Анастасия Нехорошкина – Чувства в стиле «All Inclusive» (страница 6)

Но Геля увидела только нескончаемую сочную зелень и небольшие холмы за зданиями, которые случайно вслух назвала горами. Мужчина улыбнулся.

– Это не горы, а часть древнего Анатолийского хребта. Так получилось, что наш отель расположился четко в низине между двух холмов, поэтому здесь не бывает сильных ветров, а море практически не штормит. Мы пришли, – он неопределенно махнул рукой, и Геля увидела те самые белые домики, мимо которых проезжала с водителем. Но удивило её не это: небольшая улочка с корпусами для персонала расположилась далеко от основной инфраструктуры отеля, но буквально в десяти метрах от морского берега.

Ноги сами понесли девушку к воде, а кроссовки вслед за сумкой оказались на песчано-галечной насыпи.

Ибрагим не возражал – он даже слова не успел сказать, удивлено наблюдая, как Геля перебирала ногами, ускоряясь у самой воды.

– Я ждала этого вечность, – сама себе прошептала девушка, а море, до этой самой минуты спокойное, как зеркальная гладь, протестующе забулькало, впуская единственного человека в этот закатный час. Вода оказалась прохладнее, чем Геля ожидала, и была удивительно чистой, абсолютно прозрачной вокруг, кроме маленького островка песчаных облаков под ногами. Зайдя уже по колено, девушка остановилась и зачерпнула ладонями немного соленой воды, разбрызгивать её вокруг себя.

Сколько красоты таят в себе морские глубины? Она обожает плавать, но всегда чувствует дискомфорт, когда не видит дна или вода становится слишком мутной. Говорят, что глубина Средиземного моря – более 5.000 метров. Спуститься на пять километров вниз должно быть намного сложнее, чем подняться на гору Арарат с такой же высотой, учитывая давление, отсутствие кислорода и другие факторы. Но этого никто никогда не узнает, ведь глубины морей и океанов вряд ли будут изучены до конца в ближайшие сотни лет.

Сегодня море не пугало Гелю – оно было идеальным, таким спокойным и искристым в закатном солнце, что ей захотелось нырнуть прямо в одежде, дотянуться до мелких камней и разноцветных ракушек на дне. Но громкие голоса заставили вернуться в реальность.

Ибрагим разговаривал с людьми на берегу: мужчина и женщина были в белых рубашках и строгих темно-коричневых брюках. Все трое уставились на Гелю, и она неловко махнула им мокрой рукой в приветствии, аккуратно возвращаясь к берегу и благодаря себя за то, что с самого московского утра надела шорты. Не хотелось бы разгуливать сейчас в мокрых по колено джинсах, да и вечера здесь уже достаточно тёплые.

– Merhaba, извините, – сказала девушка, поравнявшись с людьми и увидев вспышки удивления в их взглядах. Единственным, что пришло ей в голову, стало приветствие на турецком языке.

– Вы говорите по-турецки? – спросил Ибрагим, раскрывая руки в представительском жесте, – это наши менеджеры по подбору персонала. Мы обсудили ситуацию с вашим переводом в другой департамент, поводов для волнения нет, как я и говорил.

– Нет, на турецком я знаю всего пару фраз, – девушка кивнула людям и несмело улыбнулась, – так, получается, я уже точно буду работать в анимации?

Все трое одновременно закивали, и Геля глубоко вдохнула. Если с практикой проблем не будет, ей без разницы, на какой должности отрабатывать эти два с половиной месяца, тем более, когда море так близко.

Когда менеджера попрощались, и Ибрагим довел девушку до её комнаты, расположенной на втором этаже одного из невысоких белых зданий, она задала главный на сегодня вопрос.

– Можно ли мне будет купаться здесь в свободное время? Утром, или, может, во время перерыва? – света в узком коридоре не хватало, а солнце совсем спустилось за холмы, поэтому, кроме пяти деревянных дверей с облупившейся белой краской вдоль стены, девушка не разглядела ничего. Ибрагим покопался в карманах и выудил плоскую ключ-карточку, прикладывая её к черной прямоугольной панели над дверной ручкой. Замок щелкнул, и он ответил:

– Конечно, вы можете плавать здесь, в зоне ложманов, в любое время до двух часов ночи, и без туристов. Это в целях безопасности и субординации. Вот ваш ключ.

– Я и не думала плавать по ночам с тури…– не успела Геля закончить предложение, как, с открытием двери, лохматый вихрь почти сбил её с ног прямо на пороге.

– Слава Богу, ты приехала, – голос Вари трудно было услышать из-за спины, ведь хрупкая на вид девушка обняла с такой силой, что невозможно было пошевелиться или развернуться.

– Я, пожалуй, пойду, не буду мешать. У вас остался час, чтобы поужинать, потом основной ресторан закрывается. Завтра в 9:30 утра буду ждать вас на ресепшен, – Ибрагим закатил в комнату чемодан и закрыл за собой дверь, оставляя девушек, а Варя, наконец, отпустила однокурсницу.

– Кто это был? – сходу задала она вопрос.

– Так ты его не знаешь? – Геля задумчиво уставилась на девушку.

Они не общались слишком много, хотя обе хорошо учились, и, наверное, правда могли стать подружками-заучками, если бы в её жизни не было взбалмошной Дианы.

Варя тоже была невысокого роста, с пушистыми каштановыми волосами примерно до плеч, которые от турецкой влажности практически стояли дыбом. Маленькие, почти кукольные черты лица, но девушку среди других очень выделяли огромные голубые-как-озера глаза. За несколько дней она не успела загореть, но мелкие веснушки появились на коже персиково-розового цвета. А еще, кажется, Геля помнила её покрупнее, и она искренне понадеялась, что Варя не похудела от «местного» стресса.

– Не знаю, должно быть, какой-то менеджер? Я вообще не вылезаю из офиса, если честно, работы здесь ужасно много. Ой, проходи, чего мы в дверях стоим, – только на этой фразе Геля по-настоящему обратила внимание на обстановку вокруг.

Комната напомнила типичное…студенческое общежитие: квадратная коробка без обоев, со стенами нежно-бежевого цвета. Двухстворчатое пластиковое окно напротив двери, две заправленные кровати по бокам от него, у дальних стен.

Варя, судя по вещам, обитала на левой стороне комнаты: на её постели покоилась плюшевая голубая подушка в виде сердечка и какие-то разбросанные тетрадки. Большой, но очень старый деревянный шкаф, был встроен в стену с той же стороны, рядом со входной дверью, а прямо напротив него расположилась ванная комната. Хорошо, что она вообще здесь есть, и не придется делиться душем с соседями по этажу.

Продолжая изучающе бегать светлыми глазами по обстановке, Геля нахмурилась:

– Это еще что за местный житель? – она уставилась на большое растение в горшке, разделяющее её кровать и вход в ванную. Зеленые листья широко раскинулись по маленькой комнате, цветок явно хорошо себя чувствовал здесь, – фикус?

– Нет, это Пальма Арека. Не смотри на меня так, я не привезла её с собой из России. Она уже стояла тут, когда я приехала. Растения выделяют кислород, да и смотрится она хорошо, нам незачем её отсюда убирать, – Варя улыбнулась, забираясь на свою кровать вместе с ногами.

– Ладно, пальма – последнее, что меня сейчас волнует, – Геля последовала примеру однокурсницы и уселась на кровати напротив, – расскажи лучше, что за черт тут происходит? Твое сообщение меня ужасно напугало, и я всю дорогу о нем думала.

– Если честно, я люблю наводить панику, – усмехнулась девушка, продолжая, – но в этом отеле работа построена очень странно и нелогично. На Guest Relation здесь всего 3 сотрудника, они не справляются с решением вопросов туристов. Меня, как практикантку, просто завалили работой с первого дня, толком ничего не объясняя. Когда к нам пришел недовольный англичанин и сказал, что нашел в своей еде волосы, я была одна, и так растерялась, что пожелала ему приятного аппетита! – девушка взволнованно вспоминала эту историю, а Геля заливисто рассмеялась в ответ, – это не смешно! Мне дали памятку о режиме работы сотрудника со всеми номерами экстренной связи, но не объяснили ничего о местной системе, поэтому, втягиваюсь сама, как могу. Но не переживай, я уже многое узнала и не брошу тебя на старте, как это сделали коллеги со мной.

– Тут такое дело, – практически перебила её Геля, – мне поменяли должность. Я буду работать в анимации, и, если честно, думала, что ты тоже. Как объяснил Ибрагим, тот самый менеджер, с которым я пришла – в анимации большая нехватка сотрудников, поэтому уже завтра я начинаю там.

Варя недоуменно уставилась на девушку в ответ, её брови съехались к переносице, а губы сжались в тонкую линию.

– Я…этого не знала. Очень странно, потому что у нас в отделе просто необъятный объем работы, и нам тоже не хватает сотрудников. Я пару раз пересекалась с аниматорами, и их точно больше, чем Гест-рилейшнов, – эти слова заставили обеих задуматься.

Есть ли такой вариант, что в отеле просто отсутствует связь и информирование между отделами? Возможно, Ибрагим самовольно решил перевести Гелю из отдела в отдел, потому что ему понадобились работники, а вышестоящее руководство эту ситуацию никак не контролирует? В таком случае, очень важно, чтобы у девушки в будущем не было проблем с документами.

– Анимация – это весело, – сказала Геля больше себе, чем соседке, – я раньше часто отдыхала в отелях с системой «все включено», на самом деле, их активная работа и постоянное присутствие в тусовке мне близки.

– Наверное, с твоим характером, там правда будет лучше. Я бы не хотела все время быть в окружении людей, хотя и к нам постоянно приходят жаловаться, – Варя открыла одну из разбросанных по кровати тетрадок. На обложке розового цвета были нарисованы белые котята, – а еще я начала учить турецкий. Чтобы понимать, о чем так злостно кричат друг на друга мои коллеги каждый день, – по Варе было видно, что она слегка расстроена переводом однокурсницы на другую должность, а у Гели были смешанные чувства: с одной стороны, ей было бы приятнее выходить на работу со «своим» человеком, с другой – Варя серьезно начала учить турецкий, когда прилетела в страну всего на 2 месяца?