Анастасия Нежная – Разница в росте (страница 12)

13

Чужая радость вам всегда в мученье.

Микеланджело Буонарроти

Автор этих строк выдающийся скульптор и художник эпохи Ренессанса. Стоит отметить, что многие его работы наполнены высоким мастерством и оригинальностью исполнения. Многие его скульптуры и по сей день выделяются анатомической точностью и доскональностью исполнения (Статуя Давида, статуя Моисея). За всю свою долгую жизнь этот скромный творец полюбил лишь однажды уже на старости лет, до этого отдавая своей сердце и душу искусству. По сей день его работы украшают храмы Италии.

Тот дождливый вечер уже в своей комнате Вика смотрела на свою картину. Ранее она хотела изобразить на лице Кости смешливую гримасу, но потом поняла, что этому человеку стоит отдать должное. Виктория не отказалась от первоначальной экспозиции, но решила добавить образу Богрова некоторой силы, воли и доброты. Казалось бы, отчего ей это? Виктория наблюдала за ним достаточно, чтобы сделать вывод, что для гнусного и эгоцентричного человека, его будничный образ жизни не подходил. Да, он продолжал устраивать разные выходки, но в целом злого умысла она не видела. Единственный раз, когда они вцепились в друг друга, был перед поступлением.

Костя никак не давал думать о себе, как о ветреном человеке. Быть может он не так умён и вежлив, но в нацеленности и стремлении ему нет равных.

Некстати, в голову девушки полезли воспоминания о его сегодняшнем поведении. Щеки запылали и на миг кисть в руке замерла. Их глаза были так близко, а улыбка. Черт! Понятно, почему девчонки вились за ним стайкой.

Вики отложила палитру и решительно пошлепала себя по щекам.

— Белова, возьми себя в руки, не будь тупой слюнтяйкой, предаваясь мечтам и грёзам.

— Милая, что такое? Почему ты хлещешь себя по щекам? — возмутилась мама, появившаяся будто из ниоткуда.

— Э! Нет ничего такого, решила взбодриться.

— И что отбивание щек помогает? — скептически повела бровью родительница.

— Мне — да, — заверила её дочь.

— Ты уже многое нарисовала на холсте. А этот юноша в странной позе….ты его никак не нарисуешь.

— Ну, он сложно мне дается, — буркнула куколка, надув нижнюю губу.

— Хм, — кажется мама начинала о чем-то догадываться. — У тебя с ним тяжело удается? Или …

— Или. Мамочка, что ты перевираешь мои слова, — щеки и без того розовые стали пунцовыми.

— И как его звать? Этого несчастного субъекта твоих творческих изысканий.

— Костя…Константин Богров, то есть, — сменила тон Вика на более деловой.

— Если у тебя с ним станет попроще, пригласи его к нам на чаепитие, — лукаво проговорила мама. — Мне будет интересно узнать, что же с ним такое.

— Да ничего такого! Не буду я его приглашать! — выпалила Вика, начиная злится.

— Поживем — увидим, вишенка. Давай, заканчивай. Я приготовила ужин, у нас не так много времени, пока твой братик спит. Митя последнее время капризничает, животик болит.

— Ты поменяла питание? — спросила Вика.

— Ну, да он же растет, пора потихоньку переводить.

— Мамуль, по аккуратнее ладно?

— Итак, лишний раз чихнуть боюсь, — обе вышли из комнаты и пошли в сторону кухни. — С тобой в детстве было намного проще, вишенка. Ты всегда была такой спокойной. Пока не пошла в среднюю школу.

Квартира дяди Бори была хорошей и добротной. Высокие потолки под три метра, просторные комнаты, большая кухня, в которой их небольшое семейство умещалось за красивым овальным столом. Стол был иготовлен давно еще отцом Бориса, который был архитектором, а в свободное время увлекался плотницкой и столярной работой. В доме были резные столы и стулья. К сожалению, от многих массивных шкафов пришлось избавиться, так как они крали много места. А вот многие тумбы и комоды остались, сохраняя культурную эпоху советского времени и навевая легкий флёр старины. В гостиной примечательным было то, что потолок не был просто покрыт побелкой, Борис расписал его облаками, по краям листвой и летящими птицами. Это настолько завораживало, окуная серые будни в яркое лето. Гостиная была сердцем их общего дома, заставляя всё внутри радостно сжиматься.

Кухня наоборот была выполнена в нежном кремовом цвете, где акценты расставляли темные предметы кухонного гарнитура.

— Привет, Вики, — сказал голос теперь уже отчима девушки.

— Привет, дядь Борь. Как день прошел? — улыбнулась она в ответ импозантному мужчине.

В ответ на этой мужчина поправил очки и широко улыбнулся:

— Просто замечательно, мои воспитанники делают успехи. Целых две работы были отмечены наградами по городском конкурсе для младшеклассников.

— Ого! Это Таня и Петька?

— Вика! — возмутилась мама.

— Тише, дорогая, Митеньку разбудишь, — погладил по руге маму, которая уселась по правую руку. — Да, они самые. Как ты догадалась?

— Таня общается со мной, в свое время я ведь ей помогала, помнишь?

— Припоминаю… Что до сих пор тебе звонит?

— Да… и, кажется, она гордиться Петькой не меньше, чем собой? — хитро намекнула она дяде Боре.

— Она влюблена в Петю? — удивилась мама.

— Не могу знать, милая. По-моему этот восторг от его таланта, а не влюбленность. Но женские сердца загадка, даже если они пока еще маленькие, — констатировал отчим.

— Дядя Боря, любви все возрасты покорны. Мне кажется, она влюблена во всё сразу, — довольно жмурясь, говорила Вика поедая борщ со сметаной и зеленью.

— Как Вам борщ? Бабушка передала свеклу с огорода, — говорила мама, закончив со своей порцией, выставляя кружки на стол.

— Как всегда бесподобно, передавай своей маме от нас благодарность, — проговорил мужчина.

Мама всегда светилась, когда её муж хвалил стряпню, что она готовила.

— Да бабуля как всегда молодец! Мам, а кабачки она уже срезала?

— Да, она это уже сделала.

— Мам, а попроси для меня. Ты ведь знаешь, как я люблю их.

— Я взяла немного, завтра приготовлю рагу с ними.

— Ура! — обрадовалась Вики. — Ладно, давай чай, я у себя попью.

— Тише! Митенька проснется! — шикнула мама, наливая ей чай и выкладывая на блюдце круассаны в вишневым джемом.

— Хорошо, — прошептала Виктория, схватив снедь, на цыпочка пошла из кухни. Позади раздавалось тихое хихиканье обоих взрослых.

Картина ждала её там, где она ее ставила. Протерев кисточку губкой, она снова углубилась в живопись. Чай приятно согревал. Специальная лампа, закрепленная над ней и мольбертом, создавала уютную атмосферу. Картина обретала завершенность, теперь и последний участник обретал цвет. Процесс увлекал, возрождая в памяти эпизоды из совместных будней, рисованный Костя словно оживал. Когда глаза стали слипаться юное дарование закончила работу с героями её панно. Остался фон, который еще никак не виделся ей. Будет ли это синева бескрайнего неба, густая зелень лесов или огонь, рождающийся от творческих сердец.

— Я подумаю об этом завтра, — зевнула Вики, оставляя картину и убирая инструменты.

Горячим теплом встречала её кабина в ванной. Виктория наклонила голову, подставляя шею по струи горячей воды. Как некстати в голову полезли воспоминания о сильных и теплых мужских руках. От неописуемой тоски по объятиям. Виктория даже испугалась своих желаний.

Когда в последний раз она делилась теплом? Ощущала ласковые и заинтересованные взгляды? А поцелуи? Пальца коснулись уст. Внутри разливалась горечь, но стоило вспомнить Сашу, как образ смывался, тускнел, а вместо его приходили озорные глаза Богрова.

«А волосы у тебя, оказывается, вьются» — вспомнила она его бархатный голос и столь простое замечание.

Он смотрел на неё так внимательно. В этом было какое-то радостное восхищение. Механически Виктория намылила губки и скользила ей по телу, а сама как дурочка улыбалась, вспоминая, раз за разом как он поднял её от земли. Одной рукой, даже зонт не выпустил из захвата. Одев любимую пижаму с котиком, Вика залезла в кровать и засыпая в пушистом облаке теплого и легкого одеяла, мечтала, чтобы один высоченный нахал ей снова улыбнулся.

14

Людские ссоры не длились бы так долго, если бы вся вина была на одной стороне.

Франсуа де Ларошфуко

Только Костик ей не улыбнулся вплоть до посвящения все носились как угорелые в спешке обговаривали мероприятия. Старосты занимались донесением информации до своих одногруппников. Были розданы программки выступления. Виктория согласовала в какой части ДК, что арендовал колледж, будут установлены работы их потока. Так что все желающие могли посмотреть их и сфотографироваться. Сандр, Тоня, Петя и Аля, что все-таки изъявила желание выставить свою работу к всеобщему обозрению, были авторами четырех картин. Правильнее сказать: Тоня при поддержке Леры сделала рисунок карандашом в стиле американских комиксов, Сандр нарисовал парк с людьми на холсте акварелью, Петя сделал абстракцию с разноцветными кубами и конусами, а Аля решила использовать свой любимый стиль витражную живопись. В итоге на людей смотрело красивое стекло в металлической раме с завитками роз и лиан. Работу Али пришлось огородить красной атласной лентой повязанной на специальные стойки — ограждения, что любезно предоставила администрация ДК. Работу же самой Викторияя огромный хост размером полтора метра на метр накрыли защитной белой тканью. Удостоив ей место в культурной программе посвящения.

В колледже на репетициях и уже в самом ДК сновали старшекурсники, которые улыбались юной куколке. Некоторые предлагали погулять после посвящения в клубе. Некоторые даже предлагали начать встречаться. Девушки кто с горестной улыбкой, кто с неприязнью смотрели на местную знаменитость, которую одолевали по делу и без. В программе она видела, что физрики подготовили силовые упражнения, поддержки, легкую акробатику. Ей не терпелось на это посмотреть, но как оказалось, Константин Богров из-за предстоящих соревнований отказался от принятия участия в программе. А вот как успела уже узнать от Тони Вика, Артур и Лилия начали встречаться. Наверное, это была самая радостная новость. Она видела ребят на подготовке, правда, по отдельности, у обоих плотная программа репетиций.