Анастасия Никитина – Окрыляющая (страница 16)

— Их? — прищурилась я.

— Да что у вас, совсем нет сердца?! — вспыхнул мужчина. — Дайте мне время, и я смогу расплатиться по всем счетам!

— Да-а-а? Насколько я знаю, ваш доход около пятидесяти золотых в год. За сколько лет вы собираетесь отдать три тысячи?

— Три тысячи триста. Ваш батюшка оценил убыток в три с половиной тысячи. Двести монет я уже выплатил.

— Даже если я соглашусь… — я и верила, и не верила стоявшему передо мной мужчине. — Где же вы возьмёте эти три триста? Наворуете?

— Я за всю жизнь не взял ни одного чужого медяка! — возмущённо вскинул голову он.

— Хорошо… Я подумаю над вашими словами, — сказала я, когда пауза затянулась до полного неприличия.

Жестом указав мужчине на дверь, я задумалась: «Пресловутую честность проверить несложно. Как я уже успела убедиться, не было ничего, что не могла бы узнать Леона. А тут и сложностей не предвидится: просто выяснить, так ли бедственно положение семьи бывшего городского головы. Если он и правда такой порядочный, каким кажется, то у меня есть новый наместник для этого города, который по крайней мере не будет меня нагло обворовывать. Но это с одной стороны. С другой же, порядочный не обязательно означает умный. Назначу его, буду получать от города доход, как он со своей скобяной лавки, то есть никакой!»

Я просидела в раздумьях довольно долго, но так и не решила ничего конкретного, всё зависело от тех новостей, которые принесёт Леона, а моя справочная служба почему-то задерживалась. Наконец она поскреблась в дверь в своей привычной манере.

— И где этот купец? — приподняла бровь я, увидев, что женщина явилась одна.

— В такое время, ваша светлость? Это неприлично! — вздёрнула нос она.

— Неприлично не выполнять приказы своей хозяйки, — заскрипела зубами я.

— Я всё исполнила, госпожа баронесса, — поклонилась Леона.

Она явно искренне не понимала, почему я злюсь. Плюнув на очередную разъяснительную беседу — всё равно бесполезно — я кивнула на стул:

— И что ты исполнила?

— Про шевалье Грига отзываются по — разному. Но в одном сходятся все: ему можно доверить свой кошелёк. Не вор. Это точно. Имущества, кроме того, о чём вы и так знаете, у него нет. От отца он не получил ровным счётом ничего кроме долгов. А на наследство деда слетелась целая куча кредиторов. Если раньше ему удавалось избежать долговой ямы…

— Как, кстати, удавалось?

— Умный малый, — засмеялась Леона. — Он умудрился с каждым, кому денег за проданное имущество деда не хватило, договориться на рассрочку. Большинство решило, что лучше небольшие деньги, чем вообще никаких, а остальных убедили уже эти решившие.

— Хитро, — невольно усмехнулась я.

— Вот… Теперь о купце. Тоже хитрая бестия. О вашем приезде-то весь город знает. Я как к нему пришла, так он сразу стал говорить, что парень честный, но глупый и бесполезный, и долги свои никогда не отдаст.

— Прелестно, — нахмурилась я.

— Вы еще всего не слышали. Я-то возьми да и ляпни, мол, её светлости отдаст, никуда не денется, иначе быстро в долговую яму попадёт, — Леона язвительно ухмыльнулась, давая понять, что «ляпнула» она далеко не случайно, и именно то, что «ляпнуть» хотела. — А он мне золотой сунул. Чтобы я, значит, сразу, как её, то есть ваша светлость Грига в долговую яму отправит, ему сообщила.

— Кому? Григу?

— Да нет же! Купчине! Он его выкупить хочет.

— На такого глупого и бесполезного две тысячи не пожалеет? — хмыкнула я.

— То-то и оно, — закивала Леона с самым довольным видом.

— Обойдётся, пожалуй, купчина. У меня найдётся для этого Грига работа поинтереснее.

— Городским головой его поставите?

— А ты откуда знаешь? — вытаращилась я.

— Ну, так мне тут говорили, что он лет с пятнадцати все дела за отца делал, пока не сгорел тот. От того и барон не знал, что старый Григ такая скотина. А чего ему беспокоиться? Налоги вовремя поступали, воровства совсем уж безобразного не было. Так что это вы правильно придумали. Он вам как собака верен будет, если его из долговой ямы в ратушу пересадите. А воровать и без того не умеет.

— Хм-м… Ладно. Это мы ещё посмотрим. Завтра его сюда приведёшь с самого утра, — проворчала я, неприятно удивлённая такой прозорливостью. — А что там по нашим ленивым арендаторам?

— А что по ним? Разные есть. Вроде и приличные люди, и дебоширы попадаются. Это бы на месте разузнать. Да когда же я успею всех объехать?

— Понятно… И сколько до самого дальнего верхом ехать? — спросила я, осенённая внезапной неприятной догадкой.

— День-ночь и там, — пожала плечами Леона. — Ну, это если гонца послать. В карете оно подольше будет.

— Я не собираюсь навещать каждого лично! — открестилась я, хотя ещё недавно именно об этом и думала. Но тогда я не знала, что они расползлись на такое расстояние.

— Оно и верно. Много чести. Надо их сюда собрать. Или в Бельфор. Всё равно им присягу вам приносить надо. А то останетесь вы без воинов, а они без наделов.

— Останемся, — не стала спорить я, задумавшись об открывающихся перспективах. — В общем, это уже завтра решим. Поехали в гостиницу. Надеюсь, там найдётся лохань и тёплая вода.

— А как же, госпожа баронесса, — заулыбалась Леона. — Я по дороге хозяина предупредила, чтобы всё было как следует.

ГЛАВА 14

Этой ночью я выспалась. Но скорее потому, что вымоталась в хлам, а не от какого-то особого комфорта гостиницы. Доставшаяся мне комната при ближайшем рассмотрении оказалась куда хуже предыдущей: никакой обивки по стенам, никаких балдахинов над кроватью. Пресловутого стакана с водой и того не было. Но всё это я рассмотрела уже утром. Утром же и брезгливо кривилась. А вечером просто улеглась и отключилась.

— Как спалось, госпожа баронесса? — приветствовала меня нежной улыбкой Леона. — Что вы пожелаете делать сегодня?

— То, что делать совершенно не хочется, — буркнула я.

— Поедете на бал к местному шевалье? — округлила глаза женщина.

— Что? Нет! — открестилась я. — Деньги буду считать.

— Как вам будет угодно, ваша светлость, — с заметным разочарованием поклонилась она. Но на грани слышимости я уловила её приглушённое бормотание. — А я-то думала, что «считать деньги» — это единственное приличествующее баронессе занятие, которым вы хотите заниматься всегда.

Фыркнув, я подошла к умывальному столику в уже гораздо лучшем настроении, чем проснулась.

— Тут есть небольшая разница, Леона. Считать свои деньги я безусловно люблю. А вот считать те деньги, которые у меня украли — ненавижу! Их не потратишь, не используешь…

— А… — глубокомысленно протянула та. — Так завели бы себе мужа для таких подсчётов. Глядишь, и воровать бы поменьше стали.

— Ну, может быть, ты и права, — насмешливо парировала я. — Только муж, он ведь не только считать за меня будет, но и тратить…

— Тоже верно, — ухмыльнулась Леона, пожалуй, впервые на моей памяти безоговорочно согласившись со мной.

Завтракать я решила хлебом и овощами, принесёнными посыльным с ближайшего рынка. Только так я была уверена, что не наемся какой-нибудь засыпанной чесноком тухлятины. Да и тараканов машинально не высматривала, как во вчерашнем ужине.

Насытившись и окончательно восстановив мир в собственной душе, я снова отправилась в ратушу. К моему неудовольствию, члены городского совета предпочитали поспать подольше, и меня встретил здоровенный амбарный замок. Зато рядом с высокой обшарпанной дверью стоял шевалье Григ собственной персоной.

— Вы-то что тут делаете?

— Госпожа Борже сказала, что бы я пришёл утром, но не уточнила, в котором часу, — поклонился мужчина.

— Похоже, кое-кто ждёт, что мы оба подождём, — проворчала я.

Видимо, какой-то авторитет я уже заработать успела, потому что достаточно было одной злобной гримасы, как вездесущие мальчишки наперегонки порскнули в разные стороны. Но поджидать, пока приведут господ советников, у меня желания не было. Недолго думая я кивнула на дверь:

— Сломать!

За следующие сорок минут я от нечего делать осмотрела ратушу. Полюбовалась на незапертую комнату с пустующими сундуками городской казны и бумажное крошево, в которое крысы превратили большую часть архива, и дошла до точки кипения.

Понятное дело, что членов городского совета в сикось-наискось застёгнутых камзолах ждала совсем не ласковая встреча.

— Бардак, воровство и небрежение моими делами, — прервала я нестройный гул приветствий. — А еще любовь ко сну в рабочее время… Вот думаю… Отрубить вам головы как изменникам, что ли…

Совет дружно повалился на колени, уверяя меня в своей вечной верности. Кто-то громко кричал, что с драконами не якшается, и это только наветы недоброжелателей. Грузный старик в лиловом костюме пискляво твердил, что не встречался с неким Гризо и вообще не знает, кто это такой.

«Диктофон бы сюда, — мысленно посетовала я, запоминая интересные подробности. — А лучше несколько… По углам… Ладно. Хватит, так и оглохнуть недолго!»

Я подняла руку, заставив этот нестройный хор умолкнуть.

— Хорошо… Раз вы не изменники, тогда повесим вас, как простых воров.

Ор, поднявшийся после этих слов, оглушил и меня и стражников. Даже Невозмутимый Григ и тот скривился.