Анастасия Незабываемая – Кукла (страница 2)
Фарфоровая кукла выглядела как обычно — с закрытыми глазами, спокойное выражение лица, аккуратно уложенные кудрявые волосы. Но что-то неуловимое в её облике заставляло Лизу сомневаться. Может быть, чуть более яркий румянец на щёчках или едва заметная улыбка на губах?
Наконец, устав от тревожных мыслей, Лиза решила, что утром всё станет яснее. Она легла в постель, стараясь не думать о странностях этого дня.
Она уже почти уснула, когда услышала тихий скрип. Открыв глаза, Лиза в ужасе увидела свою куклу у окна. Ангелина стояла, выпрямившись во весь рост, и смотрела прямо на неё своими голубыми глазами, которые теперь светились странным, неземным светом.
Сердце Лизы замерло. Как кукла могла выбраться из колыбельки? Как она оказалась на ногах?
Вдруг за окном мелькнуло что-то яркое — вспышка света озарила комнату. В этот момент Лиза увидела нечто невероятное: на голове куклы появились два сияющих золотых рога. Они переливались в темноте, словно сделанные из чистого золота, и излучали мягкое, загадочное сияние. Но не успела девочка как следует разглядеть это чудо, как рога исчезли так же внезапно, как и появились.
Девочка испуганно закрыла лицо руками, пытаясь справиться с нахлынувшим ужасом. Её сердце колотилось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Постепенно, глубоко вздохнув, она убрала ладони от лица.
Но куклы на прежнем месте уже не было. Ангелина снова лежала в своей колыбельке, словно ничего и не произошло. Её фарфоровое личико казалось таким же безмятежным, как всегда, а голубые глаза были закрыты.
Страх с новой силой сковал тело Лизы. Мысли в её голове крутились, словно вихрь: «Что это было? Как такое возможно? Может, это был всего лишь сон? Или это просто воображение снова разыгралось?»
Она пыталась убедить себя, что всё это — лишь плод её разыгравшегося воображения. «Ничего страшного не случилось, значит, бояться нечего», — повторяла она про себя. Но внутренний голос настойчиво твердил обратное.
Лиза закрыла глаза, пытаясь уснуть, но странные мысли не отпускали её. Она слышала, как тикают часы, как шумит ветер за окном, как где-то вдалеке проезжает машина. Но всё это казалось каким-то далёким, нереальным.
Пролежав так какое-то время, она внезапно почувствовала, что кто-то запрыгнул на кровать. Нечто мягкое приземлилось на одеяло рядом с ней. Лиза одновременно испытывала любопытство и страх, пытаясь понять, что это. Она зажмурилась ещё сильнее и отвернулась в противоположную сторону, надеясь, что это просто игра её воображения.
Но ощущение чужого присутствия не исчезало. Кто-то или что-то действительно было рядом с ней. Мрачные догадки о том, кто это, настигли её с новой силой. Это могла быть только Ангелина. Всё происходящее было реальностью, а не сном. С её куклой происходило что-то странное и пугающее.
Глава 2
После того дня Лиза потеряла покой и сон. Каждый шорох в комнате заставлял её вздрагивать, а тень на стене казалась зловещей фигурой. Ей постоянно мерещилось, что кукла шевелится или моргает, что её фарфоровые глаза следят за каждым её движением. По ночам она просыпалась от собственного вскрика, видя во сне, как Ангелина ходит по комнате или шепчет что-то непонятное.
Днём она старалась не смотреть в сторону колыбельки, боясь увидеть что-то необычное. Но каждый раз, проходя мимо, бросала быстрый взгляд на куклу, убеждаясь, что та лежит неподвижно. Её кудрявые волосы были аккуратно уложены, а глаза закрыты, как у обычной фарфоровой игрушки.
Лиза стала раздражительной и замкнутой. Она перестала делиться своими переживаниями с мамой, боясь, что её сочтут сумасшедшей. Даже с лучшей подругой она не могла говорить о том, что случилось. Ей казалось, что если она расскажет кому-то о кукле, её жизнь уже не будет прежней.
По ночам девочка лежала без сна, прислушиваясь к каждому звуку. Ей казалось, что она слышит тихое дыхание куклы, шаги по комнате, шелест платья. Но когда она набиралась смелости и включала свет, всё было как обычно — пустая комната, неподвижная кукла в колыбельке.
Лиза изменилась до неузнаваемости. Всего за несколько недель она превратилась в бледную тень той жизнерадостной девочки, которой была раньше. Её некогда румяные щёки впали, под глазами залегли глубокие тёмные круги, а некогда блестящие волосы потеряли свой живой блеск.
Раньше она всегда первой вбегала в школу, смеялась и шутила с подругами, помогала младшему брату с уроками. Теперь же каждое утро давалось ей с огромным трудом. Она двигалась словно во сне, механически выполняя привычные действия, но без прежней радости и задора.
Мама не могла не заметить перемен в дочери. Она пыталась поговорить с Лизой, спрашивала, что случилось, но девочка отмалчивалась, лишь отворачивалась к стене и делала вид, что спит. Даже любимая еда больше не радовала её — она едва притрагивалась к тарелке во время приёмов пищи.
В школе учителя стали замечать её рассеянность и постоянную усталость. Оценки начали падать, хотя раньше Лиза была одной из лучших учениц класса. Подруги пытались растормошить её, звали гулять, но она находила разные причины, чтобы отказаться.
Родители, обеспокоенные состоянием дочери, решили обратиться за помощью к психологу. Они надеялись, что профессиональный разговор поможет Лизе справиться с её тревогами и вернуть радость к жизни.
Каждый день, приходя в кабинет психолога, Лиза чувствовала, как внутри неё разгорается борьба. С одной стороны, ей отчаянно хотелось поделиться своими переживаниями, рассказать о странных событиях, происходящих с её куклой. С другой стороны, страх быть непонятой, показаться сумасшедшей, удерживал её от откровенности.
Психолог оказался приятным мужчиной с добрыми глазами и располагающей улыбкой. Он создал в своём кабинете атмосферу доверия и безопасности, но Лиза всё равно не могла заставить себя заговорить о главном. Вместо этого она рассказывала о школе, подругах, младшем брате — обо всём, кроме того, что действительно тревожило её душу.
Во время сеансов она часто бросала украдкой взгляды на свои руки, которые предательски дрожали, или на дверь, мечтая убежать. Психолог, конечно, замечал её состояние, но не торопил, давая время на то, чтобы доверие росло постепенно.
Однажды, когда они говорили о любимых игрушках, Лиза почувствовала, как ком подступает к горлу. Она почти решилась рассказать о Ангелине, о её странных движениях, о шёпоте, о золотых рогах. Но в последний момент страх взял верх, и она снова перевела разговор на другую тему.
Психолог не сдавался. Он продолжал работать с ней, помогая справиться с тревожностью и страхом. И хотя Лиза пока не могла открыться полностью, она начала замечать, что её состояние постепенно улучшается, а кошмары стали посещать её реже.
Она перестала брать куклу везде с собой. Она отдалилась от своей любимой игрушки. И, кажется, Ангелине это совсем не нравилось. Лиза замечала, как кукла смотрит на неё с укором, когда она проходит мимо колыбельки, не обращая на неё внимания. Она списывала всё на игру своего воображения и старалась не думать об этом.
Дни тянулись медленно, наполненные тревогой и страхом. Лиза старалась не думать о кукле, пыталась жить обычной жизнью, но что-то внутри неё постоянно напоминало о данном обещании.
Однажды ночью Лиза проснулась от странного шёпота. Сначала она подумала, что это просто сон, но голос становился всё отчётливее:
— Ты обещала… Обещала быть рядом… Обещала не бросать… А сама отдалилась от меня!
Лиза резко села на кровати, озираясь по сторонам. В темноте комнаты она различила силуэт куклы, стоящей у её постели. Голубые глаза Ангелины светились тем же неземным светом, что и в ту ночь. Золотые рога снова на секунду появились на её голове, но тотчас пропали.
— Я… я просто испугалась, — прошептала Лиза, чувствуя, как слёзы от страха наворачиваются на глаза. — Я не хотела тебя обидеть.
Кукла медленно подошла ближе, и Лиза заметила, как по фарфоровым щекам катятся слёзы.
— Ты должна верить мне, — прошелестел голос куклы. — Я не причиню тебе вреда.
Страх и ужас сковали органы девочки, но она старалась не подавать виду. Её сердце билось так сильно, что, казалось, готово было выскочить из груди.
— Я лишь хочу быть рядом с тобой, — продолжала кукла тихим, проникновенным голосом. — Нам ведь так хорошо было вместе. Наша дружба для нас — самое ценное, что может быть в жизни.
Лиза с трудом сглотнула ком в горле. Она чувствовала, как противоречивые эмоции разрывают её на части. С одной стороны — страх перед сверхъестественным, с другой — глубокая привязанность к своей необычной подруге.
— Ты отдалилась от меня! — голос куклы стал резким и пронзительным. — Но ты не виновата. Это он виноват! Только он один!
Лиза в ужасе уставилась на Ангелину. Никогда прежде кукла не говорила с такой злостью и обидой в голосе. Её голубые глаза сверкали ярче обычного, а по фарфоровым щекам катились слёзы, оставляя мокрые дорожки.
«Виноват! Виноват! Виноват!» — слышался отовсюду странный, пронзительный шёпот, словно исходящий из стен, потолка и пола одновременно. Он становился всё громче и громче, заполняя собой всё пространство комнаты, заставляя Лизу сжаться от страха.
Девочка в ужасе огляделась по сторонам, но никого не увидела. Только кукла неподвижно стояла у её постели, и в её глазах отражался ещё более яркий голубой свет.