Анастасия Милованова – Я — полукровка. Академия Млечного пути (страница 49)

Данте, не удержавшись на ногах, завалился внутрь и утянул меня следом за собой. С грохотом упав на спину, он сжал меня в объятиях.

— Не ушиблась? — обеспокоенно поинтересовался Лорк, так и не разжав рук.

А я лишь головой помотала, оглушённая произошедшим. Получается, дверь была настроена на активацию от прикосновения или люмена, или вампира? Или обязательно одновременно?

— У вас там всё в порядке? — это уже Ник заглянул в открывшийся проём, и я поспешила сползти с Данте.

И почему-то при этом густо покраснела. Одно дело, когда мы с ним наедине позволяем такой телесный контакт, другое — когда это видят сокурсники.

— Да, но пока не заходите, — Лорк приподнялся, оглядываясь. — Позовите магистра Рамино и выпускников.

— Да, магистр! — хором ответили Сиб с Ником, и в следующую секунду за границей арки стало тихо.

Я осталась с Данте наедине. Впрочем, магистра в этот раз больше интересовало место, куда мы так нагло ввалились. Небольшая пещерка была уставлена полуразрушенными лавочкам. Возможно, здесь раньше прихожане ожидали своей очереди перед чем-то нам неизвестным. В противоположном конце виднелся новый проход.

— Ну что, пойдём изучать неизведанное, первооткрывательница? — посмотрев на меня, подмигнул Данте.

— А как же "первокурсникам не место на площадке"? — все же я не упустила возможности съехидничать.

Рассмеявшись, Лорк поднялся и подал мне руку.

— А смысл тебя выгонять? — он дёрнул меня к себе и прошептал в губы. — Неровен час ты ещё где-нибудь дверь откроешь, спасай тебя потом.

— Когда дело касается только меня, я не нуждаюсь в помощи, — как можно холоднее ответила я и упёрлась руками ему в грудь.

— Колючка… — магистр отпустил меня, но при этом еле слышно добавил, — моя.

А на мой недоумённый взгляд лишь хмыкнул и двинулся по широкому коридору навстречу темноте. Воздух в тоннеле удивлял своей чистотой, будто храм и не стоял несколько сотен лет в запустении. И никакой тебе затхлости и обилия паутины.

Данте я нагнала только, когда мы вышли к очередному каменному залу. И здесь действительно было более применимо слово "зала". Если первая пещера больше походила на естественный грот, то сейчас мы оказались в грандиозном по своей обработке и размерам помещении. Резные колонны вдоль стен, потолок из разноцветных кристаллов, и водоём на дне — всё это кричало о своей рукотворности. Как и множество округлых площадок, что будто витали над пещерным озером и были соединены между собой невесомыми мостками.

Но самое впечатляющее находилось с противоположной стороны залы. Там, скрестив ноги, восседала вырубленная из скалы прекрасная женщина, которая держала на вытянутых руках две чаши-платформы. Длинные, ниспадающие до поясницы, волосы, шёлковые одежды и множество украшений на руках и ногах — всё это иссекалось из горной породы с особой любовью.

Одна сторона лица этой девы отображала Солнце, вторая — Луну. И смутная догадка заскреблась на границе моего сознания.

— Я не верил в это до конца, — голос Данте взбудораженно дрожал, — но, похоже, это правда. Рия, я всё-таки её нашёл!

— Кого? — удивлённо пискнула я.

— Прости, я совсем забыл, что у тебя нет вампирского зрения, — вдруг засуетился Лорк и зажёг несколько десятков огненных искр.

Те вспорхнули под самый потолок и, преломляясь в кристаллах, залили пещеру светом северного сияния. От такой красоты у меня перехватило дух. И теперь зал казался ещё более грандиозным, возвышенным. Подходящим под неизвестный ритуал единения.

— Пойдём, я тебе сейчас всё объясню! — Данте взял меня за руку и потянул к первой лестнице.

Предварительно он запустил вперёд несколько разведывательных "пауков", которые, шустро семеня лапками, проверяли наш путь на безопасность.

— В фолиантах люменов и древних легендах вампиров я встречал записи о Двуединой, богине, что даровала детям Луны и Солнца астральные пары. Объяснения этому феномену не давались. Я никак не мог понять, что скрывалось под этим термином, — Данте говорил и говорил, утягивая меня всё ближе к статуе богини. — Вся информация, что обнаруживалась, больше походила на сказки для детей. Но в одном нашем трактате я наткнулся на фразу, что астральная пара делает вампира единым. Звучит странно, но что, если это ключ к излечению от Жажды? Что, если мы заболеваем, потому что у нас неполноценная аура?

— И что же по-твоему есть астральная пара? — я осторожно задала вопрос, ответ на который уже начинал складываться в моей голове. Но я упорно отказывалась его принимать.

— Я не знаю, раньше думал, что это как истинность, — мы остановились на последней платформе, путь с которой преграждал небольшой завал камней. — Знаешь, в легендах Древних есть упоминания об оборотнях, существах, похожих на наших двуликих, — он рассеянно провёл рукой по волосам. — И вот у них есть понятие истинной пары, той, что предназначена судьбой. Я думал, что это есть и у вампиров. И тогда истинными для нас являются дети Солнца. Но если не стало люменов, как найти астральную пару? Это привело меня к выводу, что астральная пара — это не истинность, иначе мы все обречены.

— А что, если первая версия верна? Получается, что без люменов вампирам и впрямь не выжить? Вас всех убьет Жажда? — робко поинтересовалась я.

— Нет, — резко бросил Данте, снова потянув меня вперед. — Не может быть, чтобы от болезни было только одно лекарство. Я найду альтернативу.

"Лучистая, да Данте уже давно нашёл своё пресловутое лекарство, решил загадку! — эта мысль ошарашила меня своей простотой. Если бы не необходимость следовать за магистром, я бы за голову схватилась. — И моя кровь действительно ключ к решению проблемы!".

Я бросила взгляд на уверенно идущего впереди Лорка. Внутри меня всё боролось с тем, чтобы не закричать — люмены существуют!

Если легенда верна, то Мину действительно можно спасти. Да и не только её, но и всех пострадавших вампиров. Чёртова Жажда началась с исхода люменов, и только они виноваты в бедах детей Луны?

От количества роящихся мыслей моя голова гудела, как колокол. Даже показалось, что температура поднялась.

Но как бы я не хотела помочь Данте, первоочередной моей задачей являлась разведка в храме. И теперь я начинала понимать, почему папу взяли под стражу. Альберт отлично понимал, что во внешнем мире я столкнусь с настоящими вампирами, не такими, как их рисует Орден — безжалостными, бескомпромиссными чудовищами. И ему нужен был дополнительный рычаг давления на меня. Так кто же тогда монстр? И не об это ли пытался предупредить меня брат?

— Рия, ты же вроде понимаешь древнелюменский и древневампирский? — тем временем мы приблизились к изваянию вплотную, и Данте увлечённо принялся изучать надписи, что обнаружились на постаменте рядом.

— Да, мама меня обучала, — с трудом сглотнув ответила я. Озарение, так не вовремя меня настигшее, сейчас просто-напросто мешало вникать в слова магистра. — Нужна помощь?

— Нет, но думаю, тебе будет интересно самой прочесть. Это действительно то, что мы искали, — Данте склонился над каменной книгой, что была высечена на пъедестале.

Я бросила взгляд по сторонам и, убедившись в отсутствии опасности, подошла к Лорку и пристроилась рядом, заглянула в письмена.

— Я не совсем понимаю начало, но вот в конце точно говорится о жертве крови, — спустя пару минут молчаливого чтения высказалась я.

— Что ж, знания у тебя хорошие, — довольно хмыкнул вампир. — Тут говорится, что пришедшие просить благословения богини должны быть уверены в своей астральности. Тогда они получат так необходимое им единение. И да, нужна жертва. Что ж, мне не жалко.

И прежде, чем я успела его остановить, Данте прокусил палец и капнул несколько капель прямо на страницу книги. Секунду ничего не происходило, а потом прямо из середины каменного фолианта ударила вверх стена яркого света. Попав на кристаллы на потолке, она будто впиталась в них и разнеслась по всей пещере. Всё вокруг засияло огнями разных цветов. Будто вокруг нас взорвалась сверхновая.

Мы с Данте во все глаза рассматривали это светопреставление, когда прямо на животе каменной девы проявился рисунок — высокий, статный мужчина стоял за спиной миловидной девушки и обнимал её за плечи. И в них я узнала люмена и вампира — только вот у мужчины почему-то имелись призрачные крылья, как у летучей мыши, и они, как в коконе, укрывали эту пару.

— Данте, смотри! — я потянула магистра вперёд, указывая на изображение и надписи, что теперь переливались от жёлто-зелёного цвета к красному.

Осторожно ступая по ступенькам, мы подошли вплотную к статуе.

— Как ночь идёт за днём, как смерть сменяет жизнь, — запинаясь, начал читать Данте, — так и люмены есть продолжение вампиров, а вампиры — люменов. Их связь дарована Двуединой, но лишь астральным парам суждено сплести ауры узлы. Дети Солнца крылья обретут, Луны дитя клинки души возьмут. И будут они друг другу опорой, едины сердцем и душой. От всех невзгод друг друга оберегут.

Закончив переводить, Лорк осел на ступени и невидяще уставился на статую. Сказать, что меня озадачила такая реакция магистра — ничего не сказать.

— Данте, — я тряхнула его за плечи. — Это же просто легенда! Мало ли, что в ней сказано! — я села прямо перед ним и заглянула ему в глаза.