем, заглушенные громким смехом большей части студентов. Правда, хохот почти сразу превратился в приглушенные смешки – у двери стоял профессор Леррой и в своей демонстративной манере изображал аплодисменты.

– Маг, оказавшийся на полу из-за собственных шнурков… – протянул он. – Я думал, что мое мнение о нынешних отпрысках королевского рода уже не способно опуститься ниже. Но поздравляю вас, тис Алий, вам удалось меня удивить. Вам напомнить, как можно быстро привести в порядок шнурки и прочие застежки? Или предпочтете написать домой, чтобы вам прислали обувь без таких сложных излишеств?

– Благодарю, я помню, – прошипел Алий.

– Тогда садитесь. Вы опять всех задерживаете, – как ни в чем не бывало отозвался профессор Леррой и прошел на кафедру.

– Что, братец, – за спиной у меня послышался тихий голос Альва, – это тебе не дворцовая теплица, а? Тут можно и сдачи получить.

– Какой я тебе братец?! – огрызнулся принц, и я буквально кожей почувствовала, как между лопаток вонзился ненавидящий взгляд.

– Никакой, это точно, – не остался в долгу Альв. – У нас в роду маги приличные, со шнурками обычно справляются.