Анастасия Милованова – Два укуса до любви, или Ненужная невеста (страница 7)

На крыльце в окружении нескольких сотрудниц сидела вычурно одетая пепельная блондинка. Она театрально заламывала руки и постоянно что-то говорила. Прислушавшись, я уловила лишь стенания и жалобы, которые, судя по тембру голоса и мимике, ну никак не сочетались с внутренним состоянием девушки. Блонди словно наслаждалась всеобщим вниманием и искусственно его усиливала.

Я не сразу поняла, чем же именно она так разгоняет всеобщее сочувствие к себе, но спустя мгновение увидела рядом с машиной тело, прикрытое чем-то похожим на скатерть. Длины полотна не хватало, чтобы скрыть весь труп, и на всеобщее обозрение выставлялась причина смерти жертвы – тело было обезглавлено.

– Пойдём, не стоит на это смотреть, – раздался рядом тихий, шелестящий голос.

Я подпрыгнула на месте и, обернувшись, утонула в гипнотических глазах Кая. Каждый грёбаный раз, когда Вертис оказывался рядом, у меня на чисто интуитивном уровне врубалась система оповещения о приближающейся опасности. На фоне балабола Локтара этот вампир казался уж слишком… мёртвым? Он пугал не рычанием, не угрозами – животный ужас вызывал весь его образ. И то, что Дора согласилась общаться с ним вне рабочих вопросов, ещё больше настораживало меня. С этих Спелеров станется, они ментально принудят жертву к сотрудничеству, так сказать.

Мой ступор не укрылся от Кая. Его губы едва заметно сжались в недовольной гримасе, но уже в следующий миг Вертис молча прихватил меня за локоть и потянул в сторону от центрального входа.

– Рей приказал разместить тебя в приёмной. Сейчас здесь будет шумно и не очень красиво, – безэмоционально проговорил Вертис, буксируя меня к запасному выходу.

– А кто погиб-то? – Решив оставить вопрос Доры и Кая на потом, я сосредоточилась на здесь и сейчас.

И оглянулась, выискивая Рея. Его белокурую голову я обнаружила рядом со стенающей блондинкой. Девушка рывком бросилась на Локтара, взвыв ещё громче. А на её изящном запястье я обнаружила то, что камнем разбило все мои розовые надежды. Браслет фаворитки явственно указывал на статус крикливой блонди и говорил, что мне нет места в жизни Рейнара Локтара.

Глава 4. О фаворитках и «Мышкиных слёзках»

Прошло всего четыре дня, а я снова оказалась в приёмной Рейнара Локтара. Весь особняк «Мышкиных слёз» гудел, как потревоженный улей, а здесь, в этой светлой комнатке, царили тишина и покой. Если не считать воплей фаворитки, доносящихся из-за двери в кабинет Рея. Слов было не разобрать, но по интонациям говорящих чувствовалось: это не попытки успокоить истерившую блондинку. В голосе Локтара слышалась едва сдерживаемая ярость, в то время как его ручная игрушка пыталась ещё больше разжалобить Спелера.

Покосившись на замершего у входа Кая, я со скучающим видом принялась изучать комнату. Светлые тона, добротная мебель и множество маленьких миленьких мелочей, которые украшали пустующий стол секретарши – всё это складывалось для меня во вполне понятную картинку. Говорило о многом.

Рей, играющий на публике шута и паяца, отрицающий все привязанности и демонстрирующий наплевательское отношение к окружающим его людям, на деле оказывался совсем другим. Внимательным к своим работникам – иначе зачем разрешать секретарю засорять стол ненужными вещами? Только ради того, чтобы сотрудник чувствовал себя комфортно? Софа, стоявшая в другом конце приёмной, была слишком большой и громоздкой для простого офисного помещения и явно предназначалась для отдыха. И подставка для ног, спрятанная под секретарским столом, тоже навевала мысли об уюте.

Чем больше я погружалась в мир Локтара, тем больше понимала: всё, что я о нём знала, оказалось надуманным заблуждением. И такого Рея мне хотелось узнать заново.

– Тессея, можно вопрос?

Я снова вздрогнула. Не знаю, смогу ли привыкнуть к этому тихому, вкрадчивому голосу Кая, но стоило хотя бы перестать подпрыгивать.

– Конечно. – Я развернулась к Вертису и с вежливой учтивостью взглянула на вампира.

Почему-то в его присутствии я не могла расслабиться. Всего моего профессионального опыта не хватало, чтобы прочесть Кая, примерно понять, что за душа живёт в этой безэмоциональной оболочке.

– Какие цветы любит Феодора?

Что ж, если Кай рассчитывал выбить меня из колеи, ему это удалось. Я ожидала какого угодно вопроса, скорее всего, касающегося меня лично. Чего-то такого, что потом могло принести пользу его шефу.

Но Вертис уложил меня на лопатки.

– Каллы, – взяв себя в руки, пробормотала я. – Тёмно-бордовые и оранжевые.

Кай в ответ благодарно кивнул и снова уставился в окно. Если не обращать на него внимания, можно решить, что это просто интересный предмет интерьера. Немного жуткая, но всего лишь статуя.

Какое-то время я молча изучала профиль Вертиса, борясь сама с собой. Одна сторона кричала о необходимости вмешаться в это дело. Не дать Доре пропасть в отношениях с Каем. Вампиры не лучшая пара для людей, а тем более Спелеры. А другая часть меня здраво рассуждала, что не мне играть роль вершителя судеб и Дора вполне взрослая женщина, которая справится и сама. В конце концов, она в психологии ас, да ещё и медиум. И стоит только Каю дать повод, Дора вскроет его черепушку как консервную банку, а мозг встряхнёт так, что он на многие столетия заречётся обижать девушек.

– Я не собираюсь с ней играть, – не поворачивая головы, тихо проговорил Кай, отчего я уставилась на него округлившимися глазами. – И я не читал твои мысли.

Он наконец-то посмотрел на меня, и в его чёрных глазах я внезапно обнаружила вселенскую тоску. Но эта эмоция быстро спряталась за привычным бесстрастием.

– Просто это первое, что ожидают от отношений Спелеров и человеческих девушек. – Уголок рта Вертиса еле заметно дрогнул в горькой усмешке.

Не дождавшись от меня ответа, он снова отвернулся к окну, и мне показалось, что я своим недоверием его разочаровала. Будто стала одной из тех, кто предвзято относится к представителям его клана.

Хотя постойте, ведь так оно и было. Я гребла всех Спелеров под одну гребёнку только потому, что несколько дураков во главе с Рейнаром оставили о них вполне однозначное впечатление.

– Я верю тебе, – отчего-то копируя его манеру речи, проговорила я. – Но присматривать всё равно буду.

– Разумеется.

Кай одарил меня едва уловимой улыбкой, отчего его неживое лицо стало ещё красивее. И во много раз добрее.

Но поговорить дальше нам не дали. Дверь в кабинет Рея с грохотом распахнулась, и на пороге показалась взбешённая блондинка. Пепельные волосы торчали в разные стороны, голубые глаза горели праведным огнём, а пухлые губы кривились в недовольной гримасе. Найдя меня взглядом, девушка оскалилась в зловещей ухмылке, отчего я на чистых инстинктах раскинула вокруг поле антимагии. Опустошающее, оно не сразу накрывало окружающих, но все вокруг, даже люди, начинали чувствовать упадок сил.

И будь блонди хоть на капельку магом, я бы уже чувствовала приток сил от неё. Но сейчас единственные потоки, что устремились ко мне, тянулись со стороны Кая и Рея.

– Тиш, она своя! – За спиной блондинки показался растрёпанный Локтар.

Без пиджака, с завёрнутыми по локоть рукавами рубашки, он выглядел расслабленным, если бы не нервно играющие желваки и нахмуренные брови.

– Настолько своя, что ты отсылаешь меня в загородную резиденцию? – Развернувшись к Рею, блонди скрестила руки на груди и с ядом взглянула на него.

– Беатрис, я всё сказал! – сцепив зубы, прошипел Рей.

Он резко схватил её за подбородок и выдохнул, низко склонившись над губами:

– Не вынуждай меня применять силу.

– Я поняла, – нисколько не испугавшись, прохрипела блондинка.

Вырвалась из хватки Рея и, снова развернувшись ко мне, окатила насмешливым взглядом.

– Я смотрю, ты себе уже новую секретаршу нашёл? – Она стремительно поравнялась со мной и пристально оглядела. – Что? Тоже заставил перекраситься в блондинку? Не обольщайся, девочка, фаворитка у него одна!

Она гордо вздёрнула руку с браслетом, на котором мелькнула метка Спелеров, и направилась к выходу. Сначала я хотела смолчать, не разжигать новую волну конфликта. Тем более что Рейнар бросил на меня извиняющийся взгляд. Но какого чёрта? Почему я должна терпеть столь хамское поведение?

– Да уж лучше секретарём работать, чем быть постельной игрушкой, – проговорила я, смотря на Локтара.

Его глаза потемнели, а тело напряглось как перед прыжком.

– Выставлять на всеобщее обозрение определённого рода таланты – это, знаешь ли, сомнительный повод для гордости. – Я перевела взгляд на блондинку, которая замерла в шаге от выхода. – Каково тебе, милая Трис, знать, что большего ты и не получишь? М? Быть едой, средством удовлетворения определённых потребностей и понимать, что все вокруг, стоит тебе покинуть помещение, только и говорят, насколько ты жалкая.

Глядя на то, как на негнущихся ногах разворачивается фаворитка, как её глаза заливает бешенством, а маленькие кулаки сжимаются и разжимаются, я почувствовала странное удовлетворение. Кротость, тактичность и спокойствие – это то, что столько лет пестовали во мне. И я всегда думала, что это и есть моя личность. Но сейчас, в этой комнате, рядом с Рейнаром Локтаром, я поняла, что много лет давила в себе совсем другие черты характера. И какое же счастье наконец разрешить себе быть собой!