Анастасия Никитина – Права и обязанности некроманта (страница 20)
Вот когда я искренне возблагодарила судьбу, что после перерождения вела довольно замкнутый образ жизни: список возможных ключевых фигур оказался довольно коротким. Родители с сестрой, Тори, Мери, три оболтуса из местной золотой молодежи и, наконец, ненавистный Орлей. Подумав, я на всякий случай вписала Вилия и кухарку. Сомнительно, конечно, но прежняя Лира явно относилась к кучеру куда хуже, чем я, а уж неуклюжую повариху точно не стала бы спасать от супа.
Но что я, собственно, меняла в жизни этих людей к лучшему, понятно было далеко не всегда. И если с семьей, прислугой и Мери все было более-менее ясно, то все прочие словно прятались в тумане. Вот что я сделала или могла сделать для Тори, если и сейчас не понимаю, а что ей от меня надо? Да и к «лучшему» ли приведет, если она добьется своего, тоже неведомо.
Зато насчет Роя я не сомневалась ни секунды: мой отказ выходить за него замуж гарантированно лучшее, что я только способна ему причинить. Потому как если бы мне пришлось надеть брачный браслет, то вдовой такого муженька я бы стала сразу после бракосочетания.
Вдоволь подергавшись над пространными намеками иномирной сущности, я в конце концов немного успокоилась. Мне никто не ставил жестких временных рамок. Да и о наказании за невыполненное задание не заикались. По крайней мере, мне в любом случае надо доучиться, прежде чем вступать в какую-то борьбу с непонятным бессмертным, который не по зубам даже Последней Гостье.
Да и без странных «задумок» и заданий божественной покровительницы у меня было полно проблем. Для начала выяснилось, что учебе моя предшественница уделяла всего пару месяцев. Дальше, особенно после того, как девчонка выяснила, что удачное замужество ей обеспечено, зияли огромные дыры. Нагонять все это самостоятельно оказалось не так-то просто. Бо́льшую часть свободного времени я проводила в библиотеке над книгами, но и после отбоя умудрялась урвать пару часов от сна, читая за пологом при свете магического огонька.
Правда, у библиотечного бдения были и плюсы. Свою идею отобрать у Корве пажа я так и не оставила. А именно в библиотеке Дон появлялся чаще всего в гордом одиночестве: сиятельные оболтусы избегали хранилища знаний, как прокаженный лепрозория. На почве учебы мы подружились довольно быстро, хотя парень и вел себя весьма скованно и до сих пор ни разу не заговорил со мной первым.
С ним все было и просто и сложно одновременно. На любой знак внимания он отзывался так радостно и живо, что мне иногда делалось даже стыдно, ведь с моей стороны кроме обычной симпатии присутствовал и некий расчет. И все же при всей его открытости чувствовалась некая недосказанность. Но пытаясь понять, в чем дело, я всякий раз натыкалась на глухую стену.
С «очищением» я разобралась почти сразу после своего странного визита в межмирье. Не соврал гадский чокнутый… то есть высший разум. Ничего она мне не давала. От слова «совсем». Ни усиленных магических способностей, ни особенных умений. Ни-че-го. Только то, что «очищающая» гарантированно рожала своему супругу сыновей, свободных от всех родовых проклятий и недугов, и освобождала от подобных прелестей и его самого. Слава всем богам, магия, создавшая такую палочку-выручалочку для погрязших в близкородственных браках и взаимных проклятиях аристократов, позаботилась о ее относительной безопасности. Род, выдавший очищающую замуж насильно или как-то обидевший свою драгоценную невестку, нарывался на мощный откат, чреватый гибелью не только самого недальновидного семейства, но и всех, кто состоял с ними в близком родстве. Так что в этом мире с очищающих сдували пылинки, и все интриги по завоеванию ценного приза никак и никогда не касались самого приза. Священная матка… Ой… Желанная невеста всегда пребывала в блаженном неведении касательно «сражений» за ее благосклонность.
Но, разбираясь с собственной «генетической мутацией», что бы ни значило это определение, я не могла не обратить внимание на другую странность. Так, несколько столетий назад ныне угасший род Аре принял в семью очищающую. Наследник рода стал, как и ожидалось, великим, мощным и прочее. А свои победы он делил с не менее сильным и талантливым кузеном по линии матери. Но вот странность. Та очищающая тоже была из рода, где до нее магов не было совершенно, как и Лира Мэй. Заинтересовавшись этой странностью, я списалась с архивом и в очередной уикенд получила в городе на почте бандероль с копиями древних документов.
Когда я поняла, с чем именно имею дело, то сначала порадовалась, что род Аре – угасший. Иначе черта с два я добралась бы хоть до толики полученной информации. А потом запоздало испугалась и поклялась, если мне на первый раз такое любопытство сойдет с рук, больше не соваться так нагло в мрачные тайны нового для меня мира.
Очищающая рода Аре обожала свою бездарную младшую сестренку. И чтобы порадовать ее, ту выдали замуж за вассала из некогда магического, но к тому времени давно растерявшего все способности и захиревшего рода. В этой-то семейке и родился будущий сподвижник одного из величайших магов прошлого.
От таких открытий голова шла кругом, а ладони покрывались липким противным потом. Сущность из межмирья говорила о «генетической мутации». Что, если это означает нечто семейное? Значило ли это, что и бездарка, как тут называли людей, не обладающих магическими способностями, может оказаться очищающей? Или тот случай был всего лишь совпадением? Ответов на эти вопросы у меня не было, и я задвинула свои изыскания в самый дальний угол памяти, предварительно тщательно спалив в камине все записи и полученные из архива бумаги. Еще только не хватало, чтобы моя сестра угодила в какие-нибудь магические интриги. Не говоря уже о том, что случится, если Делли «не оправдает оказанное ей высокое доверие», попросту не имея моей «генетической мутации», что бы это ни значило.
Кстати, распоряжаться собственной памятью с каждым днем становилось все легче и легче. Книжка, доставленная из межмирья вместе с моей тушкой, оказалась просто гениальной. Начнем с того, что читать ее могла только я. Никто другой талмуд весом в тридцать кило, который я с трудом отрывала от пола, просто не видел и не чувствовал. Зато задания, расставленные по принципу «от простого к сложному», наводили порядок в моей бедовой головушке с астрономической скоростью. Но и спешить мне никто не давал. Прежде чем я в совершенстве не освою один навык, страница со следующим тупо не открывалась. Проще говоря – идеальный самоучитель. Но были в работе с «защитой» и минусы. Каждый урок награждал меня кошмарной мигренью на ближайшие пару часов. Кроме того, я заработала репутацию «девушки со странностями» среди забегавших к Тори «на поболтать» девиц-однокашниц: несколько раз меня заставали в полной неподвижности, шарящую глазами по собственным ногам. Я читала бесову книгу, с трудом удерживая ее на коленях, но книгу-то никто не видел…
По большому счету все складывалось удачно. Даже отравить меня никто не пытался. Вот только проклятый Орлей торчал где-то на задворках сознания противной занозой. Как менять к лучшему судьбу этого нытика, я не представляла. Да и браться за это у меня не было никакого желания. Всегда не любила соплежуев. А никем иным в моих глазах неопрятный парень быть не мог. И все-таки был… Очередной парадокс нервировал постоянно. Бесов, бесов, бесов Орлей!!!
Он больше не пытался со мной встретиться. Не поджидал в коридорах. Не заговаривал на совместных уроках. На первой же боевке во время учебной дуэли, случайно оказавшись со мной в паре, Виктор даже не поднял руку с кольцом, послушно вылетев за пределы дуэльной площадки на первой минуте боя. Больше профессор нас друг против друга не ставил. На прочих занятиях он торчал в своем углу, не отрывая глаз от конспекта. Даже артефакторика, преподаватель которой наконец появился, проходила по тому же сценарию: я впереди, а он в дальнем углу. Слава Серой госпоже, хоть ничего больше не взрывал.
Я, кстати, так и осталась за первым столом рядом с кафедрой и постепенно закрепила это место за собой на всех лекциях. Кроме очевидного удобства оно защищало меня и от чрезмерного внимания сиятельных оболтусов в лице Корве и Альва. Даже новая звезда нашего факультета принц Алий старался держаться от плахи, как между собой называли первый стол студенты, подальше.
Вот уж не думала, что кто-то способен раздражать меня сильнее, чем Корве или Виктор. И ошиблась. Принцу удавалось доводить меня до тихого бешенства куда успешнее, чем им обоим, вместе взятым. Одно «знакомство» чего стоит.
Первая неделя учебы прошла спокойно. Я все реже ловила на себе недоуменные взгляды, чему не уставала радоваться. Однокашники, а вместе с ними и профессора привыкали к обновленной Лире. По академии не без помощи Тории расползлись слухи о строгих родителях, которые наконец взяли дочурку в латные рукавицы. Про себя я хихикала, но вслух ни подтверждать, ни опровергать это мнение не спешила. Чем больше тумана, тем легче спрятать истину. Кто бы мог подумать, что необходимый туман люди охотно напускают сами.
В общем, я немного расслабилась, и, разумеется, совершенно зря.
– Доброе утро, тиса Мэй. – Спокойный уверенный голос над ухом заставил меня подскочить. – Думаю, вам будет гораздо удобнее там.